— Неужто не вломимся? — насмешливо спросил тот.
— Вломиться-то вломимся… И перепугаем всех, кого сможем, только будет ли нам от этого прок и польза? Станет ли он с нами вообще разговаривать? Я бы не стал…
— Я бы на его месте тоже, — неожиданно согласился с Избором Гаврила. — Только не забывай, что в этот момент мы будем на своем месте, а он — на своем.
Он поднялся и ветки ударили его по плечам, словно приглашали сидеть под ними и дальше.
— Ни чести тут ни славы не высидишь… Пошли Старца искать. Далеко это хоть отсюда?
— Раз везти начало, то не остановится… — сказал Сераслан. — Довезу. Тут рядом.
Теперь у них появилась цель.
Уместившись в тележке они направились к Старцу. На ходу Сераслан просветил их насчет того, что последнее время творилось на Руси.
В разговорах прошло больше часа, а когда лес расступился и отхлынул за спину Сераслан остановил лошадь.
— Смотрите.
Он показал на небо впереди, располосованное дымами костров.
— Что это там? — спросил Исин.
— Люди костры жгут. — Объяснил Сераслан. — Обычное дело. Своей очереди дожидаются…
Хазарин не поленился и пересчитал сколько их там. С правой стороны, куда сворачивала дорога, огибая большую группу сосен, он насчитал их почти полтора десятка, а слева они вообще сливались в дымную пелену.
— А не пожар?
Сераслан тронул лошадь вперед.
— Тут всегда так…
Когда деревья расступились перед ними они оказались на широкой поляне. У дальнего конца ее стоял невысокий, всего в два поверха дом. Он был широк и от этого казалось, что он приник к земле, словно зверь перед прыжком. Вокруг дома широкой дугой, а может и кольцом — отсюда не было видно — расположился простецкий плетень с воротами. Внутри охваченного им земляного круга, рядом с домом стояли какие-то хозяйственные постройки.
По другую сторону плетня поле сверкало огоньками костров. Там стояли повозки, шатры и шалаши, в которых ждали своей очереди желающие поведать Старцу о своих бедах и прикоснуться к его мудрости.
— Людно тут, — удивился хазарин.
— Бойкое место, — согласился Сераслан. — Да и Старец никому не отказывает. Если есть что сказать — обязательно скажет.
— Как это «если есть что сказать»? — насторожился Гаврила. — Ты же говорил, что он все знает?
Он додумал эту мысль до конца и добавил.
— То есть может и не сказать?
— Лично я о таком не слышал, — честно сказал Сераслан. — Но не может же он и в самом деле ВСЕ знать… Боги и то, верно, всего не знают… Не Бог же он…
Порыв ветра принес запах навоза — где люди, там и лошади…
— Да, — согласился Исин поморщившись. — Был бы он Богом, то он бы себе для житья другое место выбрал…
По намеченному тысячами ног кругу они обогнули дом и подъехали к воротам.
Опершись на копье там стоял стражник.
Каждому из проезжающих видно было, что стоял он тут для красоты — плетень вокруг дома был настолько низким, что перелезть его в любом месте не составляло никакого труда, но поставили его именно в этом месте. Скорее всего, он даже ничего не охранял, а был этаким указателем — проезжать следовало тут, а не где-то рядом.