Монстры у психотерапевта. Реальные психические расстройства героев ваших любимых фильмов ужасов: читать начало книги онлайн

Влад жил в довольно бурный период мировой истории. Это время насилия, санкционированного государством и религией, масштабных политических интриг и огромного количества человеческой жестокости, особенно если смотреть с современной точки зрения. Он был человеком своего времени. Проведя несколько лет в заточении у султана Мехмеда II, Влад стал изысканным мастером как христианских, так и мусульманских форм жестокости. Он заслужил нежное прозвище Колосажатель за то, что часто вставлял заостренные палки в чувствительные человеческие отверстия, что приводило к долгой, мучительной смерти. Иногда устраивал целые леса из посаженных на кол людей, чтобы не только избавиться от пленников, но и навести ужас на врагов. Влад был не просто безумным садистом, но и довольно хитрым и коварным человеком. Его немногие сохранившиеся письма свидетельствуют о знании человеческой психологии и прагматичности, которые, несомненно, вызывали уважение.

Как же эта интересная и кровавая историческая фигура превратилась в вампира, пьющего кровь? Вероятно, никого не удивит тот факт, что пропаганда и «лженовости» были хорошо известны уже в пятнадцатом веке. За свое недолгое пребывание на земле Влад успел нажить немало врагов, и после его смерти немецкие и русские писатели напечатали ряд памфлетов, рассказывающих о его жизни и подвигах. Некоторые были правдивы, другие – например, утверждение о том, что он любил макать хлеб в теплую кровь убитых, – похоже, полностью выдуманы и не имели под собой никаких оснований. Поэтому, когда Брэм Стокер использовал подробности жизни Влада Цепеша в качестве вдохновения для Дракулы, он основывался на рассказах об использовании крови, которые нигде не встречаются в официальных исторических записях, а также добавил элементы классического восточноевропейского фольклора о вампирах.

Посаженные на кол, из личной коллекции автора

Любопытно, что один из потомков Влада Цепеша имел более непосредственное отношение к подобным историям. Он эмигрировал в Турцию в 1947 году и руководил банком крови. Уверен, ему приходилось сталкиваться с людьми, которые отпускали очевидные шутки на его рабочем месте.

Итак, две исторические фигуры, наиболее ассоциирующиеся с безудержным вампиризмом, на самом деле вовсе не были вампирами.

Хотя это интересная тема, по крайней мере для меня, перейдем к рассмотрению вампиров в реальной жизни с точки зрения психологии.

Клинический вампиризм / синдром Ренфилда

Ренфилд и синдром Ренфилда

Патологическое влечение к употреблению человеческой крови названо клиническим вампризмом или, по-другому, синдромом Ренфилда. Последний термин придуман американским психологом Ричардом Ноллом и относится к персонажу с этим именем в романе Стокера «Дракула».

В оригинальном романе Стокера Ренфилд не является особо значимым персонажем. Однако в экранизации 1931 года он фактически берет на себя большую часть роли главного героя Джонатана Харкера. Это может несколько сбить с толку, если знакомы с романом. Однако в более позднем фильме «Дракула» Ренфилд ближе к оригинальной версии: он изображен как ярко выраженный психопат, помещенный в больницу в Англии. Он демонстрирует странное поведение, в первую очередь мономанию, или то, что психолог Пьер Жане назвал бы idée fixe, – жажду крови. Сама мысль о ней вызывает возбуждение, возможно даже сексуального характера. Его жажда направлена не только на людей: в какой-то момент он пытается получить от врачей живую кошку. Они вполне разумно отклоняют просьбу, и бедный Ренфилд вынужден питаться кровью насекомых и других мелких существ, которым не повезло попасть в его грязную палату.

Основные симптомы клинического вампиризма

Образ Ренфилда олицетворяет то, что я считаю двумя основными признаками клинического вампиризма: (а) желание пить человеческую кровь (b), спровоцированное потребностями, не связанными с физическим голодом, которые человек тем самым пытается удовлетворить: сексуальное возбуждение, жажда власти, эйфория, спокойствие и т. д. Некоторые ученые расширяют определение за пределы употребления крови и добавляют более общую увлеченность темой смерти, в том числе некрофилические элементы. В рамках этой главы, однако, сосредоточимся на признаках (а) и (b).

Стоит отметить: чтобы любое состояние считалось расстройством согласно последнему, пятому изданию Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам Американской психиатрической ассоциации (DSM-5-TR), симптомы должны вызывать либо (c1) клинически значимый дистресс (человека беспокоят симптомы), либо (c2) клинически значимое нарушение (нарушается одна или несколько жизненных ролей). Я бы сказал, это определение помогает сфокусироваться на наиболее важных чертах клинического вампиризма и не особо патологизирует консенсуальные «вампирические» действия между взрослыми людьми.

Вернемся к Полу, вампиру в оранжевом комбинезоне, о котором шла речь в начале главы. Как он мог вписаться в эту диагностическую систему? Что ж, учитывая тот факт, что он постоянно обменивал сексуальные услуги на кровь и одновременно испытывал сильную потребность в ее употреблении, он явно соответствует критерию (а) – желанию пить человеческую кровь.

Во время бесед с тюремным персоналом удалось выяснить больше подробностей о его истории. С позднего детства он связывал кровь с сексуальным возбуждением. Когда видел ее, независимо от того, пил или нет, у Пола возникала эрекция, вплоть до оргазма. Даже фантазий о крови и кровопускании было достаточно, чтобы достичь возбуждения. Вместе с тем это не единственная эмоциональная реакция. Когда Пол глотал кровь, то чувствовал не только сексуальную стимуляцию, но и прилив сил. Казалось бы, это соответствует критерию (b), поскольку кровь употреблялась с целью удовлетворения потребности, не связанной с питанием. Тем не менее неясно, соответствует ли он критерию (c1) или (c2). Имеющиеся описания не свидетельствуют о том, что его взаимодействие с кровью вызывало какой-либо значимый дистресс. Не было намеков, что эти позывы были для него нежелательными или что он испытывал по их поводу какой-либо стыд или смущение. Хотя Пол и сидел в тюрьме, свой срок он получил за преступление, никак не связанное с кровью, а именно за угон автомобиля. Он также утверждал, что все действия с кровью происходили по обоюдному согласию. Поэтому без более подробной информации, как ее употребление повлияло (или не повлияло) на его жизнь, сложно поставить окончательный диагноз. Мы просто недостаточно о нем знаем.

Сопутствующие признаки

Наряду с основными симптомами есть ряд других интересных признаков, которые, по всей видимости, сопутствуют клиническому вампиризму. Прежде всего, это в основном мужское занятие. Были выявлены случаи клинического вампиризма среди женщин, однако чаще всего в контексте аутовампиризма (употребления собственной крови). Так, одна молодая женщина с большим стажем инвазивных медицинских процедур была сильно увлечена кровью. Она даже отсоединяла трубки для переливания, чтобы посмотреть, как кровь медленно капает на пол. Хотя иногда и пила из этих трубок, чаще женщина употребляла собственную кровь, вызывая кровотечение в некоторых увеличенных венах, расположенных у основания языка и глотки. Она глотала ее, а затем выплевывала, а так как делала это на довольно регулярной основе, в результате у нее развилась тяжелая анемия.

Следует отметить: клинический вампиризм сам по себе, как единственная психологическая проблема пациента, встречается довольно редко. Чаще он сочетается с другими особенностями и состояниями. Так, в одних из первых медицинских отчетах на эту тему клинический вампиризм был выявлен у нескольких людей с психотическими расстройствами. Например, в случае с серийным убийцей Ричардом Трентоном Чейзом в конце 1970-х годов. Он страдал от сложных (и довольно креативных) бредовых идей, связанных с нацистами и НЛО, а также верил, что его кровь отравляют через мыльницу. Чтобы противостоять яду и не дать своей крови превратиться в порошок, он считал, что нужно потреблять кровь других. Похоже, он также получал от этого удовольствие.

Некоторые из наиболее тревожных случаев клинического вампиризма выявлены у людей с антисоциальным расстройством личности и/или высоким уровнем психопатии. Очевидно, это происходит, когда кровь забирается против воли жертвы. Кроме того, некоторые утверждают, что вампирические наклонности можно обнаружить у нарциссических личностей. Если человек страдает антисоциальным или нарциссическим расстройством личности – и особенно если страдает пограничным расстройством личности, – обычно у него также отсутствует четкая, целостная картина своего «я». Людям с нарушениями самовосприятия трудно давать подробные описания себя и других людей. У них может возникать чувство, будто они надевают на себя одну маску за другой, не имея при этом четкого представления, что под ней скрывается. Отсутствие четкого самовосприятия, судя по всему, сопровождает синдром Ренфилда.

У людей с клиническим вампиризмом в анамнезе часто наблюдается история жестокого обращения. В исследовании Vampirism & Energy Work, проведенном в 2006–2007 годах компанией Suscitatio Enterprises, 43 % людей, идентифицирующих себя вампирами, сообщили, что в детстве подвергались физическому или сексуальному насилию. Хотя и невозможно определить, какой процент выборки полностью соответствует критериям синдрома Ренфилда (да и к тому же сама выборка нерепрезентативна), это все равно довольно интересные данные. В примерах из практики встречаются свидетельства жестокого обращения – так, Пол сообщал о пережитом в детстве физическом насилии. Некоторые эпизоды сопровождались буквальным кровопролитием.

Прогресс

Большинство видов поведения человека, которые «выходят за рамки нормы», начинаются с малого и со временем становятся более интенсивными, повторяющимися или проблемными. Эскалация между тем зависит от того, как меняется человек и его поведение. Если поведение подкрепляется (например, каким-то вознаграждением или вызывает приятные ощущения), человек с большей вероятностью повторит его в будущем. С другой стороны, если поведение не вознаграждается, игнорируется или активно наказывается, оно должно стать менее частым и в конце концов исчезнуть[27]. Вампирическое поведение, хотя и осложняется множеством скрытых и конкурирующих между собой мотивов, не является исключением, и для его полного проявления может потребоваться время.

Как результат, развитие клинического вампиризма сильно отличается от вампиризма, изображаемого в кино. При укусе вампира несчастная жертва быстро превращается из «нормального» человека в мертвого, неестественно сильного хищника с неукротимой жаждой человеческой крови. В одних фильмах («От заката до рассвета») трансформация занимает всего несколько минут, в то время других («Пропащие ребята») на нее требуется несколько дней. Ричард Нолл предположил, что синдром Ренфилда развивается гораздо медленнее, и пациент обычно проходит через три последовательные стадии.

Все начинается с употребления собственной крови. Представьте, что молодой человек случайно порезал себе палец в момент сексуального возбуждения. Боль и вид крови вызывают шок и эмоциональное возбуждение, однако сексуальное возбуждение при этом не ослабевает. Далее, по привычке или простому животному инстинкту, он кладет палец в рот, чтобы высосать кровь, – получается акт аутовампиризма. Таким образом, в его голове вид и вкус крови оказываются тесно связаны с сексуальным возбуждением, и эта случайно установленная связь может еще больше укрепиться, если впоследствии он будет фантазировать о крови во время мастурбации. Сексуальная разрядка – один из самых мощных подкрепляющих факторов поведения.

Источник крови на этой первой стадии может быть самым разным. Ее можно получить в результате незначительных порезов или более серьезных травм. Можно пить «свежей», холодной или даже собирать, вводя под кожу иглу. Как показывают примеры, некоторые даже перерезают себе бедренную артерию, чтобы кровь вырвалась наружу мощным потоком. Затем люди могут попытаться поймать поток крови ртом, словно воду из фонтанчика. Другие предпочитают струйки венозной крови. Некоторые практикуют специальные техники дыхания и мышечных сокращений (например, маневр Вальсальвы), чтобы изменить силу кровотока и сделать процесс ее употребления более приятным. Эти же методы используются другими пациентами для контроля наджелудочковой тахикардии или регулирования давления во внутреннем ухе.

Второй этап – переход от собственной крови к употреблению крови животных. Как и в случае с литературным Ренфилдом, речь о больших и малых существах. Здесь уместно упомянуть историю развития вампиризма у Пола. Однажды, сидя на крыльце своего дома, он случайно увидел, как собаку сбила машина, и тут же бросился с крыльца на дорогу, но не чтобы утешить бедное умирающее животное, а чтобы проглотить горсть его еще теплой крови. Возникшие при этом сладострастные ощущения приобрели почти мистическое значение, сочетая в себе эротизм и силу.

На последней стадии человек с синдромом Ренфилда еще больше переступает через общественные нормы, начиная употреблять кровь других людей, как было и в случае с самим Ренфилдом, который ранил Джека Сьюарда в психиатрической больнице и пил его кровь. Остальные детали при этом могут сильно отличаться. Переход к человеческой крови может происходить в рамках полового акта или отдельно от него. Употребление крови может носить групповой, парный или одиночный характер. Оно может происходить как с полного согласия донора, так и в рамках насильственных действий в отношении другого человека. Как бы то ни было, в данном случае, как и на второй стадии, отчетливо наблюдается эскалация аберрантного поведения.

Диагностика

Как же диагностируется синдром Ренфилда? Если человек хочет обследоваться на наличие данного заболевания, он должен пройти обширное и довольно продолжительное клиническое собеседование со специалистом. В ходе собеседования внимание уделяется не только поведению, связанному с употреблением крови, но и другим сопутствующим заболеваниям. Вместе с тем никого не удивит факт, что лишь немногие из людей, идентифицирующих себя вампирами, добровольно обращаются к психологам и психиатрам. Тому есть ряд причин. Если рассматривать лишь тех, кто потребляет человеческую кровь по обоюдному согласию и не преступает закон, они могут даже не соответствовать критериям «расстройства». Это связано с тем, что, как уже отмечалось, для постановки психологического диагноза необходимо, чтобы пациент испытывал клинически значимый дистресс или нарушение. Некоторые могут совершенно нормально относиться к своему подобному поведению и не испытывать трудностей в повседневной жизни. Они могут быть даже частью вампирской субкультуры, описанной в недавней книге Джозефа Лэйкока «Вампиры сегодня». В этом контексте их поведение не только считается нормой, но и поощряется.

[27] Да, другие психологи, читающие эту главу, я действительно слишком упрощаю, и я открыто признаю, что любую обусловленную реакцию на стимул никогда нельзя полностью искоренить.