– Чем занят охранник?
– Готовит сирих.
– То есть бетель? А где?
– У костра.
– Ладно, поглядим. Прежде чем пытаться бежать, я хочу убедиться, что это возможно. В деревню кто-нибудь вернулся?
– Нет, оранг.
– Очень хорошо.
Он перегнулся через ограду веранды. Трое охранников сладко спали под навесом. Четвертый возился у костра.
Сирих напоминает боливийскую коку. Его готовят из ароматных листьев бетеля, плодов ареки, сока гамбир-катеху[55] и щепотки негашеной извести. Местные островитяне не имеют привычки курить табак, но повсеместно жуют сирих, который портит им зубы и окрашивает слюну в красный цвет.
Даяк настолько увлекся своим занятием, что и думать забыл о пленниках. Наверное, был совершенно уверен в надежности тюрьмы, ведь лестницу перерубили.
– Самое время, – решил Каммамури. – Если не сейчас, значит никогда. Деревня пуста, трое охранников дрыхнут без задних ног. Придется поработать палками.
Он сбросил веревку с противоположной стороны веранды, чтобы бодрствующий даяк ничего не заметил и не встретил их внизу с парангом или духовой трубкой.
– Сначала я, – сказал маратха. – Пусть ты ловчее, зато я сильнее.
Сунув палку за кушак, Каммамури взялся за веревку и стал потихоньку спускаться, стараясь не задевать бамбуковую опору. Однако на полдороге он вынужден был остановиться, наткнувшись на своего рода платформу из аренговых канатов, удерживавших вместе всю конструкцию.
Маратха действовал настолько осторожно, что даяк-охранник ничего не замечал. Как всем известно, индийцы – непревзойденные скалолазы, а индийские воры способны украсть даже подушку из-под головы спящего. Наш маратха ничем не уступал своим соотечественникам. Задержавшись немного на платформе и убедившись, что охранник не забеспокоился, он продолжил спуск.
Едва его ноги коснулись земли, Каммамури метнулся в ближайшие кусты и выхватил палку, готовясь сразиться с врагами. Потом он поднял глаза и различил человеческую фигурку, ползшую по веревке. Негрито тоже не собирался запросто расставаться с жизнью и жертвовать свою голову на даякский алтарь, весьма любопытный артефакт для нас с вами, но не для несчастных пленников.
Каммамури принялся наблюдать за стражником, едва видным через перекрестья бамбука. Тот, по-прежнему ни о чем не догадываясь, спокойно готовил сирих для себя и товарищей.
Наконец негрито спустился на землю.
– Бежим, оранг, – шепнул он.
– С одними палками? Да ты в своем уме? Кто посмеет ночью отправиться безоружным в джунгли, кишащие злобными хищниками? Идем. Бей изо всех сил.
Они протиснулись между стволами и на цыпочках подобрались почти к самому костру. Даяк сидел к ним спиной и кромсал ножом орех ареки. Рядом лежали изумительный паранг с широким лезвием, духовая трубка и пучок дротиков. Можно было не сомневаться, что их наконечники смазаны соком анчара, а то и еще более опасным ядом игнации[56]. Попав в кровь, он мгновенно останавливает кровообращение, затем наступает столбняк и смерть.
– Паранг – мне, духовая трубка – тебе, – шепнул Каммамури, покрепче перехватил палку и с такой силой ударил даяка по затылку, что тот рухнул наземь, не издав ни звука.
Похватав оружие, они опрометью бросились к реке. Добежав до прибрежных зарослей, Каммамури оглянулся проверить, не очухались ли остальные стражники. Те действительно проснулись, но вместо того, чтобы кинуться вдогонку, с обезьяньей ловкостью полезли в «воронье гнездо», прыгая со ствола на ствол. Судя по всему, хотели удостовериться, что пленники до сих пор там.
– Передавайте привет какаду, – хохотнул маратха. – Ноги, негрито, ноги!
– Куда ты хочешь пойти?
– Сперва к Маруду. Я знаю, куда направляются мои друзья. По крайней мере, у меня больше шансов перехватить их на реке, чем в джунглях. Нам нужно будет добраться до одного островка.
Они побежали. Каммамури сжимал паранг, дикарь уже вложил в духовую трубку дротик из тонкого побега бамбука в пядь длиной: на конце его торчал острый шип. Один выдох – и негрито послал бы его за сорок ярдов.
Бег по чащобе продолжался около четверти часа. Наконец маратха остановился. В нескольких шагах меж берегов, обильно поросших тростником, грозно бурлила Маруду.
– Господин, нельзя останавливаться. – Негрито тронул его за руку.
– Почему?
[55] Гамбир-катеху – выпаренный досуха сок некоторых видов акаций, пальм и других растений.
[56] Игнация – лиана, взбирающаяся по стволам высоких деревьев при помощи крючковидно закрученных усиков.