Журнал «Парус» №87, 2021 г.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не опоздаю. Значит, ты говоришь, все должны просить прощения друг у друга?

— Все.

— Тогда я первый прошу у тебя прощения!

— Бог простит, и я прощаю, — светло взглянув мне в лицо, сказала тетя Нина. — И я прошу у тебя прощения!

— Бог простит, и я прощаю! — с удовольствием ответил я тете Нине и подумал о зеленоглазой девчонке в трамвае, которая сказала мне эту важную фразу первой. — Хорошо ты, теть Нин, жаришь картошку, очень вкусно.

— Спасибо! — польщенно улыбнулась тетя Нина.

— Ты точно говоришь: все должны хоть раз в году просить прощения друг у друга?

— Все.

— Значит, мы все виноваты друг перед другом?

— Все.

— Ну, а в чем?

— Вот в этом! — тетя Нина яростно очертила в воздухе замкнутый круг. — Во всём этом!

Моя тетушка высказалась с такой энергией в голосе, что мне почудилось, будто стекла кухонного окошка прогнулись наружу. Такая у нее была манера без лишних слов отвечать на больные вопросы, без слов, но отвечать: так она понимала подтекст.

Я прочувствовал ее отчаянный жест всей душой и, пережевывая хорошо поджаренную на постном масле картошку с луком, всё думал и думал одну и ту же длинную мысль о всеобщей вине всех перед всеми.

Тетю Валю я так и не дождался от моей полуфранцузской кузины Жанночки.

На поезд не опоздал. А там быстренько залез на свою верхнюю полку и поехал к уже ставшей мне привычной московской жизни, где ждала меня койка в студенческом общежитии и воля вольная.

В молодости я был горазд спать по многу часов подряд — я и заснул под мерное покачивание вагона и стук колес. Мне снились кондукторши трамвая — сперва та, что постарше, а потом та, что помоложе, снились голые ветки деревьев в скверике, в которых я так ничего и не нашел, снилась старушка на площади у Вознесенского собора Войска Донского… Чистенькая, худенькая старушка в белом платочке.

— Сыночек, прости меня Христа ради! — сказала старушка.

— Бог простит, и я прощаю! — ответил ей уже набравшийся ума я и добавил: — И вы простите меня!

— Бог простит, и я прощаю, — тихо промолвила бабушка и ее почти прозрачные, едва голубые глаза при этом наполнились таким чистым светом, что даже сквозь сон я почувствовал и запомнил на всю жизнь, как коснулась моей души благодать.

2018–2021

Алексей КОТОВ. Ещё не написанный рассказ. Рассказ

Творческая трагедия писателя, не без иронии рассказанная им самим

…Писательство, — да и вообще попытки любого вида творческой деятельности — самые загадочные вещи на Земле. Если в человеке есть что-то от Господа Бога, то такие попытки — едва ли не самый главный подарок нашего Создателя. Впрочем иногда кажется, что они… как сказать-то?.. приходят не вовремя, как говорится, ложатся не в тему, да и вообще… ну, ничего не удается сделать!

В данном случае мне нужно написать небольшой рассказ, но ничего не получается. Вам знакомы те чувства, которые вызывает это «не получается»? Трудно перечислить их все, они похожи ина раздражение, и на досаду, и на обиду, на неверие в себя и т. д. Наверное, для того, чтобы заставить человеческое «я» творить, его нужно сделать худым, подвижным, часто веселым, а иногда и чуть насмешливым. Потому что, если в комедии нет капельки трагедии, а в трагедии — крошки комедии, у тебя и в самом деле ничего не получится. Например, великий Шолохов даже в «Они сражались за Родину» не потерял способности улыбаться. Но писатели — разные люди. Как правило, у них почти всегда возникают определенные проблемы с переделками и настройками своего творческого «я».

Сейчас я улыбаюсь, но говорю внутри себя страшные вещи. Например, проклинаю так называемый «нулевой цикл». Ну, когда у тебя, казалось бы, все готово, но вместо того, чтобы сесть за стол и приступить к работе, ты то смотришь «ютьюб», то идешь поболтать на кухню с женой, то — и это взрослый человек! — заигрываешь со спящим котом. Но ты никому не нужен… «Ютьюб» хоть и отзывается «лайками» на твои «коменты», но все-таки отзывается молча; жена знает только одну тему для беседы типа «посевная на моем милом огородике», а кот… Кот и есть кот, и, если ты будешь приставать к нему, он просто уйдет.

Творчество — всегда одиночество. Может быть, я боюсь именно этого одиночества?.. Вроде бы нет… Или да? Господи, да какая разница чего я боюсь?! Человеком движет желание. Движет примерно так же, как оно движет котом: захотел — ушел на улицу; захотел — позавтракал и ушел на улицу; захотел — позавтракал, поспал еще чуть-чуть, но все рано ушел на улицу. Кот всегда хочет на улицу. А я всегда хочу писать… Но я — не кот. Я — хуже. Я — в сто раз хуже, потому что я могу подчиняться совершенно случайным желаниям. Это ирония?.. Да, но настолько горькая, что непонятно, чего в ней больше самой иронии или обыкновенной горечи. А она-то тут откуда?!

Однажды «листал» интернет и случайно нарвался на эротический ролик… Очень откровенный ролик. Даже… не знаю… более чем откровенный. Кто-то, возможно, спросит, а случайно ли нарвался?.. Мол, знаем-знаем, «кирпич просто так не падает». Ну, опять-таки, не знаю… Человека можно убедить в чем угодно, особенно интеллигентного человека и тем более, если он развесит уши. Тут суть не в том, как именно и почему это случилось, а в том… как я замер! Я вдруг понял всю ничтожную суть своего писательства. Там, на экране, извивалось, манило к себе и гипнотизировало шикарнейшее женское тело. Глядя на него любой, так сказать, «нормальный мужик» отложит книгу, какой бы интересной она ему не казалась. Но тогда, и в самом-то деле, чего же стоит мое писательство?..

Я стоял как мальчишка на берегу моря и смотрел на резвящуюся у берега красивую и одновременно страшную в своей красоте акулу. Как там говорил кот Бегемот?.. «Я в восхищении!..» Я тоже был «в восхищении». И я ненавидел себя за это восхищение. Осознавал свою слабость и ненавидел.

Это — гордыня? «Мальчик» вдруг слишком многого захотел? Но если в тебе нет чувства хотя бы отдаленно граничащего гордыней, — не садись за письменный стол. Стол тебя не поймет. Бог, дарящий вдохновение, тоже. Тогда твой удел — беседовать об огороде на кухне с женой и играть с котом.