– Я никогда ее не забуду! – В голосе Малайского Тигра прозвучали отзвуки стали. – Она навсегда останется в моем сердце.
Посидев немного на краю пропасти, они медленно двинулись вниз. Меж тем Тремаль-Наик, Мати и Каммамури водружали на вершине древнее знамя малайских пиратов. И вот кроваво-красное полотнище с тремя тигриными головами заплясало на ветру.
Эпилог
На следующий день султан, измаявшийся в заточении, с мрачным видом подписал документ о передаче Момпрачема Малайскому Тигру. После чего его посадили на проа и отправили в Варауни вместе с несчастным английским послом и вооруженным отрядом – на случай, если китайцы продолжат погромы. Сандокану такие беспокойные гости были ни к чему.
Янес, Тремаль-Наик и Каммамури прожили на острове еще месяц, помогая Сандокану обустроиться. Затем, в одно прекрасное утро, на яхте развели пары́ и взяли курс на Индию. Красавица-голландка, желавшая познакомиться с махарани Ассама, поплыла с ними.
Прощание выдалось нелегким.
– Если англичане вздумают тебе докучать, – сказал Янес, – помни, что у меня есть деньги и власть. Я готов по первому твоему зову вернуться и защитить наш славный островок. Отныне Момпрачем не должен пасть.
– Тигриное знамя опустится только после моей смерти, – ответил Сандокан.
Под прощальный салют из спингард яхта покинула бухту. Впереди расстилалось открытое море.