Календарные обычаи и обряды народов Юго-Восточной Азии: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Один из самых красочных буддийских праздников у кхмеров — Катхэн, отмечаемый в конце сезона дождей, а точнее, в период с 1-го дня убывающей луны месяца ассоть и до полнолуния месяца катдек (октябрь-ноябрь). Согласно преданию, Катхэн будто бы повелел отмечать сам Будда, когда несколько его сподвижников-монахов, отправившись после окончания поста за подаяниями по размытой дождями дороге, запачкали в грязи свои одежды. И тогда Будда разрешил им принять от мирян новые одеяния [Прэах реатьпитхи, 1960, с. 115–116]. С тех пор по случаю Катхэна принято вручать монахам вместе с одеждой также и котелок для сбора подаяний (бат), веер (пхлэт), циновку (кантель), подушку (кхнаэй) и т. д. Одновременно это хороший повод для сбора пожертвований на нужды монастыря (строительство новых помещений, ремонтные работы и др.), причем в одном монастыре полагалось устраивать не больше одного Катхэна в год.

В октябре 1966 г. автору довелось присутствовать на празднике Катхэн в деревне Анлонг ромиет провинции Кампонгспы, организованном преподавательским составом Королевского университета изящных искусств во главе с его ректором Ван Моливаном. Основным лицом торжества и дарителем (мтьах теан) был сын Нородома Сианука — принц Нородом Нарадипо. Вечером, накануне праздника, все подарки были собраны в храме, где монахи читали молитвы.

Наутро праздничное шествие трижды обогнуло монастырь. Впереди под ритмичные удары барабанов и гонгов шли танцоры чхайама в потешных масках, вызывая своими движениями смех зрителей. За ними под зонтом шествовали принц Нарадипо, принцесса Бопха Деви, другие члены королевской семьи в сопровождении преподавателей университета и с дарами для монахов в руках. Некоторые женщины несли приношения в корзинах по голове. Входя в храм, мужчины садились по правую сторону от алтаря, позади и рядом с членами собравшейся в полном составе монашеской общины, а женщины размещались с левой стороны. На самом видном месте, напротив статуи Будды, на специальных подставках водружали дары. У алтаря зажигали свечи и благовонные палочки.

Руководитель церемонии (атьар) читал молитвы, которые миряне повторяли хором, а после каждого куплета верующие, подняв ко лбу соединенные вместе ладони, отбивали земные поклоны. Главное лицо торжества преподносил дары монахам, один из которых проверял, соответствуют ли одежды правилам, установленным в монастырском уставе. После чтения монахами наставлений их приглашали на праздничную трапезу.

А во дворе монастыря тем временем начинались веселые игры и танцы при участии самодеятельных актеров чхайама. Вот один из танцоров делает вид, что безуспешно пытается приударить за понравившейся ему красоткой из толпы. Ритмы и настроение подлинного ярмарочного веселья захватывали присутствующих, чутко реагировавших на удивительно человечный, крестьянский юмор. Кхмеры считают, что чхайам помогает исцелить больных, прогоняет усталость, а на душе от него становится легко и радостно [Косиков, 1966–1968].

Обычаи и обряды сезона окончания дождей

Познакомимся теперь с одним из самых удивительных камбоджийских праздников, больше известным с легкой руки европейцев под названием Праздника вод или Праздника возвращения вод. Его полное название на кхмерском языке звучит сложно: Прэах реать питхи ом тук — бандает пратип — ок амбок — сампеах прэах кхае — (досл. «Королевская церемония гонки лодок — огоньки, плывущие по воде — проглатывание шариков клейкого риса — поклонение луне»). Для многих кхмеров это, прежде всего, своеобразные состязания — лодочные гонки, — связанные с интересным природным явлением [Прэах реатьпитхи, 1960, с. 119].

Столица Камбоджи — Пномпень — расположена, как известно, в центре гидрографической системы страны, у слияния четырех рек — Меконга, Тонлесапа, Нижнего Меконга и Бассака. В сезон дождей, когда уровень воды в Меконге значительно повышается за счет таяния гималайских снегов в его истоках и притока дождевых вод, р. Тонлесап, соединяющая Меконг с одноименным оз. Тонлесап, подобно гигантскому отводному каналу, поворачивает свои воды вспять, устремляя течение назад, к истоку, и тем самым перебрасывая «лишние» воды в озеро, за счет чего его акватория увеличивается примерно в три раза. С наступлением сухого сезона и понижением уровня воды в Меконге озеро как бы возвращает излишки воды, и р. Тонлесап вновь течет в привычном направлении — от озера к Меконгу.

Окончание сезона дождей и предстоящую жатву риса знаменует Праздник лодочных гонок, связанный с традициями далекого прошлого и устоявшимися представлениями кхмеров о добрых и коварных силах природы. Поскольку считается, что именно в этот период умножается воздействие последних, то становится понятным стремление кхмеров вовремя «задобрить» злых духов, удовлетворив их требования путем различных приношений. Многие церемонии в сложном ритуале этого торжества восходят еще к индуистским культам, другие, как мы увидим в дальнейшем, тесно связаны с буддизмом.

Кхмерские предания по-разному объясняют происхождение праздника. Одни из них связывают его с обожествлением людьми воды и земли, со стремлением умилостивить их, вымолив прощение за возможные прегрешения. В других текстах говорится, что этот праздник устраивается для того, чтобы почтить религиозный символ — зуб Будды (прэах тьангком каев), хранящийся в глубинах вод у змея-нага. Еще одно старинное сказание, где воздается хвала Будде, повествует о том, как построенный им мост из лодок помог людям справиться с засухой.

По мнению кхмерского исследователя Куй Лоута, не исключено, что Праздник лодочных гонок существовал еще во времена империи Камбуджадеша, когда кхмеры часто вели войны со своими соседями. Однажды исход боя был во многом решен в пользу кхмеров потому, что лодочная флотилия вовремя доставила необходимое подкрепление. Может быть, именно тогда правитель страны Джаяварман VII повелел запечатлеть воинскую доблесть камбоджийского флота на барельефах храмов Байон и Бантеай Чхма [Прэах реатьпитхи, 1960, с. 137]. С той поры в честь этого события раз в году кхмеры стали устраивать церемонию под названием самают, постепенно превратившуюся в Праздник лодочных гонок.

Уже в XVI в. этот праздник проводился не только в королевской столице, но и во многих других районах страны, например, в южных областях, известных под названием Кампучия краом, а ныне находящихся в пределах государственных границ Вьетнама, где компактно проживает кхмерское меньшинство — кхмаэ краом (свыше 0,7 млн. человек). Считается, что инициатива проведения праздника принадлежит высокопоставленному кхмерскому сановнику по имени Панг, носившему титул своеобразного министра обороны (окня кралахаом). Согласно другим данным, не исключено также, что это был правитель по имени Трань [Прэах реатьпитхи, 1960, с. 133]. Лодочные состязания до сих пор популярны у жителей этого района; в частности, они регулярно устраиваются в деревне, находящейся в 17 км от Шокчанга (кхмерское название — Срок Треанг).

С давних времен Праздник лодочных гонок, насыщенный множеством магико-символических и зрелищно-развлекательных ритуалов, было принято отмечать в течение грех дней в период полнолуния, приходящегося на месяц катдек (12-й месяц по лунному календарю), что соответствовало октябрю или ноябрю. В 1967 г., когда автору довелось присутствовать на таком празднике, он продолжался с 15 по 17 ноября [Косиков, 1966–1968]. В нем принимало участие 197 лодочных команд, состоящих в основном из жителей деревень, расположенных по берегам рек Тонлесап и Меконг, специально прибывших на праздник в Пномпень для участия в самой популярной лодочной регате.

К состязаниям допускались лишь многоместные гоночные лодки-долбленки (тук нга) с высоко поднятым носом и кормой, достигавшие в длину 20 м и более. Эти лодки, отличающиеся быстротой и высокой маневренностью, строятся из целого ствола дерева, чаще всего коки тэк (Hopea odorata) со сравнительно легкой, негниющей и отличающейся особой прочностью древесиной. По традиции, перед тем как отправиться в лес, чтобы срубить дерево для лодки, под началом мастера (тьеанг прей — «лесной плотник») устраивалась церемония со специальными подношениями Крош Пеали — Хозяину земли и вод. Срубленное и очищенное от веток дерево оставляли на некоторое время в лесу для просушки, а затем перетаскивали в деревню. Поскольку строительство гоночной лодки достаточно сложное и кропотливое занятие, требующее умения и навыков, то обычно этим занимался мастеровой плотник (тьеанг срок), которому помогали и другие жители [Hoc Cheng Siny, 1973, с. 50]. После того как корпус был готов (его толщина не должна превышать 5 см, чтобы лодка была легка в управлении на воде), к нему прикрепляли вырезанные отдельно нос лодки и корму, причем длина каждой из этих частей составляла обычно около 4 м. Лодку просмаливали, покрывали черным лаком растительного происхождения, на который затем наносили традиционный орнамент, обычно желтого и красного цвета. После этого из дерева ценной породы — как правило, сралао (Lagerstroemia ovalifolia) — вырезали «глаза» лодки — изображение золотистой змеи-нага длиной около 60 см.

Жители деревни с большим почтением относятся к гоночным лодкам, воспринимая их как одушевленные существа, и поэтому для обозначения различных частей лодки используют следующие термины: корпус лодки именуют «грудь» (трунг), нос — это «голова» (кбаль), а корма — «спина» (кансай — досл. «задняя часть»).

У кхмеров сохраняется множество запретов, связанных со священной природой лодки, нарушение которых может грозить различными бедами. Например, женщинам было запрещено не только подниматься на борт лодки, но и вообще приближаться к ней. Во время состязаний гребцы должны воздерживаться от неуместных реплик и шуток. Исключение делалось лишь для одного члена команды — шута (тхлук) [Daniel, 1967, с. 85].

В течение года лодка — коллективная собственность деревенской общины — хранится под специально устроенным навесом в буддийском монастыре, при этом ее носовая часть обязательно обращена на восток [Косиков, 1966–1968].

Команда гребцов (нэак тьамнох тук, или кром нэак ом) в зависимости от размера лодки состоит из 20–60 сильных и выносливых гребцов, возраст которых не превышает 35 лет. По своим функциям гребцы подразделяются на две категории: тех, кто гребет сидя (пуок ом реап) — они находятся на скамьях, расположенных от носовой части лодки до ее середины, — и тех, кто гребет либо стоя на коленях, либо стоя во весь рост (пуок нэак йонг), занимающих места соответственно в задней части лодки, от середины и до кормы. В зависимости от функционального назначения существует до пяти различных типов весел (тьрова) — длиной от 1,15 до 3 м.

В качестве дополнительных символических атрибутов гребцы обычно используют подвешенный к носу лодки кусок пестрой ткани (на), символизирующий язык змеи-нага; румйоль — две специальные подвески с каждой стороны от на, которые считаются усами змеи-нага; ланг — зонт, также укрепляемый на носу [Hoc Cheng Siny, 1973, с. 20–23].

Издавна повелось, что, перед тем как отправиться на состязания в Пномпень, накануне вечером, после вечерней молитвы, в храме обычно устраивается специальная церемония, чтобы «разбудить лодку». Звучит оркестр традиционной музыки, а приглашенные монахи читают нараспев тьайантао («песнь победы»).

Один из мастеров, участвующих в строительстве лодки, после произнесения хвалы в честь Будды, его учения и общины окропляет затем нос лодки водой и обращается к охранным духам с просьбой уберечь лодку и ее экипаж во время гонок от разного рода напастей, способствовать ее плавному скольжению по воде, а в конечном счете помочь одержать победу над соперниками.

В некоторых прибрежных деревнях местный прорицатель сам перевоплощался в охранного духа. Под звуки ударных инструментов он имитировал движение гребца, как бы опускавшего весло в воду. В завершение обряда запястья гребцов перевязывали белыми хлопковыми нитями, которые, по поверью, были символами удачи [Cérémonies des douze mois, 1950, с. 63]. На носу лодки под раскрытым зонтом помещали ритуальные приношения духам вод.

На следующее утро, после того как к корпусу лодки прикрепляли «глаза», ее спускали на воду под радостные возгласы собравшихся, которые желали всему экипажу успешного плавания в Пномпень. В дороге гребцам рекомендовалось соблюдать ряд предписаний и запретов. Например, если лодка проходила под мостом, то ее «глаза» полагалось снимать, а затем их вновь водружали на прежнее место.

Прибывавшие на праздник экипажи собирались в заранее отведенном месте, недалеко от моста Сангкум Реах Нийюм, и ждали специального сигнала, по которому очередная пара лодок устремлялась вниз по огромному водному пространству, чтобы как можно быстрее пройти расстояние 3 км, заканчивавшееся напротив плавучего королевского дома, напротив четырехводных рукавов. Лодка, которая первой приходила к финишу, получала три очка, а ее соперница — соответственно два или одно очко, в зависимости от того, отстала она от победительницы на 1/3 или 2/3 длины ее корпуса [Косиков, 1966–1968]. Если же отставание было существенным, то команда попросту выбывала из дальнейших соревнований.