Уходила юность в 41-й: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

лишь высокий забор бросает наземь короткую тень. Долго так отсвечивать, понятно,

нельзя. И... побрел я назад, к дверям в карцер. Глядя на следы, которые засыпало

снегом, размышлял: что ж делать? [156] Вмиг представилось, что будет утром, или,

может, раньше... Нет, попробую вновь толкнуть калитку!

И вот я опять шагаю через дорогу. Трясу калитку из последних сил, но она как

приварена. Может, ребята закрыли ее с той стороны?

Неожиданно услышал за спиной голоса. Скорее инстинктивно раскинул крылья

плащ-палатки в стороны, плотно прижался к холодным доскам. Ко мне приближались

два немца. В куцых мундирчиках, заслонившись воротниками от снежинок, они о чем-

то увлеченно говорили. Прошли в двух шагах, но меня, к счастью, не заметили.

Вновь схватившись за калитку, я рванул и едва удержался на ногах. О радость!

Калитка открылась. Видно, набухшие от мокрого снега доски сковало морозцем.

В саду следы моих друзей были глубже. Здесь снегу больше. Дорога шла под

уклон. Попался кусок бумаги. Не иначе, как у того, босого, оторвался. Сад кончился и

передо мной вновь возникла преграда — еще забор! Выглянул из-за него и тут же

пригнул голову. Возле самого забора пролегала узкоколейка. Прямо против меня на

полотне стояли двое немцев. Очевидно, наружный патруль. В щель было видно, как не

спеша солдаты удалялись влево по рельсам. Забор высотой больше полутора метров я,

обессиленный вконец, преодолевал мучительно долго. Истертые резиновые подошвы

тщетно скользили по намокшим доскам. В конце концов мешком перевалился через

забор и перебежал узкоколейку.

Опять перед глазами возникли спасительные следы. За спиной, где во мгле

растворилась городская окраина, лаяли собаки. Было очень холодно, зато как вольготно

дышалось на свободе! След вел к какой-то усадьбе, что островком темнела в

бескрайнем белом поле. Вскоре я вошел в небольшой садик и вдруг с испугом ощутил,

как кто-то схватил меня за руку. «Идем в хату, — сказал мужской голос. — Там твой

товарищ». Вошли в жилище, и в полутьме я увидел, как мой Василий, сидя за столом,

аппетитно ест, а перед ним стоит женщина, по всей видимости, хозяйка. Она молится и,

всхлипывая, вытирает глаза...

Надо было быстрее прощаться с гостеприимными хозяевами хутора и уходить