– Уходите, милорд, – сказал Кьен-Коа. – Я позабочусь о том, чтобы этот человек исчез без следа. В Варауни много каналов, а с такой раной долго не живут.
– Надеюсь, за дверью нас не поджидают его приятели, – проворчал Янес.
Китаец хотел что-то сказать, но тут снаружи донесся оглушительный шум. Похоже, португалец не ошибся, и таверну действительно окружили люди с потопленного им парохода.
– Не высовывайтесь за дверь, милорд. Вы сможете уйти отсюда, спрыгнув с каких-то шести футов.
– И где я окажусь?
– В моем саду.
– Там безопасно?
– Безопасно, как нигде. К тому же сад охраняется. Честно говоря, меня уже утомили англичане, нападающие на моих покровителей.
– Что будет с американцем?
– Пожалуй, я закопаю его в саду. Пусть потом ищут сколько влезет.
Меж тем шум не утихал. Кто-то препирался с подавальщиками, другие, судя по звукам, выбивали двери, ведущие в отдельные залы.
– Бегите, милорд, – поторопил Янеса китаец, открывая окно, за которым обнаружился изысканный сад с сиренью и магнолиями.
Янес медлил. Ему не хотелось отступать перед врагами, норовившими его прикончить.
– Идем, – поддержал китайца Каммамури. – Сейчас не время затевать сражение. На выстрелы сбегутся не только окрестные китайцы, но и стража султана.
– Ты прав, – согласился португалец. – Мы и так увязли по уши, новые неприятности нам не нужны. Ничего, завтра отправимся в горы охотиться с болваном-султаном на тигров, носорогов и слонов. А там посмотрим, чья возьмет.
Он перепрыгнул через подоконник и очутился в саду. За ним спустились и остальные, после чего все они скрылись в кустах сирени.
Глава 14
Большая султанская охота
Утром все население Варауни устремилось к великолепному дворцовому саду, где уже собрались загонщики, стрелки и баядерки. Последние должны были развлекать по вечерам утомленного властителя.
Охотникам приготовили двадцать запряженных зебу повозок под позолоченными балдахинами, к чему португалец отнесся довольно кисло: он предпочитал настоящую, волнующую кровь охоту, а не помпезные шествия. Султан выделил ему место в своей комфортабельной коляске, без которой, судя по всему, не мог обойтись.
– Милорд, – заявил Селим-Баргаши-Ампарланг, – нас ждет триумф. Мы вернемся в столицу, нагруженные добычей.
– Ваше величество, не многовато ли людей вы берете с собой? – спросил Янес. – Так все звери разбегутся, и только мы их и видели.
– Вы, милорд, не вполне знакомы с нашими обычаями. Здесь все делается с размахом.
– Да? Что ж, я бы предпочел вести себя поскромнее.
Наконец кортеж, окруженный похожими на бронзовые статуи раджпутами, покинул дворец под ликование малайцев и недовольное ворчанье китайцев, этих вечных врагов прочих племен Индокитая.
И вот болотистая равнина с удивительной зеленью осталась позади. Процессия начала подъем по западному склону горы. То и дело слышались выстрелы: раджпуты, которые шли по бокам от повозки вместе с несколькими шикари[95], палили по мелким птичкам, чье количество сулило богатую добычу. В диких горах должны были водиться слоны и прочие крупные животные.
На закате слуги разбили бивак у кромки леса. Они установили роскошные шатры из цветастой нанки. Охотники расселись вокруг гигантского костра из стволов гуттаперчевого дерева, а баядерки принялись танцевать, чтобы их повелитель не дай бог не заскучал. Повара с поварятами начали ощипывать птиц, подстреленных по пути. Султан радовался добыче, словно речь шла не о несчастных птичках, погибших под градом свинца, а о тиграх, носорогах или слонах.
– Милорд, – сказал он Янесу за ужином в своем шатре, – если нас и дальше будет сопровождать такая удача, мы вернемся в Варауни жирными, как китайские мандарины. К тому же наша вылазка обойдется мне даром: все добудут себе еду охотой.
– В своих людях я не сомневаюсь, – ответил португалец. – Они именитые охотники, которым приходилось иметь дело даже с индийскими тиграми. А ваш местный способ охотиться, признаться, несколько меня смущает.
– Просто мы еще не прибыли в мои излюбленные угодья. Сейчас загонщики готовят для нас великолепную облаву на диких слонов.
– Что до меня, – сказал Янес, – мне больше по душе ночная охота с глазу на глаз. Покажите мне тигра или черного леопарда, не важно, и вы увидите, как охотятся англичане в своих индийских колониях.
[95] Шикари – охотник или проводник на охоте в Индии.