— Ты забываешь, башар. Я помню свое тело таким же -юным, как это, и как раз здесь, на Гида Прайм.
— Гамму!
— Планету переименовали, но тело мое помнит исконное название. Вот почему я послан сюда. Мне это понятно.
«Еще бы ты этого не понял»,— подумал Тег.
Освеженный внезапной передышкой, Тег ввел новые элементы нападения и внезапно направил сжигающее лезвие на левый бок Данкана.
Как же легко Данкан отбил нападение!
Он использовал странную смесь пяти приемов, и каждая комбинация рождалась будто до того, как она потребуется.
— Каждое нападение — перышко, парящее на бесконечной дороге,— сказал Данкан. В его голосе не было ни намека на утомление.— Когда перышко приближается, оно отклоняется и удаляется.
Говоря это, он отбил атаку со сменой направления и сделал контрвыпад.
Логика ментата Тега отсеивала из всех движений указания на опасные места.
Предугадывая направление и опережая нападение, Данкан сделал выпад. Освещенный вспышками и мерцанием приборов, Тег на пределе возможностей управлял «теневыми» силами. Ни один из само-наводчиков, ни одно из сжигающих лезвий не коснулось Данкана, бешено извивавшегося в пространстве между ними. Он был выше их, под ними, рядом с ними и, казалось, совершенно не боялся вполне реальной боли, которую это снаряжение могло ему причинить.
И опять Данкан увеличил скорость нападения. Молния боли — от кисти до плеча — пронзила левую руку Тега.
С резким возгласом Данкан отключил снаряжение.
— Прости, башар. С твоей стороны это была превосходная защита, но, боюсь, возраст тебя подвел.
Он прошел через зал и стал перед Тегом.
— Немного боли в напоминание о той, что я тебе причинил,— проговорил Тег, массируя руку, в которой все звенело и покалывало.
— Погорячились,— сказал Данкан.— Теперь с нас вполне достаточно.
— Не вполне,— ответил Тег.— Мало усилить лишь твои мускулы.
При этих словах Тега Данкан почувствовал тревогу, охватившую его тело. Как шевельнулось что-то, оставшееся внутри его — диссонанс, вызванный незавершенностью пробуждения к исходной памяти.
«Что-то скорчилось внутри меня, словно сжатая пружинка, ждущая, когда ее освободят»,— подумал Данкан.
— Что больше этого ты мог бы сделать? — спросил Данкан.
— Формируется метод твоего выживания,— ответил Тег.— Все, что здесь происходит, делается, чтобы спасти тебя и доставить на Ракис.
— По причинам Бене Джессерит, которых, по твоим словам, ты не знаешь!
— Должен ли я понимать, что ты не поедешь на Ракис?
— Ты должен понимать, что я буду принимать собственные решения, зная, что же я собственно делаю. Я не наемный убийца.
— А я, по-твоему,— наемный убийца, Данкан?
— Я думаю, ты достойный человек, тот, кем следует восхищаться. Предоставь мне судить по моим собственным стандартам чести и долга.
— Ты получил еще один шанс на жизнь и...
— Но ты не мой отец, а Лусилла не моя мать. Геноноситель-ница? К чему она надеется приготовить меня?
— Может быть, и она не знает, Данкан. Она, подобно мне, может быть только частью замысла. Зная, как работает Орден, это вполне вероятно.