– А что это тогда?
– Крупные животные.
– И в пастях они тащат факелы?
– Не время шутить, оранг. – Негрито нетерпеливо взмахнул рукой. – Звери скоро будут здесь и сметут нашу стоянку. А за зверями придут даяки.
– Чтоб мне утонуть в Молочном океане[63], если я понимаю, о чем ты толкуешь, – буркнул Каммамури. – Надеюсь, Малайский Тигр, лучше меня знающий местных и их язык, что-нибудь да разберет.
Оставив взволнованного негрито обозревать лесистые склоны Кайдангана, маратха направился к командирам. Сандокан, Янес и Тремаль-Наик, шедшие в арьергарде, только что показались на поляне. Малайцы и ассамцы уже возводили аттапы для защиты от ночной сырости, вызывающей черную лихорадку, которая способна за сутки отправить даже крепкого мужчину на тот свет.
– Если негрито встревожился, значит нам действительно угрожает опасность, – сказал Сандокан, внимательно выслушав Каммамури. – Я хорошо знаю этих сыновей леса, чутье никогда их не подводит. Где, говоришь, он заметил огни?
– На склоне горы.
– А ты считаешь, что это светлячки?
– Ну да.
– Мы в паре миль от подножия Кайдангана. Неужто ты думаешь, что можно увидеть свечение крохотного жучка на эдаком расстоянии?
– Наверное, у нашего Каммамури глаза внезапно превратились в бинокли, – усмехнулся Янес. – С другой стороны, Брахма, Шива и Вишну могут явить и не такие чудеса.
– Лично я в чудеса не верю, – отрезал Тремаль-Наик.
– Пойдемте-ка поглядим на эти таинственные огни, – сказал Сандокан.
Они обнаружили негрито на бетелевой пальме в добрых пятьдесят футов высотой. Уцепившись за листья, вождь всматривался в равнину за лесом, простиравшуюся до подножия гор.
– Ну, что видно? – спросил Сандокан.
– Огни.
– Но что это за огни?
– Пока неясно, оранг. Сейчас они с огромной скоростью несутся по равнине.
– Не светлячки?
– Нет, оранг. Думаю, это крупные звери.
– Никогда не встречал крупных светящихся зверей.
– Подожди, оранг, и встретишь.
– А ты, Янес, что-нибудь понимаешь? – поинтересовался Сандокан у португальца, меланхолично жующего банан.
– Ничего, братец.
– Я сомневаюсь, что негрито всполошился понапрасну.
– Значит, так оно и есть.
– Тебя больше интересует банан, чем грозящая нам опасность, – проворочал Малайский Тигр.
– Ты прав. Банан просто великолепен. Таких вкусных я не едал даже при дворе Сурамы.
– Может, отвлечешься на миг от пищи и скажешь что-нибудь дельное?
[63] В индуистской мифологии – космический мировой океан, на котором покоилась земля.