— Выходит, что вы двое просто тренируете меня и доставляете на Арракис. Вот и все ваши обязанности согласно приказу!
— Этот мир многим отличается от того, в котором ты был первоначально рожден,— сказал Тег.— Как и твои дни, у нас до сих пор есть Великая Конвенция против атомного оружия и псевдоатомных взрывов при встрече лазерных пистолетов с защитным полем. Мы до сих пор утверждаем, что атаки исподтишка запрещены. Есть всякие бумажонки, рассеянные вокруг, под которыми поставлены наши подписи, и мы...
— Но не-корабли изменили саму основу подобных договоров,— возразил Данкан.— По-моему, в Оплоте я хорошо учил историю. Скажи мне, башар, почему сын Пола хотел, чтобы Тлейлакс, возобновляя мое «я», все время снабжал его моими гхолами, сотнями меня! — все эти тысячелетия?
— Сын Пола?
— Хроники Оплота называют его Императором. Вы называете его Тираном.
— О, я не думаю, что мы знаем, почему он так делал. Возможно, он был одинок, и ему хотелось кого-нибудь из...
— Вы вернули меня, чтобы я лицом к лицу сошелся с червем,— сказал Данкан.
«Соответствует ли то, что мы делаем, и его предположение действительности?» — задумался Тег. Он еще раз рассмотрел этот вариант, но это была не перспектива ментата. Если даже и так, замысел Таразы должен быть больше. Тег ощущал это всем своим мозгом ментата. Знает ли Лусилла? Тег не самообманывался: он не сможет выманить Преподобную Мать на какие-нибудь откровения. Нет... Он должен будет улучить удобный момент, ждать, наблюдать, вслушиваться... Именно этим явно решил заниматься и Данкан. Это опасный курс, если он пойдет вразрез с намерениями Лусиллы!
Тег покачал головой.
— Честное слово, Данкан, я не знаю.
— Но ты следуешь приказам.
— Согласно моей клятве Ордену.
— Обман, нечестность — все это пустые слова, когда касается выживания Ордена,— процитировал его Данкан.
— Да, я это сказал,— согласился Тег.
— Я доверяю тебе теперь именно потому, что ты это сказал,— проговорил Данкан.— Но я не доверяю Лусилле.
Тег опустил голову. Опасно... Опасно...
Намного медленнее, чем было когда-то, Тег отвлек внимание от подобных мыслей и двинулся через очистительный процесс ментата, сосредоточиваясь на возложенном на него Таразой долге. «Ты — мой башар».
Данкан с секунду внимательно разглядывал башара. Морщины усталости стали заметны на лице старика. Данкан внезапно вспомнил о возрасте башара и спросил себя, испытывали ли когда-нибудь люди, подобные Тегу, искушение обратиться за помощью к Тлейлаксу и ожить в виде гхолы. Вероятно, нет. Они знают, что могут стать марионетками Тлейлакса.
Эта мысль настолько затопила сознание Данкана, замершего в неподвижности, что Тег, подняв глаза, спросил:
— Что-то не так?
— Тлейлакс что-то сделал со мной, что-то, еще не вышедшее наружу,— осевшим голосом проговорил Данкан.
— Именно этого мы и страшились! — это была Лусилла, говорившая от двери позади Тега. Она подошла на два шага к Данкану.— Я слушала. Вы двое были очень информированы.
Тег быстро заговорил, надеясь приглушить гнев, который он в ней ощущал.
— Он освоил за сегодня семь приемов.
— Он поражает, как огонь,— сказала Лусилла,— но помни, мы — Орден — течем, как вода, и заполняем каждое место,— она взглянула на Тега.— Разве ты не видишь, что этот гхола шагнул за грань изученных приемов?
— Нет фиксированных позиций — нет приемов,— сказал Данкан.
Тег резко взглянул на Данкана, стоявшего высоко подняв голову: лоб гхолы гладок, взгляд, ответивший Тегу, ясен. Данкан удивительно вырос за короткое время с момента его пробуждения к исходной памяти.
— Черт тебя побери, Майлз! — пробормотала Лусилла.
Но Тег не отрывал взгляда от Данкана. Все тело юноши казалось наполненным какой-то новой разновидностью жизненной энергии. В нем было нечто, чего не было прежде.
Данкан перевел взгляд на Лусиллу.