Уходила юность в 41-й: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На миг задумавшись, Озеров махнул рукой:

— Отступать нам некуда. Оставайся, трус несчастный. [155] Деньги себе оставь.

Откупаться придется. Айда, хлопцы!

Широко, по-хозяйски, растворил дверь. Мы — за ним. Леонид подошел к.

соседней камере, снял засов, открыл вход: «Кто с нами — выходи!» Узники-соседи

словно только нас и ждали. Собрались моментально. Лишь один, тучный мужчина,

замешкавшись, возился с обувью. «Быстрей!» — командовал Озеров. «Он босый,

бумагой обертывает ноги», — пояснил кто-то.

Когда из коридорчика мы вышли в большую комнату, то увидели, как по бокам

наружных дверей светятся окна. Озеров сказал с досадой: «Вот, черт, этого я не

предусмотрел!» И к нам с Василием: «К окнам! Смотреть и слушать в оба!

Предупредить, если будет смена караула или вообще кто пойдет!»

Я прильнул к правому окну, Гуляев — к левому.

Бесшумно перенесли стол к двери. Озеров сказал: «Выберемся — и на север, к

Ковелю, в леса! Я там в погранкомендатуре служил, знаю места. Ну, товарищи, по

одному, не задерживаясь. Смелей!» Василий подскочил ко мне: «Идем вместе. Кто

выйдет первым — ожидает. Так?»

Кто сказал, что из концлагерей будто легко было выбираться, как из чужого сада,

куда мы мальчишками пробирались за яблоками? Нет! В фашистских концлагерях,

будучи безоружными и истерзанными, наши люди вели борьбу с беспредельно

злобным, до зубов вооруженным, коварным и расчетливым врагом. Этому злу надо

было противопоставить и страсть решимости, и трезвый расчет, и беззаветное

мужество.

Увлекшись наблюдением, я не заметил, что в комнате остался один. Мои

товарищи перешли через дорогу и один за другим скрылись за калиткой в саду.

Я торопливо запахнул плащ-палатку, просунул руки и голову в открытую фрамугу

и сполз за дверь, больно ударившись плечом о цемент. Вскочил на ноги, выглянул в

приоткрытую наружную дверь. Вокруг — ни души. Лишь искрятся, падая, снежинки,

засыпая следы, что вели к калитке.

Подойдя к калитке, я дернул ее, но она — ни с места. А вокруг светло, как днем,