— Тогда решено, — твердо сказал Славий, не дав Донрену возразить. — Гленард и Михал отправляются в Белый город, а мы с госпожой Ниарой в порт. Никому ничего не говорим. Кроме нас и Михала никто ничего не должен знать, чтобы никто не мог предупредить Ардэна.
— А, ну и ладно… — раздраженно махнул рукой Донрен. — Вы, как дети, играете в игры. Рискуете, хотите весь мир победить собственными руками, забыв о сотнях помощников. А игры эти опасные. Но если хотите, пусть так и будет. Что мне, спорить с вами? Хотите всё делать сами? Пожалуйста. Люди вы взрослые, бойцы опытные и даже очень. Опасно, конечно, но если хотите, идите на этот риск. Доспехи хоть какие-то наденьте хотя бы. Кольчуги там, или гленардины. И удачи вам, детки. Доброй охоты. Возвращайтесь живыми, невредимыми и с добычей.
Гленард с Михалом нашли нужный им дом не без труда. Старый двухэтажный особняк с заросшей мхом черепицей отделялся от переулка сплошным каменным забором, покрашенным в белый цвет известью, местами облупившейся от времени. Дом выглядел полностью нежилым, но ставни и двери были целыми, равно как и замок на поржавевших кованых воротах с калиткой.
Выждав момент, когда в переулке никого не было, Гленард, а за ним и Михал, перелезли через ворота и притаились в кустах в маленьком саду. Было тихо. Сад зарос травой и был усеян опавшими листьями.
После полудня прошло, казалось, не так уж и много времени, но в саду было темновато. И от веток, и от затянувших небо плотных облаков, и от уже начинающих сгущаться ранних осенних сумерек.
Они просидели около пятнадцати минут в кустах у забора, пытаясь понять, есть ли кто-либо в доме. Ни звука. Ни движения. Гленард жестом показал, что собирается обойти вокруг дома. Михал кивнул, и Гленард осторожно двинулся в глубину сада. Михал последовал за ним.
За домом был маленький дворик с покосившимся деревянным сараем, стены которого потемнели от времени. Старая клумба заросла сорной травой. Каменные плиты, покрывающие дворик, растрескались, между ними проросла высокая трава. Старая посеревшая скамейка скособочилась и грозила вот-вот развалиться. Словом, и двор, и сад, и весь дом производили впечатление абсолютно заброшенного места.
— Похоже, нет здесь никого, — пожал плечами Михал.
— Это как раз и интересно, — ответил Гленард. — Самое место для Ардэна спрятаться.
— Думаешь, он внутри?
— Сомневаюсь. Хотя исключать ничего нельзя.
— Надо бы внутри осмотреть, — предложил Михал.
— Надо бы, — согласился Гленард, — но через парадную дверь идти не стоит. Она прямо напротив ворот. Вдруг с улицы кто увидит. Пойдем через заднее крыльцо. Вон там.
Они подошли к задней двери дома. Гленард осторожно подергал дверь, но она была заперта. Гленард осмотрел замок. Простой, но, как назло, никаких инструментов у Гленарда с собой не было.
— Подвинься Гленард, — Михал подошел с отмычками в руках. — Никогда не знаешь, что найдется в карманах и сумках у столичного тайного стража, — усмехнулся он в ответ на вопросительный взгляд Гленарда.
Михал склонился к замку. Он поковырялся в замке около минуты, и дверь, щелкнув, открылась. Гленард уважительно наклонил голову.
Они вошли внутрь дома. Было темно, но какой-то свет всё-таки пробивался через трещины в старых ставнях. Гленард подождал минуту, пока глаза привыкли к мраку, и осмотрелся.
Они были на кухне. Толстый слой пыли и паутина, покрывающая и печи, и столы, и сваленные в углу кастрюли, котелки и сковородки, явно намекала на то, что кухней давно не пользовались.
— Что здесь могло понадобиться Ардэну? — шепотом спросил сам у себя Гленард.
Осторожно открыв дверь, они попали в столовую, открывающуюся, в свою очередь, в большую гостиную. Гленард и Михал удивленно переглянулись.
Насколько дом снаружи, сад и кухня производили впечатление старого заброшенного строения, настолько же столовая и гостиная выпячивали свою роскошь. Эти помещения явно часто убирали. Обставлены они были современной и чрезвычайно дорогой мебелью из красного дерева, дуба и палисандра. Мебель была украшена золотыми и серебряными декоративными элементами. Большой стол был инкрустирован перламутром. Посуда в шкафу, который наугад открыл Гленард, была изготовлена из серебра и дорогущего фарфора. В соседнем шкафу нашлись десятки бокалов и кубков из золота, хрусталя и цветного стекла.
— Целое состояние, нет, богатство, в одном маленьком неприметном домике, — изумленно прошептал Гленард. — Что же это за место такое?
— И что в нем делал босяк Ардэн? — задал еще один безответный вопрос Михал.
Они прошли дальше, в гостиную, в которую выходили парадные двери. Пол большой комнаты был весь устлан кадирскими коврами. Диваны, обитые бархатом с золотой вышивкой, стояли вокруг низкого большого круглого столика из красного дерева. Крышка этого столика была инкрустирована палисандром и перламутром, которые образовывали многолучевую звезду. Стены комнаты были завешаны гобеленами с изображением каких-то садов, но Гленард в темноте не мог рассмотреть деталей.
Потолок в гостиной был очень высоким, уходящим в темноту под крышу домика. Второй этаж, на который из гостиной вела маленькая лесенка с резными балясинами перил, начинался только над столовой и, продолжался куда-то в заднюю часть дома. Не найдя в гостиной ничего, что могло бы быть связано с Ардэном, Гленард и Михал осторожно поднялись наверх.
Там обнаружилась огромная спальня. Это помещение тоже явно поддерживалось в порядке, хотя никаких признаков того, что кто-то здесь недавно ночевал, не было. Посредине комнаты стояла большая кровать с балдахином. Гленард пощупал подушки. Гусиный пух, шелк. Дорогое постельное белье.
Чуть в стороне стояла большая медная ванна, рядом с которой нашлись полупустые бутылочки с мылом и благовониями.
— Мэтр Сежлюдан, — прочел Гленард, взяв в руки одну из бутылочек, и вопросительно посмотрел на Михала.
— Безумно дорогой и очень модный парфюмер с Проспекта Андера, — пояснил Михал. — Далеко не всякая баронесса может к нему попасть.
— Тогда что же их связывает с Ардэном? — непонимающе пожал плечами Гленард.