– Я так за вас волновалась, – прошептала она. – О, моя девочка, вы правильно сделали, что уехали. Это было единственное возможное решение.
Мона решилась:
– Мама, были очень страшные моменты.
Гийеметта сказала:
– Да, я знаю, девочка моя.
Она посмотрела на нее таким мудрым, глубоким взглядом, что Мона поняла: мать обо всем догадалась. Изнасилование. Она никому об этом прежде не рассказывала и поэтому почувствовала, что почва уходит у нее из-под ног. Значит, мать может как-то чувствовать такие вещи? У них всего двадцать лет разницы. А сохраняет ли тело все подобные адские стигматы? Моне показалось, что тишина предала ее, что все, что она скрывала, отпечаталось на ее руках, на щеках, на груди, на губах. Леди Макбет наоборот, виноватая в чужих преступлениях.
От мрачных воспоминаний ее отвлекла Люси, которая прибежала в сад.
– Мамуля! Дедуля сказал, что у меня будет самая красивая комната в доме! Это правда?
– Ой, ну знаешь, твой дедушка много всякого говорит…
Гийеметта покосилась на Мону и положила руку на плечо Люси:
– Самое лучшее – пойти самой посмотреть, правда? Ты веришь сама, что твоя комната такая уж красивая?
Ивон и Андре подмигивали им с веранды.
Люси захлопала в ладоши, обследовав большую комнату. Там была кровать с балдахином. Москитная сетка превратила ее в постель для принцессы. На полке стояли коробки с настольными играми: «Монополия», шахматы, дамки, игра в гуся…
– Ну вот, тебя начали баловать! – заметила Мона.
Люси бросилась бабушке на шею.
– О, бабуля, дорогая, спасибо тебе, спасибо!
Потом она рассадила на кровати своих кукол и плюшевые игрушки, окинула взглядом результат с видом художника, оценивающего свое произведение, поправила композицию, поменяв местами собачку и медведя. Мама и бабушка глядели на нее ласково и восхищенно. Она достала коробку с шашками, положила на землю и спросила:
– Кто хочет поиграть со мной?
Мона вздохнула:
– Ах нет, детка, только не сейчас… Я так устала!
Люси обернулась к Гийеметте:
– Бабуля, а ты?
– А я не люблю играть в шашки.
– А в «Монополию» тоже не любишь?
– Нет, она мне нравится больше, но надо играть как минимум втроем, иначе неинтересно. Поиграем попозже.
Глаза Люси наполнились слезами.
– Ах нет, красавица моя, не плачь! – воскликнула Гийеметта.
– Я хочу к Тибаи! – всхлипнула девочка.
Мона закусила губу. Она была счастлива, что попала сюда, в этот счастливый дом, к своим родителям; плач дочки вот-вот все бы испортил. Она не желала больше и слышать об Индокитае, это было выше ее сил.
– Не желаете прохладительных напитков? Пойдемте, у нас есть лимонад. – Отец спас ее, пригласив всех к столу.