Потребовалось каких-то пять минут на то, чтобы оставить в бочке, как напоминание о себе, дюжину пробоин от автоматных выстрелов. Стреляли одиночными во избежание лишней суматохи: очереди означали бы ведение полноценного боя с последующим срочным подтягиванием армейского резерва. Закончив, милиционеры с чувством выполненного долга, не спеша прошли мимо вдруг поскучневшего её владельца, и направились дальше, когда услышали крики двух шедших в стороне товарищей:
– Мужики, да здесь ещё что-то! – сообщили те, когда вся группа приблизилась к указанному месту – На каких-то десять шагов отойти, и не видать ничего было бы. Умеют эти ичкеры маскировать!
Один из обнаруживших находку ребят оттолкнул ногой лежавший на земле большой лист жести и перед взорами милиционеров предстал самый обычный минизавод. Действительно, при беглом осмотре местности объект этот не привлекал к себе никакого внимания, так как почти полностью был зарыт в землю. «Четвёртый уже» – как-то безразлично заметил старший и спрыгнул в открывшееся углубление. Осмотрев часть корпуса, он в сомнении покачал головой:
– Пулей не взять, стенка толстая. Да и в упор стрелять опасно – срикошетировать может обратно.
– А если я подальше отойду да со своего долбану? – предложил худой малорослый пэпээсник, в руках которого выданный РПК смотрелся как какая-то минигаубица. Его не поддержали.
– Нет, Серёга! Ты только чуть в сторону отойдёшь, как от выступающей сейчас поверхности один край видеть будешь. Если и попадёшь – то чирком разве. Завалишь чеха какого, потом в тюрьму садись из-за нефти этой.
– Правильно, – согласился с говорившим всё тот же седоватый пэпээсник с СВУ – я предлагаю гранату туда бросить. В первую неделю выменял у бойца, да надоело таскать уже без дела. Ты как, командир, не против?
Старший против не был, и вскоре у завода остался лишь один владелец гранаты. Заглянув ещё раз в открытый люк, он без лишней суеты выдернул кольцо и, разжав ладонь, закинул «эфку» в наполненную коричневой жидкостью ёмкость. Затем он развернулся и не спеша, чуть пригнувшись, потрусил в сторону, но после нескольких шагов поскользнулся и с размаху грохнулся в подстерегавшую на пути небольшую лужу. Отведённые до взрыва секунды уже были на исходе и присевший на корточки метрах в двадцати пулемётчик замахал рукой:
– Быстрее сюда, Саша! – закричал он слегка приподнявшись и зачем-то усиленно жестикулируя.
Впрочем, Саша и сам не собирался оставаться в опасной близости от взрываемого объекта. Поднявшись, он вдруг воспарил над землёй со скоростью молодого сайгака. В считанные секунды новоявленный спринтер преодолел оставшееся расстояние, и плюхнулся наземь рядом со своим товарищем. Сразу же внутри завода раздался глухой хлопок. На удивление всем, прозвучал он как-то слабенько и не выразительно. Трое любопытствующих снова подошли вплотную к открытому люку и заглянули внутрь.
– Там всё так же, – заметил один, поворачиваясь к командиру группы – нефти столько же и форма корпуса не изменилась.
– А ты чего ожидал? От одной гранаты завод в воздух не поднимется. Нам главное, чтобы в днище пробоины образовались, а тогда уже их заделать непросто будет. – ответил ему капитан и, хлопнув по плечу стоявшего рядом тёзку, рассмеялся – Ну ты, дед, удивил меня! Откуда прыти у тебя столько?
– Да я и сам за собой её не замечал раньше. – улыбнулся тот, поправляя на плече ремень снайперки – Всё равно что стометровку выполнил за это время.
Вспомнив о винтовке, старшина перехватил её в руки и внимательно осмотрел оптику. «Вроде ничего не сбилось! – заметил он с облегчением – Так в эту лужу навернулся, что и удержать её на весу не смог». Саша СВУ носил не зря. Он не просто считался снайпером по штату, он был им в действительности. Причём снайпером отменным. Ещё в давние годы, на заре своей молодости, ему пришлось отслужить срочную с аналогичной военно-учётной специальностью. Демобилизовавшись, он определился в милицию, но, несмотря на довольно редкую возможность посещения стрельбищ в данном департаменте, от оружия не отвык. Сему обстоятельству немало способствовало хобби старшины, не дававшее ему покоя с юных лет. Александр Середа был заядлым охотником и по возможности старался подстрелить всё, что движется из живности. Неподвижные цели в нём интереса не пробуждали – вести огонь по ним он считал ниже своего достоинства. Вот так же и здесь, заметив сидящую у одной из многочисленных мусорных свалок собаку, он сначала производил выстрел рядом с ней, таким образом принуждая животное к бегу, а затем уже бил на поражение. Некоторым товарищам такая бессмысленная бойня собак претила, но на их деланно равнодушные или же откровенно возмущённые замечания Середа лишь недоумённо пожимал плечами:
– Я навыки сохраняю. А собак что жалеть – обычные животные, вон их сколько бездомных по помойкам бегает.
Однажды он на спор с первого же выстрела сбил сидящую на столбе в четырёхстах метрах ворону, перед этим предоставив два безуспешных выстрела вооружённому СВД снайперу из ОМОНа. После поражения на своего снайпера омоновцы подобиделись и, видя угнетённость молодого парня, Саша поспешил его успокоить. Взяв в руки его винтовку, он заглянул в оптику и громогласно, чтобы слышали все, протянул:
– Да ты и не мог из неё в цель на таком расстоянии попасть! Смотри, какая луна у тебя там.
Затем, поймав недоумённый взгляд коллеги, он принялся неторопливо объяснять ему все особенности в подготовке оружия к стрельбе, прицеливании и непосредственного ведения огня по цели. Словом – все те премудрости, знание которых и отличает настоящего снайпера от ботаника, случайно перепутавшего винтовку с сачком для ловли бабочек. Через минуту омоновец уже позабыл о неудачной стрельбе. Поняв, что в устроенном соревновании он был просто обречён на поражение, парень, раскрыв рот, внимательно слушал пэпээсника, изредка задавая возникающие по ходу разговора вопросы.
Солнце уже поднялось в зенит и припекало вовсе не по осеннему. Пробудился голод и давала о себе знать лёгкая усталость. Милиционеры отработали уже большую часть отведённого им маршрута и оставшиеся дома обследовали уже не так скурпулёзно, как первые. Из семи следующих домовладений трое имели на огородах вкопанные нефтехранилища, в одном из них также располагался минизавод, но комендачей уже никто не вызывал. С ними поступили так же, как и с предыдущими, чем вызвали плохо скрываемую радость соседей победней – тех, кто не обладал возможностью пользоваться всеми прелестями, вытекающими от переработки чёрного золота.
– Что, радуешься за соседа? – спросил одного из них Велиев, перехватив довольный взгляд чеченца, брошенный через недостроенный забор на возвышающуюся невдалеке громадину.
– Радуюсь! – с неожиданной откровенностью ответил молодой мужчина – А как же иначе? У меня, сами видите, детей двое, и все этим смрадом дышат. Они хоть деньги за эту отраву имеют, а я с детьми за что страдаю? Давно надо было завод этот взорвать, я и в лицо ему сказать об этом готов.
Чеченец приобнял хвостом следующего за ним своего старшего – семилетнего мальчика, и оглянулся на выходивших из мазанки милиционеров, закончивших осмотр.
– Ребята, может, чаю попьёте? – пригласил он, обращаясь ко всем членам группы, ожидающим неподалёку.
Домовладение его состояло всего-то из халупы и жалкого подобия сарая, в котором кроме козы и четырёх кур из живности ничего больше не было. Таких на всё село было считанные единицы, и милиционеры дружно отказались. С первого же взгляда было понятно, что парню и так с большим трудом удаётся кормить семью, и утруждать его дополнительными расходами никто желания не изъявил.
Собравшись, группа направилась к расположенным у окраины села трём последним домам, рядом с которыми их уже ожидали сапёры из комендатуры. Их командир – долговязый майор, при приближении милиционеров сделал два шага навстречу, но оглянувшись на неподвижно стоявших подчинённых, тут же остановился и выкрикнул:
– Мужики, вам что, делать нечего?
– А что случилось? – словно не поняв подтекста, вопросом на вопрос отвечал старший группы.
– Ну как что! Зачем вы бочки расстреливаете? Мы же прошлись уже и раз не тронули их, значит и вы не суйтесь!
Такой наглости от них никто не ожидал. Пока старший собирался с мыслями, обдумывая вариант ответа побезобиднее, не выдержал Велиев:
– Не вам здесь решать, что трогать, а что нет. «Зачистку» мы проводим и если вы заводы взрывать не хотите, то мы ими любоваться не собираемся!