Она покрутила ручку, открывая окно:
– Ты только посмотри!
Они вышли и размялись. Он снял крышку с объектива и поднес видоискатель к глазу, чтобы проверить вид. Пляж казался бесконечным – полоса песка, волнистого от ветра. Еще не было семи утра. Залив сохранял млечно-белый цвет.
– Слушай, Мел. – Ее голос внезапно переменился. – Я должна была тебе раньше сказать.
Он мысленно приготовился поворачивать обратно; приготовился к тому, что весь день пойдет наперекосяк. Как это он умудрился так быстро все испортить? Сейчас она скажет, что замужем или в отношениях. И что Мел ей нравится, но она не хочет, чтобы ее неправильно поняли. Она уже сматывает на спиннинг леску, к которой привязана яркая блесна этого дня.
– Я по правде хочу посмотреть Провинстаун, – начала она. – И «Плейхауз», и надеюсь, что получу прослушивание как-нибудь скоро. Но сейчас там все закрыто. На зиму. И вчера я это уже знала, когда попросила меня сюда отвезти. Не то чтобы я тебе соврала, но…
Он прислонился к пыльной машине:
– Так тебе, значит, снимки не нужны?
– Еще как нужны. Но… – она ковыряла носком ноги торчащий из дюны пучок осоки, – главное, я хотела, чтобы ты меня заметил, наверное. Хоть немножко.
Она втянула губы меж зубами.
Он поднял фотоаппарат и навел на резкость:
– Смотри вон туда.
Ее лицо в видоискателе казалось беззащитным. Если бы не тяжелый подбородок, она была бы красавицей.
– Я забыла спросить. Пленка черно-белая? Я не хочу, чтобы они сразу заметили, что у меня разные глаза.
Он кивнул, почти не слушая.
– Я никогда не видела такой маленький фотоаппарат. Ты уверен, что это не игрушка?
– Помолчи немного. – Он щелкнул, делая первый снимок.
Зажужжал пружинный мотор. Камера работала просто как мечта.
Кэтлин смотрела вперед, на дюны, окаймленные полоской дикой травы; на их расселины и тайны.
– У меня есть ребенок, – сказала она.
Мел приостановился, но фотоаппарат не опустил.
– Я подумала, лучше сразу сказать. Он родился без отца. То есть не в том смысле, что он от Святого Духа. – Голос был низкий, гортанный. – В общем, я падшая женщина. Слава богу, что я не в Ирландии росла, а то монахини отправили бы меня в прачечную замаливать грехи, не успеешь и глазом моргнуть. Я тебе говорю сейчас только потому, что не хочу, чтобы ты думал: мне от тебя чего-нибудь надо. Я, может, и падшая, но не чокнутая.
Он снова щелкнул.
– Если по-честному, скорее всего, из меня никогда не выйдет никакая актриса. Может, на характерные роли, и то если очень сильно повезет. Правда, я все равно не сдаюсь. Я способная, мои учителя всегда так говорили. Мои родные думают, что из меня выйдет новая Морин О’Хара[60]. В прошлом году мать даже записала меня на конкурс «Роза из Трали», дома, в графстве Керри, откуда она родом. Там проводится новый конкурс красоты. Она убавила мне лет в заявке и послала мою старую фотографию. И я уже приготовилась к отборочному туру в Нью-Йорке. Купила платье и все такое. Конечно, мать сказала, платье меня так обтягивает, что даже мою религию видать. Но, – она пожала плечами, – это было платье, и я поехала. Семья вызвалась подержать у себя моего мальчика, чтобы я могла поехать. Тоже своего рода проба актерского таланта. Но платье было как бельмо на глазу, я была как бельмо на глазу, и я просто не смогла. Конкурсы красоты – это не мое. Потому я приехала на мыс. – Она выдавила из себя улыбку. – Пилигримы – вот это мое. Неприкаянные с большой буквы «н». Я, кстати, жду не дождусь, когда фильм выйдет. Я про него все время читаю в журналах о кино. Ты тоже можешь быть кем-нибудь из «Неприкаянных»[61], если хочешь. Ты кто будешь? Кларк Гейбл или Монтгомери Клифт?
Свободной рукой он проверил показания экспонометра:
– Не знаю…
– Я думаю, тебе скорее подойдет Кларк Гейбл – он уже не первой молодости. Говорят, она его страшно изводила на съемках, он просто бесился. Ты знаешь, они снимают для фильма настоящих диких мустангов. А мы можем использовать вместо них этих огромных псов, которых держат люди в соседнем с тобой номере, Дагенхарты. Вот мне интересно, они когда-нибудь вообще собираются уезжать? Это же мотель. Гостиница для автомобилистов. Так садитесь в свой автомобиль, мистер и миссис Дагенхарт, и катите дальше. Кто приезжает в мотель и поселяется там навеки?
Она осеклась, поморщилась и прикрыла рот рукой:
– Ой, Мел, извини.
Он живет в мотеле с июня. Сейчас уже почти ноябрь.
[60] Морин О’Хара (1920–2015) – ирландская и американская актриса и певица, много снимавшаяся с Джоном Уэйном в вестернах Джона Форда 1940–1950-х гг.
[61] Фильм Джона Хьюстона по сценарию Артура Миллера «Неприкаянные», снимавшийся с массой проблем в 1960 г. и вышедший на экраны в 1961-м, стал последним в карьере и Мэрилин Монро, и Кларка Гейбла.