За ним неотступно следовал его ангел-вредитель.
Купи себе чего-нибудь из раздежды, люблю смотреть, как ты примеряешь трусики.
2003
Из створчатых дверей гостиной вышел мешковатый кот, уселся на паркет и принялся облизывать, как эскимо, переднюю лапу.
За столом надо, чтобы еде было тесно, а гостям – просторно.
Там, где мужчина мрачнеет, женщина – плачет.
Окликнул шедшую впереди рослую девицу, чтоб узнать дорогу, – та обернулась и оказалась длинноволосым парнем с довольно зверским выражением лица.
Одного пола ягоды.
Актовый зал украшал бюст Пушкина с таким победительным лицом, точно он не Пушкин, а Дантес.
Ведь кривоногих в балет не берут, да?
Пришел не то с какой-то плоской девицей, не то с крашеным юнцом.
Рабочие с натугой выкатывали на середину сцены рояль – так в русских сказках выводят богатырского коня для Иван-царевича.
Своей любви она прописала постельный режим.
Великовозрастный отрок с лицом скорее добрым, чем мужественным.
Глядя из окна на подмерзшую Москва-реку, описывал торосы Ледовитого океана.
Живу, как в 90-м сонете Шекспира: со мной весь мир в раздоре.
Из открывшихся дверей лифта вышли три юнца, но такие громадные, что показались толпой.
Храм Христа Спасителя похож на старинную дорогую чернильницу – откинь золоченый купол и макай перо: «Утвердить».
И улыбнулся, показав безупречные вставные зубы.
И он глянул в свой календарик с обведенными датами назначенных встреч – вроде того как женщины помечают критические дни.
Мраморный пол в склеротических прожилках.
Повсюду в кабинетах и коридорах стояли желтые деревянные стулья с почерневшими от мытья полов копытцами.
Не то ветеран, не то ветеринар…
Из ворот ведомственной поликлиники вышел старичок со следами былых загранкомандировок в одежде.
Описывал революцию в ее карнавальной стадии.
Из-за дверей доносилась взволнованная скороговорка радиодиктора, какой они умеют читать любые новости, поселяя в душе тревогу и заставляя вслушиваться в невинное сообщение о приезде заморского гастролера или об открытии крытого рынка, как если бы то была весть о всемирной катастрофе.
Все на стройке спало, и только башенные краны спустили с неба свои рыболовные крючки
Официантка со злым лицом пронесла мимо них поднос с бокалами.
В детстве в слове «Мосторг» мне слышалось: «восторг». Оттуда женщины нашей квартиры приходили радостные, с «выброшенными» чешскими блузками или с туфлями-лодочками в коричневой картонной коробке.
Влетел весь взлохмаченный, в застегнутой через пуговицу рубашке…