Дом у голубого залива. Крутой вираж. Токийская осень. Вытащить из петли: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мистер Ватанабе зарезервировал там номер на пятничную ночь. Он появился незадолго до шести, заплатил наличными, отсчитав четырнадцать сотенных. Штат отеля, следует отдать должное, удивления не выказал, решив, вероятно, что богатый человек, не афишируя этого, намеревается встретиться здесь со своей любовницей.

Столь раннее появление позволило мне принять душ, три часа поспать и заказать прямо в номер превосходный ужин.

«Вангард» находился меньше чем в двух километрах от отеля, и я пошел пешком. Было холодно, и я порадовался, что на мне габардиновые брюки, кашемировый свитер и блейзер. Угольно-черная фетровая шляпа, низко опущенная на лоб, также давала тепло, одновременно укрывая лицо.

Я прошел через красного дерева двери и уселся за круглый белый столик в глубине зала. Мидори уже сидела за инструментом — вся в черном, как в первый раз, когда я ее увидел. Какой-то миг мне было приятно наблюдать за ней незамеченным. Выглядела она прекрасно, и это причиняло мне боль.

Свет потускнел, стих рокот разговоров, и Мидори мстительно набросилась на инструмент, взрывая пальцами клавиши. Я напряженно наблюдал за ней, стараясь навсегда запомнить движения ее рук, раскачивание тела, выражения, сменявшиеся у нее на лице. Я знал, что музыку Мидори буду теперь слушать всегда, но за игрой ее наблюдаю в последний раз.

В игре Мидори мне всегда слышалось отчаяние, мне нравилось, как оно временами сменяется глубокой, все принимающей грустью. Однако сегодня всеприятия в музыке не было. Музыка казалась обнаженной и сердитой, порою скорбной, но никогда не покорной. Я слушал, стараясь найти хоть какое-то утешение в мысли о том, что, возможно, произошедшее между нами стало теперь частью этой музыки.

И думал о Тацу. Я знал: сказав Мидори, что я мертв, он поступил правильно. Рано или поздно истина открылась бы ей. Прав он был и в том, что чувство утраты останется с ней ненадолго. Когда знаешь кого-то лишь краткое время, пусть даже испытывая к этому человеку сильные чувства, смерть его становится потрясением, но не особенно долгим и глубоким.

Выступление продлилось час. Когда оно завершилось, я вышел на улицу, постоял немного под безлунным небом.

— Простите, — послышался у меня за спиной женский голос.

Я обернулся, то была всего лишь гардеробщица.

— Вы забыли вот это, — сказала она, протягивая мне фетровую шляпу.

Я молча взял шляпу и зашагал в ночь.

Мидори... С ней мне выпадали мгновения, когда я забивал обо всем. Но мгновения эти всегда были недолгими.

Мидори... Я вес еще слышал ее музыку. Изо всех сил цеплялся за ноты, пока они не истаяли в воздухе. Они исчезали в окружавшей меня темноте, словно улетающие в джунгли трассирующие пули.

Иногда я ловил себя на том, что повторяю ее имя. Повторяю медленно, несколько раз подряд, как заклинание или молитву.

Хорошо знать, что она живет на земле. Я так и буду слушать ее, укрывшись в тени. Как прежде.

 БАРРИ ЭЙСЛЕР

Выбор Барри Эйслера определило увлечение дзюдо и японской культурой в целом.

Окончив юридический факультет Корнеллского университета, он устроился в Госдепартамент в надежде, что его назначат на дипломатический пост в Японию. Однако такого назначения не последовало, и Эйслер перешел работать в вашингтонскую юридическую фирму. Но вскоре он узнал об открывшейся в Токио вакансии для юриста и поспешил в Японию.

За три года, проведенные в Японии, Барри Эйслер заслужил черный пояс по дзюдо, влюбился в японский образ жизни и токийские джазовые клубы. При всем своем расположении к японцам Эйслер весьма трезво смотрит на политическую жизнь этой страны. «Степень коррумпированности японского общества поражает — кажется, такого просто не может быть. За последние десять лет при подозрительных обстоятельствах скончалось так много чиновников и политических деятелей, что в стране пошли слухи о наемных убийцах, умеющих имитировать смерть "от естественных причин"».

Эйслер планирует написать продолжение о Джоне Рейне. «Не исключено, что он бросит карьеру киллера, — говорит писатель. — С определенного момента убивать Рейну стало не так просто».

ВЫТАЩИТЬ ИЗ ПЕТЛИ

Бернард Корнуэлл 

Глава 1

В Давильном дворе сэр Генри Форрест, банкир и олдермен лондонского Сити, едва не задохнулся от чудовищной вони. Сэр Генри непроизвольно попятился, прижал к лицу носовой платок и задержал дыхание, опасаясь, что его вырвет.

-- Я то к здешнему запаху притерпелся, сэр, — хихикнул провожатый сэра Генри. Осторожно, сэр, тут ступеньки, не споткнитесь.

Сэр Генри нерешительно опустил платок и заставил себя открыть рот:

— Почему двор называется Давильным?

— В стародавние дни. сэр, узников аккурат здесь и давили, Плющили, стало быть, сэр. Камни на их наваливали, чтоб до правды допытаться. Нынче мы так не делаем, сэр, и напрасно, потому как врут они, что твой индийский факир.

Провожатый — из надзирателей - был тучным мужчиной в кожаных штанах, грязном сюртуке и с дубинкой в руке.

— Спросить тут любого мужика или женщину, сэр, — рассмеялся он, — так ни одного виновного не сыщете!