Четвёртые войны пустыни: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Пользуйся инструментами только тогда, когда они совершенно необходимы, чтобы усилить плоть»,— таково учение Бене Джессерит.

— Почему мы останавливаемся?— прошептала Лусилла.

— Я прислушиваюсь к ночи,— ответил Тег.

Данкан — его лицо казалось призрачным пятном в звездном свете, просеянном сквозь деревья,— поглядел на Тега. Тег действовал на него успокаивающе. «Где-то в моей недостижимой памяти хранятся черты этого лица,— подумал Данкан.— Я могу доверять этому человеку».

Лусилла заподозрила, что они остановились здесь потому, что старое тело Тега требовало отдыха, но она не могла заставить себя сказать это. Тег утверждал, что в его плане бегства есть способ доставки Данкана на Ракис. Очень хорошо. Вот все, что в данный момент имело значение.

Она уже сообразила, что убежище, бывшее их целью, должно быть чем-то вроде не-корабля или не-палаты. Ничто другое не подходило. Каким-то образом ключом к этому являлся Патрин, который по намекам Тега и проложил маршрут их бегства.

Лусилла первой поняла, как Патрин должен будет заплатить за их бегство. Патрин был самым слабым звеном. Он оставался позади, там, где Шванги могла его захватить. Схватить приманку, это неизбежно. Только дурак мог считать, будто Преподобная Мать уровня Шванги будет не в состоянии вытрясти все секреты из простого мужчины. Шванги даже не понадобилось бы тяжелое убеждение. Тонкое использование Голоса и тех болезненных форм допроса, которые остаются монополией Ордена, коробочка мучений и давление на нервные узлы — вот все, что ей потребуется.

И Лусилле уже тогда стало ясно, куда заведет Патрина его преданность. Как же Тег мог быть настолько слепым?

Долгие узы доверия между двумя мужчинами. Шванги будет действовать быстро и жестко. Патрин это понимал. Тег просто не сделал соответствующих выводов из своего знания Патрина.

Голос Данкана прервал ее размышления.

— Топтер! Позади нас!

— Быстро!— Тег выхватил одеяло из рюкзака и набросил на них. Они скорчились в пахнущей землей тьме, прислушиваясь к орнитоптеру, пролетающему над ними. Он не замедлил и не вернулся.

Когда они окончательно убедились, что их не засекли, Тег опять повел их по следу памяти Патрина.

— Это был охотник,— сказала Лусилла.— Либо они заподозрили, что мы... либо Патрин...

— Побереги свои силы для ходьбы,— огрызнулся Тег.

Она не стала на него давить. Они оба знали, что Патрин мертв. Спор об этом только измотает.

«Этот ментат глубоко копает»,— сказала себе Лусилла.

Тег был сыном Преподобной Матери, и мать подготовила его свыше дозволенного, прежде чем Орден забрал его в свои руки. Неизвестные возможности таились здесь не только в гхоле.

Тропа шла, петляя, тропа дичи, карабкающейся по крутым склонам через густой лес. Звездный свет не проникал сквозь деревья. Только чудесная память ментата безошибочно вела их.

Лусилла ощутила угольную крошку под ногами. Она прислушивалась к движениям Тега, чтобы двигаться, как и он.

«До чего же молчалив Данкан,— подумала она.— До чего же замкнут». Он повинуется приказам. Он следует туда, куда Тег их ведет. Она ощущала, на чем основывается покорность Данкана. Он держит совет сам с собой. Данкан повинуется, потому что его устраивает повиноваться — пока что. Бунт Шванги посеял некую яростную независимость в этом гхоле. Так что же свое вмонтировали в него тлейлаксанцы?

Тег остановился на ровном месте под высокими деревьями, чтобы перевести двух. Лусилла услышала, как он тяжело дышит. Это еще раз ей напомнило, что ментат — глубокий старик, слишком старый для таких упражнений. Она тихо проговорила:

— С тобой все в порядке, Майлз?

— Я скажу, если со мной что-то будет не в порядке.

— Сколько нам еще?— спросил Данкан.

— Осталось совсем мало.

Вскоре он опять повел их сквозь ночь.

— Мы должны поспешить,— сказал он.— Этот седловой хребет — последний отрезок пути.

У Шванги должно быть ощущение, словно ее мир рушится. Беглецы выиграли четыре ночи! Люди, которые могли провести Преподобную Мать, способны на что угодно! Разумеется, беглецы, вероятней всего, уже покинули планету. He-корабль. Но если...

Мысли Шванги будут полны таких «если».