Одраде опять заговорила. Туек попробовал проглотить комок в горле, склоняясь вперед, заставил себя внимательно слушать ее.
— Тег также осмотрит ваши внепланетные линии обороны. После фиаско в саду на крыше...
— Я официально запрещаю вмешательство в наши внутренние дела,— сказал Туек.— В этом нет надобности. Наша жреческая гвардия вполне годится, чтобы...
— Годится? — Одраде печально покачала головой.— До чего же неподходящее слово, учитывая новые обстоятельства на Ракисе.
— Какие новые обстоятельства? — в голосе Туека был ужас. Одраде просто продолжала сидеть, пристально глядя на него. Туек постарался привести в порядок свои мысли. Знает ли она о подслушивающих за стеной тлейлаксанцах? Невозможно! Он сделал дрожащий вдох. Что насчет этих оборонных порядков Ракиса? Оборонные порядки превосходны. Они обладают лучшими икшиан-скими мониторами и не-кораблями. Более того, всем независимым силам выгодно, чтобы Ракис по-прежнему оставался независимым как еще один источник спайса.
«Выгодно всем, кроме тлейлаксанцев с их проклятым перепроизводством меланжа из акслольтных чанов!»
Это была убийственная мысль. Тлейлаксанский Господин слышал каждое слово, произнесенное в этой палате аудиенций!
Этот ужасный человечек, подслушивавший за занавеской, заявил, что говорит также от лица икшианцев и Рыбословш. Он предъявил документы. Не те ли это «новые обстоятельства», о которых говорит Одраде? Ничего нельзя надолго утаить от ведьм!
Верховный Жрец не мог унять дрожь при мысли о Ваффе: круглая маленькая головка, поблескивающие глазки, этот вздернутый нос и острые зубки, когда он ощеривался улыбкой. Вафф был похож на чуть увеличенное дитя, пока не встретишься взглядом с его глазами и не услышишь приквакивающий голос. Туек припомнил, как его собственный отец жаловался на эти голоса: «Своими детскими голосками тлейлаксанцы говорят такие жуткие вещи!» Одраде заерзала на своих подушках. Она думала о подслушивавшем Ваффе. Достаточно ли он слышал? Ее собственные секретные подслушиватели наверняка задаются сейчас тем же вопросом. Преподобные Матери всегда заранее проигрывают такие словесные состязания, раздумывая, какие улучшения внести и как их повернуть при том или ином ходе событий, чтобы выиграть побольше для Ордена.
«Вафф слышал достаточно,— сказала себе Одраде.— Время сменить игру».
С самой деловитой, сухой интонацией Одраде сказала:
— Кое-кто весьма важный слушает то, что мы здесь говорим. Вежливо ли заставлять такую персону слушать в тайне?
Туек закрыл глаза. Она знает!
Он открыл глаза и встретился с ничего не выражающим взглядом Одраде. Она глядела так, словно у нее есть целая вечность, чтобы дождаться ответа.
— Вежливо? Я... я...
— Пригласи этого тайного слушателя к нам,— предложила Одраде.
Туек провел рукой по влажному лбу. Его отец и дед, Верховные Жрецы до него, составили ритуальные обеты на большинство случаев, но ничего на момент, подобный этому. Пригласить тлейлаксанца сюда? В эту палату, вместе... Туек внезапно припомнил, что ему не нравится запах тлейлаксанских Господинов. И отец его на это жаловался: «Они пахнут отвратительной пищей!»
Одраде поднялась на ноги.
— Я бы предпочла иметь того, кто слушает мои слова, перед глазами,— сказала она.— Следует ли мне пойти самой и пригласить тайного слушателя...
— Пожалуйста! — Туек продолжал сидеть, но поднял руку, останавливая ее.— У меня нет выбора. У него документы от Рыбословш и икшианцев. Он заявил, что поможет нам вернуть Шиэну в наше...
— Поможет вам? — Одраде поглядела на потеющего жреца почти жалостливо. «И он воображает, будто правит Ракисом?»
— Он с Бене Тлейлакса,— сказал Туек.— Его зовут Вафф и...
— Я знаю, как его зовут, и знаю, почему он здесь. Что изумляет меня, это то, что ты позволяешь ему шпионить за...
— Это не шпионаж! Мы ведем переговоры. Я имею в виду: есть новые силы, к которым мы должны приспособить наше...
— Новые силы? Ах да, эти шлюхи из Рассеяния. Привез ли Вафф кого-нибудь из них с собой?
До того, как Туек смог ответить, боковая дверь палаты для аудиенций распахнулась. Вафф возник как по подсказке суфлера, позади него двое Лицевых Танцоров.
«Ему же велели не приводить с собой Лицевых Танцоров!» — подумала Одраде.
— Только ты! — сказала Одраде, указывая на Ваффа.— Ведь другие не были приглашены.
Туек тяжело поднялся на ноги; заметив близость Одраде, припомнил все жуткие истории о физических способностях Преподобных Матерей. Присутствие Лицевых Танцоров только усиливало его смятение. Они всегда наполняли его такими жуткими дурными предчувствиями.
Повернувшись к двери и стараясь изобразить на лице радушное выражение, Туек сказал: