Десять чайных чашек, или Убийство павлиньими перьями [Литрес]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Старый адвокат выглядел таким же тощим и прилизанным, как и в их прошлую встречу. Остатки его жестких седых волос были аккуратно зачесаны на лысый череп, а проницательные глаза из-под кустистых бровей смотрели на них с легкой насмешкой. На нем снова был смокинг. В одной руке он держал сигару, в другой – книгу, заложив палец между страницами. Казалось, в этом холодном заброшенном месте он чувствовал себя как дома.

– Кто вы?.. – выпалил Мастерс.

– Добрый вечер, Джем, – ответил Г. М. бесстрастным голосом. – Не думаю, что вы встречались со старшим инспектором. Знакомьтесь: старший инспектор Мастерс. А это пресловутый дружище Дервент.

Дервент представился в своей обычной несколько педантичной манере.

– Я рад, что вы привели с собой полицию, – продолжал он. – Я говорил вам вчера вечером, Генри, как сожалею, что мы не можем сесть и обсудить преступление за сигарой и бокалом портвейна. И подумал, что это упущение следует исправить. Между прочим, я тут перечитывал, – он показал им книгу, – эссе де Куинси об убийстве[28]. Потрясающее чтение; но боюсь, для современного читателя здесь слишком мало практических советов.

Мастерс вытер залитое водой лицо мокрым рукавом плаща.

– Я непременно ознакомлюсь с ним, – буркнул он. – Однако наглости, мистер Дервент, вам не занимать.

– Боюсь, это правда, – признал тот, задумавшись на мгновенье.

– Вы знаете, что дом окружен?

– Я заметил.

В его спокойствии, подумал Поллард, как и прошлой ночью, было что-то действительно зловещее. Мастерс вытащил из внутреннего кармана письмо, адресованное Г. М.

– Хорошо, тогда… Это написано вами?

– Позвольте взглянуть… Да, это письмо написал я. Но почему бы вам не снять плащи и не присесть, джентльмены? Вечер на редкость отвратительный, и…

– Спокойнее, Мастерс, – проворчал Г. М., хватая старшего инспектора за рукав. – Предупреждаю, Джем, лучше объясните прямо, что происходит, пока остальных в этой комнате не хватил удар. Мы восприняли это «чайное» письмо чрезвычайно серьезно, потому что парень, который их обычно пишет, не бросает слов на ветер. Сегодня вечером должно состояться собрание общества «Десяти чашек»? А вы его президент, или Великий Лама, или как там у вас это называется?

Дервент положил книгу на стул.

– Прежде всего, могу торжественно поклясться, что ни к какому тайному обществу чайных чашек не причастен. Кроме того, собрания общества не будет ни здесь, ни где-нибудь еще – ни сегодня вечером, ни в какое другое время, а причина простая. Его просто нет.

– Просто нет? – непонимающе переспросил Мастерс.

– Я имею в виду, что такого общества не существует. Джентльмены, простите мне эту маленькую мистификацию. Я написал письмо, которое ввело вас в заблуждение. Но у меня есть на то причина, и я хочу вам ее объяснить. Это был единственный доступный мне способ без ненужной суеты и споров установить над этим домом наблюдение. Это был единственный способ заполучить вас сюда быстро, с готовым ордером на обыск и, опять же, без лишней суеты. Быстрота в моем плане являлась ключевым моментом, но также важно было заставить понервничать определенную персону. Я много недель пытался расшевелить Скотленд-Ярд, пока не понял, что заставить правосудие шевелиться может только укол булавкой. Нашему правосудию не всегда присуща слепота богини, но у него плоскостопие, как у полисмена.

– Если вы заманили нас сюда охотиться за химерами, – огрызнулся Мастерс, – то предупреждаю…

– О нет, – прервал его Дервент, крутя в пальцах сигару. – Возможно, я не смогу показать вам ни одной чайной чашки, джентльмены. Зато смогу помочь раскрыть убийство Уильяма Дартли.

Откуда-то из глубины дома донесся звук шагов. Они звучали все громче и громче. Наконец дверь открылась, и в комнату вошел Бенджамин Соар.

В этом расследовании бывали встречи, которые приводили к удивительным результатам. Но Поллард даже представить не мог, что именно невысокий, смуглый, спокойный мистер Соар придаст делу неожиданный оборот. На мгновение на лице антиквара мелькнуло выражение, которое можно назвать атавистическим, – определенно угрожающее, не принадлежащее цивилизации чисто выбритых щек. Соар дотронулся до переносицы, словно для того, чтобы убедиться, что его очки на месте, и это выражение исчезло без следа. Антиквар плотнее запахнул домашний халат из тяжелой темной ткани.

– Привет! – произнес он немного охрипшим голосом. – Как вы все сюда попали? Что вы здесь делаете?

– Как раз это, сэр, мы хотели бы выяснить у вас, – мрачно ответил Мастерс. – Мы ожидали, что найдем тут десять чайных чашек или хотя бы труп…

– Это вы впустили их, Дервент? – осведомился Соар.

– Я.

– …А теперь нам говорят, что все это невинный розыгрыш, – продолжал Мастерс. – Но вот что я вам скажу: у нас есть веские основания полагать, что здесь что-то нечисто. Дом, например. Он ведь никому не принадлежит. Однако сюда привезли мебель, как и тогда, когда мистер Дартли и мистер Китинг были у…

– Что значит «никому не принадлежит»? – возмутился Соар. – Черт возьми, сэр, это мой дом, за который я полностью расплатился! Разумеется, сюда прибыл фургон с мебелью. Разве я не сказал вам сегодня, что занят переездом, потому и не имею алиби на время убийства Китинга?

В комнате наступила такая тишина, что стало слышно, как за окном стучит дождь.

– Да, Мастерс, он это говорил, – подтвердил Г. М., почесав нос. – А когда кто-то заявляет: «Я же вам говорил», – в деле об убийстве начинается полнейшая неразбериха. Это письмо с самого начала показалось мне подозрительным. Я полагаю, Джем, вы рассчитывали, что на нас подействует сочетание пустого дома и фургона с мебелью? По всему выходит, Мастерс, – он огляделся вокруг с глуповатым, но любознательным видом, – мы вломились в дом человека…

[28] Имеется в виду эссе Томаса де Куинси «Убийство как одно из изящных искусств» (1827), где убийство рассматривается как эстетическое явление.