Пока я ощупывал голову, Кэт пыталась сесть. Давалось ей это нелегко. Со стонами и зубовным скрежетом. Рубашка соскользнула с ее правого плеча, и, несмотря на все свои шишки, я залюбовался открывшимся видом, вновь на миг отринув боль и все риски, связанные с делом, в которое мы впутались.
Заметив мой взгляд, она поправила блузку, но с пуговицами возиться не стала. Поворочавшись туда-сюда, она выглянула в окно — первый раз после аварии, до этого-то она лежала сильно ниже.
— Что-то я его нигде не вижу, — сказала она.
— Он непременно прикатит обратно.
— Да, пожалуй.
— И мы обязаны выбраться отсюда, прежде чем он появится, — сказал я ей.
— Проверь, работает ли двигатель.
Я был абсолютно уверен, что машине уже не суждено завестись, но на всякий случай несколько раз повернул ключ зажигания в замке. Что-то под капотом щелкнуло, потом бахнуло, потом умолкло на веки вечные.
— Понятно. Не продолжай, — махнула рукой Кэт.
— Хорошо, уехать нам не удастся. Но тут полно хороших мест для укрытий.
— А как быть с Пегги?
Я пожал плечами.
— Ладно, дай я на нее посмотрю, — сказала Кэт.
Вцепившись в спинки сидений обеими руками, она подтянулась вперед.
— Ты уверен, что она жива?
— Да. Я чувствовал, как она дышит.
— Пегги! — крикнула Кэт девушке в самое ухо.
Та даже не шелохнулась.
— Она в сильной отключке, — кивнула Кэт. — Попробуй ее потормошить.
Я ухватился за костлявое плечо девушки и пару раз встряхнул. Ее голова безвольно болталась. В сознание она не пришла.
— Ладно, ущипни ее.
Щипки дались мне нелегко — пальцы вымокли в крови. Но мне удалось поймать немного кожи между большим и указательным пальцами и хорошенько закрутить.
Пегги не реагировала.
— Ее нужно отвезти в больницу, — сказала Кэт.
— До ближайшей больницы — как до Луны пешком.
— Что нам с ней делать?
— Что нам с собой делать, а?
— У тебя есть план? — поинтересовалась Кэт.
— Перво-наперво — выберемся из этой душегубки. — Не так уж много времени минуло с тех пор, как авария угробила двигатель и кондиционер, но в салон уже успел накалиться. — Мы зажаримся заживо, если останемся здесь.
— По крайней мере, у нас есть тень. Может быть, если мы откроем окна…