«А вы?»
«Нет», — сказал он. «Как только она ушла, я забаррикадировался внутри». Мадлен
Он расхохотался. Ему было обидно. «Что смешного?»
«Я не могу оставить тебя одного ни на минуту, отец», — поддразнила она. «Большинство мужчин на твоем месте были бы польщены, если бы хоть одна женщина проявила к ним интерес».
«У тебя две сестры, которые дерутся из-за тебя не на жизнь, а на смерть».
«Не над чем смеяться, Мэдди. Это было очень неприятно».
«Я уверена, что так и было», — сказала она, утешающе обнимая его, — «и я не хотела подшучивать. Какие чувства у вас остались по отношению к миссис Лэнгтон?»
«Честно говоря, я не очень хочу снова ее видеть».
«А как же ее сестра?»
«Я бы пробежал милю, если бы она снова появилась здесь».
«Тогда решение очевидно», — сказала Мадлен. «Вы должны написать миссис Лэнгтон письмо, чтобы поблагодарить ее за приглашение на чай и сообщить ей, что вы уезжаете на некоторое время».
«Но я не здесь, Мэдди. Я остаюсь здесь».
«Нет, не хочешь. Мы оба заслуживаем короткого отпуска».
«Куда бы мы пошли?»
«Я знаю это место», — сказала она с растущей убежденностью. «Вы слышали, что Роберт сказал в письме, которое я получила сегодня утром. Они произвели арест, но он все еще сомневается в виновности мужчины и ожидает, что дело затянется еще немного. Это значит, что я продолжу беспокоиться о нем, если останусь здесь, а ваши колени продолжат трястись при мысли о втором визите миссис Янг».
«Не дай бог!»
«Мы можем сесть на поезд до Эксетера и решить обе наши проблемы».
«Но это означало бы путешествие по Большой Западной железной дороге», — сказал он с отвращением. «Ты действительно ждешь, что я это сделаю, Мэдди?»
«Вы бы предпочли снова оказаться в тапочках у миссис Янг?»
Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы взвесить альтернативы.
«Я немедленно напишу это письмо Бинни, — сказал он, — а потом мы соберем вещи и сядем на следующий поезд до Эксетера».
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
Визит Колбека к адвокату был поучительным. Передав деньги, найденные в птичьей клетке, он отправился на станцию с тихой улыбкой на губах. Первым, кого он увидел, был Лоуренс Вудфорд, но мужчина старательно избегал его. Поскольку буфетная комната была довольно оживленной, ему пришлось ждать, пока она не опустеет к прибытию следующего поезда. Затем он смог отвести Доркас Хоуп в сторону. Ей не терпелось узнать, что он обнаружил. Он сказал ей, что дневник в основном посвящен перечислению птиц, и ничего не сказал ей об упоминаниях Вудфорда и Майкла Хейгейта. Она сделала признание.
«Мне очень хотелось прочитать его самой, — сказала она, — но мама сказала мне, что дневник — частная собственность, и я не имею права в него заглядывать. Вот почему я обратилась к вам, инспектор».
«Ты поступил правильно».
«Это как-то помогло?»
«О да, это дало нам захватывающее представление о работе этой станции. Как я и предвидел», — сказал Колбек, «мистер Хейгейт был о вас очень высокого мнения». Она покраснела. «Ваше имя упоминалось несколько раз».
«Приятно это знать».
«Не могу выразить, как я вам благодарен за то, что вы нашли дневник».
«Это была чистая случайность», — призналась она. «Как только я это увидела, я подумала, что это может быть вам полезно. Вот почему я не могла понять реакцию мистера Вудфорда».