– Ты лжешь.
– Я убью тебя, – сказал он, – изобью до полусмерти. И все будут на моей стороне, потому что это естественно. Естественные для отца чувства. С такой-то женой, которая хочет совершить отвратительный противоестественный поступок.
– Это всего лишь слова, – сказала она, – я все буду отрицать. Знаешь, что я скажу? Я скажу, что ты разозлился, когда узнал, что я беременна, и избил меня, чтобы у меня случился выкидыш.
– Я заставлю их вызвать Долли Фергессон в суд, и она даст показания.
– Она моя подруга, – сказала Шерри, – не твоя.
– Это неважно. Ей все равно придется сказать правду.
– Ты правда думаешь, что она скажет правду? Признает, что сделала аборт? Назовет имя врача?
– Я знаю, что могу получить какой-то судебный приказ, – сказал он, – ограничить твои действия. Это мой ребенок в той же мере, что и твой.
– Ты просто хочешь, чтобы я не могла работать, и эти твои высокопарные разговоры – это просто оправдание.
– Я этого не скрываю. Я не пытаюсь рационализировать. Все, что мне важно, – это чтобы ты больше не смогла работать. И я точно знаю, что он тоже не захочет, чтобы ты ходила по его компании. Нет ничего отвратительнее, чем жирная уродливая беременная женщина. Вот это была бы реклама.
Он ликовал, думая об этом, представляя ее с выпирающим животом, низко свисающим под собственной тяжестью, шаркающую, плоскостопую.
– Жаль твоей фигуры, вряд ли она вернется после родов.
– Как ты можешь так говорить? – прошептала она, бледнея. – Как муж может так говорить с женой?
– Зато ты больше не сможешь говорить мне ужасные вещи.
– Я никогда не была с тобой так жестока, как ты со мной, – она собралась с силами, – ты меня не любишь и никогда не любил, ты просто притворялся.
– Я люблю тебя, – сказал он.
Она ответила дрожащим голосом, со слезами на глазах:
– Ты меня любишь только потому, что можешь причинить мне боль.
– Нет.
– Когда мне нужна твоя помощь, ты не стесняешься и делаешь что хочешь. Ты был бы счастлив, если бы я просто умерла.
Она посмотрела на него долгим взглядом.
– Нет.
– Я этого заслуживаю. Я злой эгоистичный человек, и я за это расплачиваюсь. Я тебя не виню. Я не понимаю, как ты мог вообще жить со мной; я не понимаю, как вообще кто-нибудь может жить со мной или любить меня.
Она достала платок и прижала его к губам, так что он еле разбирал слова.
– Я плохая, – сказала она, – твои поступки… это я тебя заставляю. Ты просто возвращаешь то, что я делаю. Когда ты изнасиловал меня в тот день – ты отплатил мне. Я на минуту потеряла бдительность, и ты напал на меня, как животное. Как кот на кошку, он крадется за ней и набрасывается на нее, если она не видит.
– Какой интересный взгляд на жизнь и на отношения между мужчинами и женщинами.
– Но это правда. Это была месть с твоей стороны.
– Ну раз ты все знаешь, то и не жалуйся. Если ты понимаешь, что это месть.
– Почему? Разве месть – добродетель?
– Око за око, – сказал он.