– Кажется, пронесло, – шепнул Янес, подходя к нему.
– Да. Надеюсь, мне удалось обвести вокруг пальца шелудивого греческого пса.
– Как думаешь, есть здесь часовые?
– Если есть, мы их прирежем. Вели своим, чтобы ни в коем случае не открывали огонь. Хорошо бы добраться до низины, не привлекая внимания даяков. Склон слишком крут для спингард, а только эти орудия способны их отогнать.
Вернулись негрито-разведчики, к ним тут же подскочил Каммамури.
– Никого? – спросил у него Сандокан.
– Никого, – ответил маратха.
– Они уверены?
– Эти аборигены редко ошибаются, – заметил Янес. – Тебе ли не знать?
– Тогда вперед, – приказал Сандокан.
Отряд углубился в лес. Дождь не прекращался, под деревьями гулял ветер, гнул ветви и обрывал листья. Рокотал гром, сверкали молнии, но на этот раз их свет был, скорее, полезен беглецам, ведь он позволял заметить даяков, если бы те прятались в зарослях. В джунглях все чувствовали себя спокойнее, нежели на голом склоне.
Миновал еще час. Теперь отряд двигался между могучими деревьями, чьи древние стволы не поддавались ураганному ветру. До низины оставалось каких-нибудь четыреста ярдов, когда по цепочке прошелестел приказ: «Стой!»
Янес оставил ассамцев и побежал к Сандокану.
– Даяки?
– Не знаю, – ответил Малайский Тигр.
– Тогда к чему остановка? До низины рукой подать.
– Ждем Каммамури. Он отправился на разведку с негрито. Пусть твои горцы будут начеку.
– С ними Тремаль-Наик. Он стоит трех генералов, я ему доверяю.
– Не исключено, что нам придется открыть огонь. Мы сейчас далеко, среди раскатов грома никто не различит выстрелы карабинов. Ага, вот и Каммамури, если глаза меня не обманывают. Сейчас узнаем, что его встревожило.
Действительно, в гору торопливо поднимался маратха с донесением. По пути он приказал своим держать оружие наготове.
– Ну что там? – спросил Малайский Тигр.
– Небольшой дозор. Засели в кустах у самого подножия.
– Они вас заметили?
– Нет. А вот негрито их углядели при вспышке молнии.
– Небольшой дозор, говоришь?
– Несколько человек.
– Пожалуй, Янес, я сам с ними разберусь. – Сандокан повернулся к малайцам. – Оставьте спингарды и следуйте за мной. Из карабинов не стрелять. Действуем крисами и парангами. Янес, будь настороже, и твои горцы тоже. Думаю, мы сами справимся, но мало ли что. За мной, Тигрята Момпрачема!
Малайцы положили на землю спингарды и лафеты, забросили карабины за спину и обнажили тяжелые сабли, зло сверкнувшие в темноте. Сандокан двинулся первым. Негрито присели на корточки под бананом, прячась от проливного дождя. Ассамцы, напротив, выдвинулись вперед, сжимая рукояти тальваров. Янес, полностью уверенный в Сандокане и его Тигрятах, закурил. Еще до того, как покинуть Кайданган, он заботливо упаковал свой запас папирос, чтобы не тосковать без любимого курева.
Сандокан с малайцами словно тени скользили по склону от одного огромного дерева к другому, прячась во время вспышек молний. Командир рассчитывал застать даяков врасплох и прикончить на месте, прежде чем кто-нибудь из них поднимет тревогу. Враги вряд ли ожидали нападения во время дождя, к тому же они считали, будто отряд до сих пор находится на вершине. Наконец малайцы достигли подножия горы.
При свете очередной молнии Сандокан увидел засаду. Заметили даяков и малайцы.