Дом у голубого залива. Крутой вираж. Токийская осень. Вытащить из петли: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сэр Генри отвернулся от осужденных и сказал Логану:

— Элинор сильно переживает, я-то вижу.

— Сандмен был весьма достойным молодым человеком, — заметил Логан.

— Весьма достойный молодой человек, — согласился сэр Генри, — но теперь у него решительно никаких видов на будущее. К тому же Элинор не может выйти за человека из опозоренного семейства.

— Естественно, не может, — поддакнул Логан.

— Хоть и не по своей вине, но остался Райдер Сандмен без гроша, — покачал головой сэр Генри. — Как есть без гроша.

— Он должен получать офицерскую пенсию, — нахмурился Логан, — разве нет?

— Он продал патент, а деньги отдал на содержание матери и сестры.

— Элинор, полагаю, не осталась без воздыхателей?

— Отнюдь, — мрачно заметил сэр Генри. — Хоть пруд пруди, но Элинор в каждом находит недостатки.

— Ну, это она умеет, — тихо заметил Логан без всякого осуждения — он любил дочь друга, хотя и считал ее крайне избалованной. — Тем не менее она, конечно же, скоро выйдет замуж?

— Можно не сомневаться, — ответил сэр Генри.

Его дочь была и сама по себе привлекательна, а сэр Генри не делал тайны из того, что весьма щедро обеспечит будущего зятя. Поэтому его порой искушала мысль выдать Элинор за Райдера Сандмена, но жена не желала и слышать об этом. Флоренс хотелось, чтобы Элинор достался титул, а у Райдера Сандмена титула не было, теперь же не стало и денег. Тут размышления сэра Генри о видах дочери прервал вопль осужденной. Он обернулся и увидел, что Джеймс Боттинг набросил ей на плечи петлю и она съежилась от ужаса.

Преподобный Коттон раскрыл молитвенник. Все осужденные уже стояли со связанными руками.

Шериф и его заместитель, оба в длинных одеждах и при символах должности — цепях и жезлах с серебряными наконечниками, подошли к смотрителю. Тот отвесил поклон и вручил шерифу бумагу.

— «Я есмь воскресение и жизнь, — нараспев читал преподобный, — верующий в Меня, если и умрет, воскреснет».

До тех пор четверо осужденных пребывали в ведении смотрителя Ньюгейта, но теперь поступили в распоряжение шерифа лондонского Сити. Шериф извлек из кармашка часы, щелкнул крышкой и произнес:

— Думаю, пора идти.

Он первым вышел из Общей залы, остальные потянулись за ним. Преподобный Коттон направлял девушку, положив руку ей на плечо, и громко читал заупокойную молитву. Шериф провел процессию вниз по каменным ступеням в темный унылый проход под главным тюремным зданием.

— Я ничегошеньки не украла! — вдруг взвизгнула девушка.

— Тише, девица, — цыкнул смотритель.

Мужчины тревожились — им хотелось без хлопот довести осужденных до места.

— «Скажи мне, Господи, кончину мою», — молился священник.

— Прошу вас! — стонала девушка. — Не надо! Прошу!

Надзиратель был рядом, готовый в случае чего ее поддержать, но она продолжала идти на подгибающихся ногах.

Сэр Генри смотрел, как осужденные поднимаются по ступеням, и думал, что не нужно ему было приходить.

— Господа, — обратился шериф к приглашенным. — соблаговолите подняться на эшафот. Слева и справа для вас поставлены кресла.

Прямо перед собой сэр Генри увидел темное пространство под эшафотом, который держался на свежеотесанных балках. Передняя и боковые стенки помоста были обтянуты грубым черным сукном, так что свет сочился только через щели между досками верхнего настила. Деревянные ступеньки вели в крытый павильон.

Толпа встретила появившихся на помосте гостей радостными криками. Сами по себе они ее не интересовали, но следом должны были выйти осужденные. Олд-Бейли была забита народом. В каждом выходящем на улицу окне мелькали лица, люди сидели даже на крышах.

— За место у окна берут десять шиллингов, — заметил Логан и добавил, указав на трактир прямо напротив эшафота: — В «Сороке и пне» самые дорогие окна — из них видна яма, куда проваливаются висельники. — Он хихикнул: — Но нам, конечно, отсюда куда лучше видно.