- Вам, наверное, интересно, зачем я напросилась в поездку с вами?
Я прикрыл глаза, ощущая, как гудят с непривычки ноги:
- Не сказать, чтобы сильно, - я вновь выдохнул дым и добавил: - Главное, чтобы ваша авантюра не помешала мне и моим планам.
- И какие у вас планы? – живо поинтересовалась Анье.
- Выжить, - честно ответил я.
- Слушайте, - внезапно разозлилась магиня: - Я иногда даже не пойму, вы слишком умны или слишком глупы?
- Я? – глаза я приоткрывать не стал. Итак знал, что де Фелис сейчас хмурится: - Скорее всего, слишком глуп. Иначе отказался бы от поместья на границе с варварами.
- Я думаю, мой дядя слишком ошибся, решив вам доверить такое дело, - рассержено сказала Анье и потопала к костру. А я задремал и проснулся, когда Хмыл осторожно сказал:
- Командир! Кушать!
Я вскочил бодренько и сцапал миску с горячей кашей. Тот, кто не путешествовал, знать не знает, насколько вкусна каша, приготовленная на костре. Когда поели, я скомандовал:
- Биба и Боба – смените Тирса с Рурком. Остальным отдыхать. Через час выступаем.
- Я не пойму, - вытянула губки магиня: - Зачем караульные почти в самом центре губернии? Что тут может угрожать нашей безопасности?
Я помолчал, подумал, отвечать или нет. Решил ответить:
- Видите ли, мадмуазель, в чём дело. Даже в центре губернии никто не застрахован от разбойников, нечисти или ещё каких неприятностей. И потому о любом приближении лучше знать наверняка, - я подул на чай, отхлебнул и продолжил: - А есть ещё дисциплина, которая спасает жизни. Наши с вами. И дружинники должны быть всегда наготове. Неважно, где и как. Это должно быть вбито на подсознательном уровне. И дисциплина начинается даже с таких вот, необязательных вроде бы караулов.
И снова Стил кивнул молча. И пошёл отдыхать. А когда мы выступили, подъехал и произнёс:
- Ваше сиятельство, меня тоже можете включать в караулы!
Я посмотрел на телохранителя магини и кивнул, показывая, что услышал.
Ночевать мы устроились в деревушке под названием Крибли. Хмыл, зная моё пристрастие к мытью, тут же побежал узнавать, где я могу помыться. Остальные дружинники рассёдлывали лошадей и договаривались с местными насчёт ужина. Заселились мы в доме зажиточного мужичка, который не прочь оказался подзаработать. Магиня ушла в дом, где ей выделили отдельную комнату. Мы же решили разместиться в сарае. Я назначил часовых и завалился спать. За день мы прошли около пятидесяти миль, и ноги молили о пощаде. Видимо, не одного меня мучили такие проблемы, потому как Хмыл подошёл ко мне и зашептал на ухо:
- Ваше сиятельство, а сколько у нас денег осталось?
- У нас? – я приподнял бровь, показывая удивление.
- У вас, ваше сиятельство.
- Немного осталось, - ответил я уклончиво, - А что?
- Да хозяин тутошний лошадок продаёт. Брат у него умер, осталось хозяйство большое. Сейчас на поле занят, в Вырвань далеко ехать торговать. А до осени, говорит, объедят пять лишних лошадей его. Готов по двадцать песет всего продать!
- А лошади хорошие? – встрепенулся я.
- Хорошие, - кивнул Хмыл. – Де Симплет их осматривал уже и Дрон тоже.
- Ну, пойдём, и мы посмотрим, - ухмыльнулся я, и потопал вслед за помощником.
Лошадки и правда, на вид были неплохи. Но вот хозяин – сразу видно – плут и пройдоха. Глазёнки бегают. И руки прячет. Я тут же заподозрил неладное, и прямо на конюшне спросил:
- Откуда, говоришь, лошадки?
- Так брат у меня помер, ваше сиятельство, - отвёл глаза хозяин подворья.
- И как брата звали? – спросил я крестьянина.