Глава 13
Новые осложнения
Вырвавшись на свободу, яхта, которая во время краткого сражения не получила ни одного повреждения, подняла якорь и устремилась на юг, к Варауни. Сердце у Янеса было не на месте, он опасался, что голландцы из Понтианака снюхаются с англичанами с Трех островов и Лабуана.
Позади, на фоне сумеречного неба, отражаясь в темной воде, горели огни крейсера. Можно было попробовать его обстрелять, но Янеса теперь занимало только одно – предстоящая встреча с султаном, на которую он возлагал надежду исправить свое незавидное положение. Яхта на всех парах двинулась вдоль побережья. Проа же отправились в укрытие.
– Нельзя терять надежды, – убеждал сам себя португалец. – Нужно лишь поспеть в Варауни, пока крейсер вновь не устроит охоту за нами. По-моему, мы неплохо его потрепали. Да и кто способен догнать мою яхту, когда я сам стою за штурвалом? Пусть попробуют, силенок не хватит.
На капитанском мостике его ждал Мати, готовый по малейшему знаку открыть пальбу из пушек. Янес сверил по компасу курс, взялся за румпель и подтвердил команду машинному отделению:
– Полный вперед!
Небольшой пароход обогнул риф и направился в открытое море. Янес приказал зажечь все огни, показывая врагам, что ничего не боится. Последние проа плотной группой уходили к бухте Радости. Крейсер тоже еще можно было рассмотреть вдали.
Янес взял курс к западному побережью Борнео. Яхте ничто больше не угрожало: канонерки остались у другого выхода из бухты. Однако португалец на всякий случай приказал свистать наверх всех, включая свободных от вахты. Экипаж был усилен людьми Падара, у которого хватало отменных стрелков, в том числе умеющих обращаться с артиллерией.
– В путь! – сказал Янес. – Проведаем нашего бронзоволицего друга с лживыми глазами гавиала.
Яхта неслась вперед, отчаянно дымя и переваливаясь по волнам Малайского моря. Янес внимательно обозревал горизонт. Не успело пройти нескольких минут, когда на крейсере что-то вспыхнуло и точно гром грянул выстрел. Английский капитан, по всей видимости, не желал мириться с поражением и попробовал напоследок достать своих обидчиков. Снаряд плюхнулся неподалеку от судна, подняв столб воды.
– Неужто я ошибся и зря не приказал взять его на абордаж? – проворчал Янес. – Пф! У него наверняка серьезная поломка, и нас ему нипочем не догнать.
Расклад был таков: проа удалялись, исчезая в утреннем сумраке; крейсер находился на расстоянии полутора миль. Он еще не покинул поле боя, хотя дым из его трубы уже едва виднелся.
Янес, неплохо знавший акваторию, прикинул по карте маршрут и приказал идти на зюйд. А сам, крепко держа румпель, с безрассудной храбростью лавировал между рифами и отмелями. Каммамури и Мати, орудуя лотом, докладывали своему капитану точные глубины.
Лабуан остался позади. Португалец старался держаться приливной волны, что немного помогало уйти от крейсера. Когда они поравнялись с выходом из бухты, напротив которого остались канонерки, Янес предусмотрительно обошел их по широкой дуге. Было видно, что враги стояли на якорях, а два парохода из трех вообще уткнулись носами в берег, чтобы не затонуть.
– Теперь мне эти клопы не страшны, – пробормотал Янес. – Увидим, найдется ли среди них храбрец, что рискнет остановить меня.
Было еще темно, но по левому борту четко проступал берег, оскалившийся отвесными скалами и острыми мысами. Янес невозмутимо держал курс на Варауни, рассчитывая прибыть туда к полудню.
Он рассеянно наблюдал за дельфинами, играющими во фосфоресцирующих волнах, когда к нему подошел Каммамури.
– Не правда ли, господин, все закончилось как нельзя лучше?
– На море мне ничего не страшно, я всегда могу уйти. Вот на суше – иное дело. Ах, если бы Тремаль-Наик и Сандокан были со мной!
– Вы чего-то опасаетесь?
– Пропавшая голландская канонерка наверняка наделает шуму в Понтианаке, а тамошние добрые колонисты запросто потребуют выдать им мою голову, хотя у них нет ни одной улики против меня.
– Но как ни крути, вы – английский посол.
– Что-то не задалось у меня с дипломатией. Кажется, даже султан усомнился на мой счет.
– Заманим его на яхту и увезем подальше.
– Спокойно, приятель, не спеши. Пусть дипломатия и не мой конек, я в последний момент нанесу султану сокрушительный удар и заставлю его вернуть нам Момпрачем.
– Чем мы займемся в Варауни?
– Отправимся на охоту. Вроде бы султан не прочь устроить вылазку в Хрустальные горы. Углубимся в джунгли и постараемся встретиться с авангардом Сандокана. Во всяком случае, немного развеяться нам не повредит. Передай там, чтобы подали мне чаю и курева. Поднимите британский флаг, пусть все идет своим чередом.
Потягивая ароматный напиток, португалец расхаживал по мостику с чашкой в одной руке и папиросой в другой, вдыхая полной грудью свежий морской воздух. Панай был уже далеко, скалы Борнео делались все отчетливее. Прибой бил о камни с такой силой, что выбросил на берег акулу.
Как и предполагал Янес, в два часа пополудни яхта вошла в столичную гавань, отсалютовав пушечным выстрелом. Эхо еще не отзвучало, когда от берега отошла знакомая красная лодка. Ее корму почти полностью закрывал зеленый шелковый зонтик – знак того, что на борту находится некая важная особа.
– Тысяча чертей! – Янес нахмурился. – Никак султан собственной персоной? Этот визит не сулит мне ничего хорошего. Что же, попьем кофе, побеседуем. Нам найдется о чем поболтать.