О, как она посмотрела на него. Тут была и мольба, и надежда, и… Ну словом, что-то такое, и Джон вновь пережил мучительный бой с самим собой. Что ж, видно судьба у него такая — ради прекрасной дамы сражаться исключительно с собственной трусостью. Или собственным благоразумием. Это уж как посмотреть.
— Если хотите, я помогу вам, — внутренне обмирая, выдохнул Джон.
Она улыбнулась ему с робкой надеждой:
— Правда? Я была бы вам очень признательна.
И тогда Байерс решился.
— Кстати, — выпалил он, — меня зовут Джон Байерс, — и он протянул через стол руку для пожатия.
Наградой ему была еще одна милая улыбка.
— Очень приятно. Холли.
Джон не знал, что еще сказать, потерянно опустил взгляд и заметил на столе маленький бумажный пакетик из-под порционного сахара. «Сахар „Холли”» — значилось на нем.
— Холли? — переспросил он. — Совсем как сахар?
— Да, — ничуть не смутилась Холли. — Совсем как сахар.
В самом деле, почему бы ей и вправду не носить это простое американское имя? А сахар… ну, бывают в жизни совпадения.
— Забавно, — пробормотал Джон, вконец напуганный скоростью, с которой разворачивались события, и собственной наглостью.
Рабочее место у них было одно на двоих с шефом. И компьютер, соответственно, тоже один, но зато какой — IBM 386, последнее слово вычислительной техники. Проблема заключалась только в том, что эту чудесную машину намертво занял непосредственный начальник Байерса. Впрочем, теперь Джона не могло остановить даже это великое препятствие. Он чувствовал, что за эти полчаса сам он и вся его жизнь необратимо изменились. Вот только пока не знал, к лучшему ли это.
— Майк, ты не мог бы уступить мне машину на пару минут? — с ходу налетел он на шефа.
Тот, должно быть, настолько не ожидал этого от зануды Байерса, что послушно встал из-за стола, буркнул что-то утвердительное и потрясенно удалился.
Джон, чувствуя себя настоящим героем, занял его место, вошел в сеть и набрал адрес, который ему дала Холли. Сама она нетерпеливо заглядывала ему через плечо, и ноздри ему щекотал тонкий запах ее духов.
— Ничего себе! — воскликнул Джон, — Мы попали в сеть министерства обороны. Боюсь, дальше нам хода нет. Это тупик.
Жаль, что все так быстро кончилось, подумал он.
Холли, конечно, тоже огорчилась, но несколько по другому, надо полагать, поводу.
— Тупик? А… может быть… вы могли бы… как это называется? Хакнуть?
— Хакнуть?! — все-таки за полчаса законопослушный служащий Федеральной комиссии по коммуникациям не может так вот запросто превратиться в хакера. — Да вы понимаете ли, о чем говорите? Это же секретная база данных министерства обороны, там сплошные военные тайны. Если это обнаружится, я не просто потеряю работу, тут пахнет куда более серьезными неприятностями!
Холли грустно улыбнулась:
— Понимаю. Что ж, я попробую другие пути. Простите, что отняла у вас столько времени…
И она повернулась, чтобы уйти. Вот так просто навсегда уйти из его жизни, а они ведь только познакомились. Конечно, она старалась быть вежливой, но от этого Джону было не легче. Он не оправдал ее доверия, он сам дал ей надежду найти дочь, бедную, беззащитную малютку, и тут же, из-за своей вечной трусости, все разрушил. Нет, Джон не мог отпустить ее.
— Постойте! — окликнул он. Холли быстро обернулась. И снова в ее глазах мелькнула отчаянная надежда. Уши Джона покраснели. — Хорошо. Только учтите — вы этого не видели. Вообще-то я чисто случайно знаю парочку обходных логинов. Так, мы попали в базу. Что дальше?
— Попробуйте поискать информацию на Сьюзен Модески. Это моя дочь, — Холли снова склонилась у него над плечом, и это было так волнительно…
— Господи, что информация о вашей дочери делает в министерстве обороны? Ваш бывший друг что, там работает?
— Честно говоря, я не знаю точно, кем он работает, — призналась Холли. Глаза ее лихорадочно блестели. — Знаю только, что на правительство. Что это за тарабарщина?
На экране в ответ на запрос появились непонятные значки в большом количестве.