– Гром и молния! Пустить кровь? Мне?! Это я сейчас тебе кишки выпущу!
Не успел наглец закончить свою тираду, как доселе молчавший Каммамури двинул ему по уху так, что бедняга отлетел к стене. Сопровождавшие капитана матросы в свою очередь достали ножи и двинулись на Янеса, ни на секунду не сомневаясь в своем преимуществе. Малайцы подняли карабины и повелительно закричали:
– Бросайте ножи или мы откроем огонь!
Джон Фостер в ярости вскочил на ноги и тоже взялся за нож.
– Я прирежу тебя, как барана, твое величество. Сейчас проверим, красная в твоих жилах кровь или голубая.
– Приятель, ты же трясешься как осиновый лист. Ты бледен. А если человек бледнеет при виде опасности, значит у него заячья душонка.
– Это у меня-то? – взревел Джон Фостер. – Ты еще меня не знаешь!
– Как и ты меня!
– Ты пират, потопивший мой корабль.
– Ну так иди пожалуйся султану.
– Он остолоп! Ничего не понимает и не желает понимать.
– Оставим в покое султана и решим проблему по-мужски. Наши люди станут тому свидетелями.
– В случае чего мои матросы не преминут вам отомстить.
– Тогда мои малайцы откроют огонь, и мы еще поглядим, кому будет хуже.
Янес подошел к окну, сорвал занавеску из нанки и обмотал ею левое предплечье. Джон Фостер презрительно расхохотался:
– Вот они, хваленые морские дьяволы! Перевязываются еще до того, как получить рану.
Матросы загоготали. Янес взмахнул рукой. Каммамури и малайцы наставили свои карабины на матросов.
– Джон Фостер, – сурово начал португалец, – желаешь ли ты сразиться со мной, чтобы раз и навсегда выпустить пар и перестать рычать, как дикий зверь?
– Это я-то дикий зверь?
– Я жду, – продолжил Янес. – И моя рука не дрогнет. Предупреждаю, стоит вашим людям сделать хоть шаг, и мы откроем огонь.
– Тысяча акул тебе в брюхо! – завопил капитан. – Хватит языком молоть. Мне не терпится увидеть, что течет в твоих жилах, кровь пирата или принца.
– Кьен-Коа, вели запереть дверь, чтобы нам никто не помешал.
Янес подобрался, приподнял руку, обмотанную тканью, выставил вперед ногу, чтобы не упасть, если ему поставят подножку.
– Хорошо устроились, сэр? – издевательски спросил капитан.
– Я не привык спешить, когда нужно преподать урок такому индивидууму, как вы.
– А вы, похоже, уже вообразили, будто заполучили мою шкуру? Ну-ну. Это мы еще посмотрим, ваше высочество.
Англичанин тоже встал в стойку. Соперников разделяло три шага. В таверне повисла гнетущая тишина. Даже матросы угомонились под наставленными на них стволами винтовок. Более того, они убрали за пояс ножи, хотя еще минуту назад размахивали ими и готовились напасть. Джон Фостер первым решительно двинулся на португальца. Он уже занес руку, чтобы нанести смертельный удар, но португалец ловко отпрыгнул. Ему приходилось бывать и не в таких передрягах.
– Гром и молния! Что вы скачете, как белка? – заорал капитан.
– Хочу и скачу, сэр.
– Надеюсь, я быстро положу конец вашим прыжкам.