«"Фантастика 2023-150". Компиляция. Книги 1-22»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Будет тебе награда. А за наши интересные беседы добавлю сверху. Ты мне лучше скажи, каково это — быть Варденом?

— Стрёмно, если честно. С одной стороны, приключения, путешествия, прекрасные дамы. А с другой — меня ведь тоже не раз пытались убить. Хотя, подозреваю, что гораздо реже, чем тебя. Я тоже иногда думаю, что было бы хорошо остепениться, остановиться, поселиться где-нибудь постоянно. Купить ферму или книжный магазинчик, открыть трактир или бордель, в конце концов. А лучше — всё вместе: трактир с борделем и книжным магазином на ферме. Я даже пытался остановиться, пожить пару лет в одном месте. Но потом, что-то случается. То ли зуд в сапогах, то ли шило в заднице. И я снова оказываюсь в дороге, снова куда-то еду, встречаюсь с прекрасными дамами, убегаю от их мужей и отцов, голодаю, пытаюсь выжить, пишу путевые заметки углем на старой коже, и снова куда-то еду. Странно. И поэтому я тебя прекрасно понимаю, Гленард. Мы с тобой не можем остановиться. Ты идешь по Пути, устаешь, и ты хочешь остановиться. Но как только ты останавливаешься, тебе тут же хочется снова идти вперед. Это Путь, и он не отпускает тебя, пока ты не пройдешь его до конца. А кончается он лишь со смертью. И, если честно, я совсем ничего не имею против такого пути.

— Ну, за Путь, Варден! — Гленард поднял кружку.

— За Путь, Гленард!

17 день VII месяца 593 года После Падения Звезды

Графство Магнада в герцогстве Глареан

— Потрясающе красиво, конечно, — Варден осматривал окрестности с холма. — Все эти оливковые и апельсиновые рощи, виноградники, пастбища, поля, эти белые домики с рыжими крышами. И кипарисы вдоль дороги. Невероятно живописно. Даже удивительно, как в таком чудесном краю может порождаться столько злобы и ненависти к Империи.

— Это их понимание свободы, — Гленард вздохнул. — Горячее солнце, горячая кровь, горячие мысли в горячих головах горячих людей. Южные народы — глареанцы, аррикуммцы, хортийцы много чего повидали за свою историю. Но большей частью своих проблем они обязаны себе самим.

— Я много путешествовал здесь. Я имею в виду, по всем трем южным герцогствам. Каждый раз поражаюсь красоте местной природы.

— И, не сомневаюсь, красоте местных жительниц, — Гленард рассмеялся.

— Да, в юности они просто потрясающие. Жаль, что они быстро теряют свою блистательность.

— Южное солнце, иссушающее кожу, обильная еда, принятая здесь в качестве нормы, ну, и, наверное, горячая кровь, сжигающая их раньше времени. Самое интересное, Варден, что от тех самых южных народов, которые пришли из Шеангая, в нынешних жителях почти ничего и не осталось. По крови, я имею в виду. А традиции сохранились.

— Ты имеешь в виду переселение северян на юг?

— И его тоже. Вообще, у южных народов сложная судьба. Еще за полвека до Падения Звезды их почти уничтожил Джарред Завоеватель во время своего знаменитого похода на юг Шеангая. Остатки жителей отступили к морю, где долго сражались с Морским народом. И как только они немного закрепились у моря, бах, Падение Звезды, и две трети южан уничтожают волны, землетрясения и голод. Потом, после Исхода, из-за своей малочисленности и сложного нрава, они были оттеснены сюда, на юг. Говорят, что в первые годы после Падения Звезды, здесь были жаркие почти бесплодные степи, как в Кадире сейчас. Но потом климат смягчился. Южные королевства росли и заключили Магнадский мирный договор, договорившись поддерживать друг друга во всем и открыть свои рынки для свободной торговли. Это редкий пример крайне разумной договоренности не только на юге, но и вообще во всей Империи. К сожалению, на этом разумность и закончилась. В Первую альвийскую войну юг умело богател на поставках оружия и людям, и альвам, а потом еще и бесчестно ограбил призванную самими южными королями армию зоргов. Потом начался долгий период пограничной вражды с северными соседями, одновременно сопровождающийся усилением торговли с ними же. В результате, к моменту создания Империи южные королевства настолько усилились, что смотрели на север как на стаю необразованного сброда. А потом они совершают большую ошибку.

— Убивают Императора Андера.

— И не просто убивают, а убивают жестоко и подло во время мирных переговоров. И сразу же нападают на Зведжин, Плодэн и Квитин, чтобы, воспользовавшись хаосом, оттяпать для себя побольше плодородных земель. Естественно, Император Браннен, сын Андера, не смог это терпеть, и трехлетняя война закончилась полной победой севера и печально знаменитой Южной резней. Браннен, вырезав несколько миллионов человек, еще несколько миллионов насильно выслал на север. Взамен, привез с севера на юг сотни тысяч переселенцев. В результате, по крови, современные жители юга далеко не так сильно отличаются от северян, как свои древние предки. А почти в каждом современном северянине найдется капелька крови древних южан. Потом юг немного потрепали Вторая и Третья альвийские войны, но меньше, чем тот же Плодэн. И до недавнего времени юг жил относительно мирно и спокойно.

— А потом случилась Злая Война.

— Именно она. Злая Война, конечно, затронула, в основном, Глареан. Аррикумма и Хортия не пострадали от сражений. Однако экономике всего юга удар был нанесен суровый. Да и немало хортийцев и аррикуммцев воевало за герцога Маркуса. Многие из них погибли.

— Удивительно, что после всех этих бессмысленных войн, резни, переселений, в южанах не пропал дух бунтарства и сепаратизма. Казалось бы, история им явно показала, что с Империей им живется лучше, но они постоянно мечтают об отделении.

— Я этого тоже не понимаю, Варден. Но мы с тобой пытаемся понять это умом, логикой. А они живут сердцем. Естественно, у них древняя обида на Империю и Императора Браннена за резню, в которой погибли миллионы их предков. Возможно даже, странная обида на все северные народы еще со времен Шеангая. Прошли сотни лет, однако эти факты, если их умело использовать для провокаций, всё ещё могут служить растопкой для пожара сепаратистских восстаний. А обида на поражение в Злой Войне только подливает масла в этот огонь. И им плевать, что виноват в Злой Войне был глареанский герцог Маркус ан Глареан, а в Южной резне — глареанский же король Люпиарис. Для южан северяне всегда будут завоевателями, которые пришли в их дом и начали убивать. Я могу их понять. Но я не могу позволить им разжечь пожар войны снова. Потому что я северянин, и я не хочу их снова завоевывать и убивать.

— Что ты ощутил, когда Злая Война закончилась? Когда вы взяли Магнаду, к которой мы сейчас подъезжаем.

— Хм… Странное сочетание чувства удовлетворения, радости и опустошения. Будто из жизни убрали что-то важное. То, ради чего стоило жить. И пока еще я не нашел, чем это пустое пространство заполнить. Но и радость, облегчение, тоже, конечно, были. Кстати, похожее чувство я испытал, когда Славий стал Императором. Там тоже та еще грызня была вокруг трона. Но здесь, в Магнаде, была еще грусть. О тех друзьях, кто не дожил до победы.

— Ты многих потерял на войне?

— Мы познакомились со Славием в начале лета 564 года. Он тогда набирал себе новый десяток разведчиков. От того, первого, десятка остались только мы с ним. Люди погибали, приходили новые, снова погибали. За пять лет мы потеряли около трех десятков людей. Трех десятков наших друзей. Кто-то воевал несколько лет. Кто-то погибал через неделю. И я не был самым лучшим воином из них. Просто повезло. У нас были сложные задачи. И постоянные. Знаешь, со стороны, по книгам, кажется, что война — это постоянные сражения. На самом деле, сражения тогда случались не так уж и часто. Обычные солдаты большую часть времени проводили или на марше, или в лагере, ожидая тех нескольких часов, в течение которых случается настоящая битва. А потом снова недели маршей и сидения на месте. А вот мы, разведчики, воевали постоянно. То надо снабжение найти или, наоборот, перерезать снабжение врага. То надо местность разведать. То найти и уничтожить группу повстанцев. То захватить вражеского командира. То еще что-то. И так постоянно, чуть ли не каждый день. Естественно, при таком темпе боевых операций и потери у нас были гораздо чаще, чем в других подразделениях. Я сам чуть ли не десяток ранений за эти годы получил. Это только более-менее серьезных. Мелкие царапины и синяки я даже не считаю. Но зато и боевая школа это была замечательная. Или учись воевать, или умирай. Я выжил. Значит, чему-то выучился. Но знаешь, мне не хотелось бы, чтобы кто-то такой же молодой, как и я тогда, сейчас повторял бы это обучение теми же методами, только потому, что герцог Алоиз решил пойти по стопам своего деда.

— Я полностью разделяю твое мнение.

— И поэтому мы и едем в Магнаду. Поехали, Варден, осталось совсем немного.

Глава XVI

18 день VII месяца 593 года После Падения Звезды

Сад при постоялом дворе «Виноградная гроздь» в пригороде Магнады, столицы герцогства Глареан

— Итак, мы добрались. Теперь нужно понять, что делать дальше, — Гленард смотрел на город, задумчиво потирая кубок с вином в своей руке.