Десять чайных чашек, или Убийство павлиньими перьями [Литрес]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Гори все огнем! – с чувством произнес он и повернулся к огромному, укутанному в чехол креслу, где все это время, закрыв глаза и храня полнейшее молчание, сидел Г. М. – Я вспомнил вопросы, которые вы задавали в начале нашего расследования. Эй! Да чтоб его… Старый плут заснул!

– И вовсе я не спал, черт тебя подери, – огрызнулся Г. М., открывая один глаз. – Я размышлял. Мне так лучше думается.

– Значит, о тех вопросах… – настойчиво продолжал Мастерс. – Не хотите ли вы сказать, сэр Генри, что знали все с самого начала?

– Ну… «знал» – чересчур сильное слово. Скажем, не исключал такой возможности. Доказательства лежали у нас под носом.

– Тогда почему вы мне ничего не сказали? Потому что это даже не пришло вам в голову, верно?

– Почему не рассказал? Ну конечно… Я счел, что это было бы неразумно, сынок. И знаешь почему? Мне хотелось увидеть, сколько человек поделится с нами историей о тайном обществе чайных чашек. Ты действовал в правильном направлении, но чересчур рьяно, на мой взгляд, отрицал саму возможность существования такой организации. А будь у тебя неопровержимые доказательства, любого, кто пришел к нам с подобной версией, ты встречал бы воплем: «Развесистая клюква!» И человек бы, разумеется, замолчал. Он бы решил, что нам виднее. Но есть одна вещь, которую ты никогда не должен говорить подозреваемому, сынок: ты не должен говорить, что тебе виднее. Ты думаешь о Вэнсе Китинге?

– Да, о нем.

Г. М. почесал подбородок.

– Вот смотри, Мастерс, – продолжал Г. М. извиняющимся тоном, – к чему мы наконец пришли. Дело Дартли раскрыто. Тайное общество «Десять чайных чашек» разоблачено как мистификация и заблуждение – хотя, черт возьми, мне жаль, что эта идея расползлась по швам, она была на редкость забавной. А мы вернулись к тому, с чего начинали: некий весьма изобретательный убийца, застрелив Китинга, воспользовался делом Дартли, как ловким способом пустить полицию по ложному следу. Пусть полицейские с воодушевлением мчатся разыскивать ужасное тайное общество, пренебрегая вполне ординарными мотивами, лежащими на поверхности, и тогда смерть Китинга станет лишь звеном в таинственной цепи событий, охватывающих полмира. Вот почему убийца так тщательно подготовил сцену убийства, воспроизведя как можно больше деталей из дела Дартли. Ему не удалось найти чашки с узором из павлиньих перьев, потому что они были уникальными, но он очень удачно заменил их миланской скатертью с похожим орнаментом. Понимаешь теперь? Именно поэтому он и оставил столько улик, щедро разбросав их повсюду, как в игре «зайцы и гончие» разбрасывают клочки бумаги вместо заячьих следов. Он смог навести подозрение практически на всех фигурантов нашего дела, чтобы создать впечатление, что к зловещему клану «Десять чайных чашек» принадлежит несколько человек. Монстр мог скрываться под обличьем любого из них. И ведь ему почти удалось нас одурачить, Мастерс.

Но я уверен, что Вэнса Китинга убил один человек, и хочу поймать его, как никогда раньше. И мы его поймаем. Или я должен сказать «ее»? – ухмыльнулся Г. М. – Китинг верил в существование общества «чайных чашек». Именно поэтому с ним и смог расправиться убийца, заманив в дом и застрелив.

Глава семнадцатая

Подозреваемые собрались

Тусклый свет фонаря, проникающий в комнату через два окна, падал на многорукий синий кувшин, стоящий на середине стола, еще больше подчеркивая его уродство. Все, кроме Г. М., который не спешил покидать свое вместительное кресло, собрались вокруг него.

– Не хотите же вы сказать, что это была женщина? – спросил Мастерс, оправившись от удивления.

– А что по этому поводу думают наши друзья? – вкрадчиво поинтересовался Г. М.

Дервент оглянулся на него с непроницаемым видом, и кожа на его шее собралась в складки.

– Почему-то мне кажется, что когда кто-то из вас упоминает женщину, то имеет в виду именно мою жену. Я категорически утверждаю, что это нонсенс.

– А как насчет тебя, сынок?

– Меня? – переспросил Соар. Он приподнял тяжелый кувшин и снова поставил на стол. – Меня сейчас интересует только одна вещь. К черту и Китинга, и его убийство. Все, что вы говорите, вполне может быть правдой. Но я хочу знать, в каком оказался положении. В связи с открывшимися обстоятельствами.

– В довольно сложном, – мрачно ответил Мастерс. – Постфактум вы становитесь соучастником убийства мистера Дартли – по вашему же собственному признанию в присутствии свидетелей. Для начала хватит и этого.

– Соучастник постфактум. Боже, храни наше правосудие! – с горячностью воскликнул Соар. – Спрашиваю вас еще раз, мистер Мастерс: верите ли вы, что я понятия не имел о личности убийцы практически до самой кончины моего отца? И как, по-вашему, мне следовало поступить? Бежать в Скотленд-Ярд с криком: «Смотрите, какой я добропорядочный гражданин! Вот вам фаты. Теперь повесьте мертвеца и разрушьте мою жизнь»? Закон может ожидать от меня законопослушания, но можно ли требовать от кого-то поведения умалишенного?

– Вы умеете хорошо говорить, сэр. На словах у вас все получается гладко. Но, во-первых, у вас нет доказательств, что ваш отец рассказал вам об убийстве лишь перед смертью…

– Постойте, я могу вам их предоставить, – перебил его Соар, и в его запавших глазах блеснула искра надежды. – Все это зафиксировано в показаниях, которые так и остались в кувшине. Если позволите, я покажу вам, как его открыть. Не знаю, удовлетворит ли это вас, но вот Дервента, думаю, точно не удовлетворит.

Впервые с тех пор, как Соар рассказал об убийстве Дартли, на лице Дервента отразились какие-то эмоции (возможно, это было даже облегчение). Он изо всех сил пытался скрыть их, и по его лицу пробежала лишь легкая рябь, но Поллард внезапно осознал, что этому насмешливому жилистому мужчине уже за семьдесят. Дервент заговорил, и все были удивлены тем, как дрожит его голос.

– Неужели вы все считаете, что я поступил так из злобы? Я не хочу, чтобы вас арестовали, Соар. Я не хочу, чтоб вообще кого-то арестовали. Я просто пытался, по мере своих скромных сил, снять с себя подозрение в убийстве. Остальное меня мало заботит. Что касается смерти бедняги Китинга, то мне очень жаль, но тут мне нечего бояться. Так получилось, что я…

– Имеете алиби, – подхватил Соар. Впервые он заговорил дружелюбным, хотя и несколько унылым тоном. – Да, и у вас, и у вашей жены стопроцентное алиби. А это значит, что всю кашу предстоит расхлебывать мне. И даже если полиция не предъявит мне обвинение в соучастии в убийстве Дартли, я все еще подхожу на роль злодея в деле Китинга. – Однако внезапно он словно бы пришел к определенному решению, и его лицо озарилось каким-то внутренним светом, характерным для фанатиков или поэтов. – Возможно, найдется способ убедить вас, – сказал он Мастерсу. – На вашем месте, инспектор, я не стал бы больше терять время. Необходимо обыскать дом.

– Это я и собираюсь сделать, – согласился Мастерс. – Но с чего вдруг такая спешка?

Соар указал на него пальцем:

– Потому что вы либо блефовали, либо можете очистить мое имя от подозрений. Вы сказали – я хочу это подчеркнуть, – вы сказали, что в доме, кроме меня и Дервента, есть кто-то еще. Вы сказали, что этот человек проник в дом через черный ход в четверть девятого…

– Именно так.

– Значит, в моем гнездышке нынче небезопасно, – ухмыльнулся Соар. – Потому что ваш убийца прячется где-то здесь, инспектор.