Даже Максимилиан знал, что воплощенного демона очень трудно сдержать обычными силами, это мог сделать разве что сильный храмовник, однако, Эдит была мертва, а других служителей Ордена поблизости не было. И сам удивился своему обреченному спокойствию — если капитан ничего не придумает, экспедиции конец.
Должно быть, гостальеры безоговорочно были преданы своему командиру, либо обладали беспримерным бесстрашием — не задавая лишних вопросов перед демоном встал Ягор, выставив меч.
— Тебе сказали «уходи», тварь, — голос гостальера под маской был глух и решителен. — Здесь дети Единого!
Воплощенная сущность будто услышала человека, сделала шаг и застыла на месте, скрипя и покачиваясь. Застыли и остальные, с изумлением наблюдая за развитием событий.
Демон медленно поднял свою руку, будто хотел коснуться человека, что так дерзко преградил ему путь. И вдруг Ягор повторил его движение, потянувшись к твари указательным пальцем.
— Стой! — крикнул Клобунт.
— Не смей! — дернулся вперед Дормунт.
Ягор коснулся сучковатого пальца чудовища.
Все произошло очень быстро. Гостальера словно всосало в палец демона, он провалился внутрь себя под звук ломающихся костей и в кровавом фонтане превратился в мятый комок лопнувшей кожи. Дормунт, что бросился на тварь с фланга, изогнулся дугой и из его рта бурыми змеями полезли кишки.
— Свет Единый, лишь тобой наполнены мы!
Капитан наконец вытащил из ляписа невзрачный желтый духокамень, зажал его вместе с черным амулетом в кулаке и выбросил руку в направлении демона. С треском разошелся воздух, и между Равсом и темной сущностью образовалась ослепительно белая дуга, извивающаяся и искрящая. Обомлевший Максимилиан видел, как свет проник внутрь существа, выжигая гниль и черноту, как раздулось его тело, как вспыхнул, скручиваясь кольцами, мох.
Но платил свою цену и капитан — его рука с зажатыми самоцветами плавилась будто свеча, уже исчез кулак и запястье превращалось в обугленную головешку. Равс не сдавался, лишь закричал, когда стало невозможно терпеть, но не отвернулся, не отступил.
Только вот демон все никак не умирал. Он пылал будто огромный факел, надулся огненным пузырем, но шаг за шагом сокращал дистанцию с командиром экспедиции. Оставалось гадать, что именно ведет его вперед, но чудовище намеревалась забрать свое во что бы то ни стало.
Упал на колени капитан, из-под его маски капала кровь. Темная сущность сделала очередной шаг и потянулась к нему, ближе и ближе.
Клобунт словно бык врезался в огненную фигуру, заставляя ту отшатнуться. Его одежда и волосы тут же вспыхнули, но гостальер лишь усилил напор, вспахивая седую землю сапогами. И демон поддался, заваливаясь назад и выставляя длинные ноги в попытке сохранить равновесие. Но не смог, падая на спину за пределы круга.
Раздался оглушительный хлопок и воплощенная тварь взорвалась, разбрасывая по сторонам горящие ошметки и обломки. Свет погас и в наступившей тишине стало слышно, как где-то в вышине завывает ветер.
Прошла долгая секунда, прежде чем хоть кто-то посмел пошевелиться — и это был Максимилиан. Он медленно повел головой, удостоверяясь, что угроза миновала, потом сделал маленький шажок, ощущая стопой сухие стебли. Легкий шорох заставил вновь застыть на месте.
— Мальчик? — донесся до него страшный булькающий шепот, и Максимилиан не сразу понял, что это голос капитана. — Мальчик, подойди…
Не смея выпрямиться в полный рост, пригнувшись, будто испуганная ящерка, младший Авигнис заторопился к командиру, стараясь не смотреть на то, что осталось от гостальеров и демона.
— Мальчик, — вновь обратился Равс, когда Максимилиан оказался рядом. — Ты цел?
Капитан не смотрел на него, сидел опустив голову и из-под маски густая кровь вытекала ему на кирасу.
— Да, господин, я цел.
— Это хорошо.
Капитан поднял обугленную руку, попытался снять маску, но лишь ткнул почерневшей костью в грязную личину. Проговорил, словно ворочая тяжелые камни:
— Помоги.
— Но, господин!
— Помоги! — в голосе командира добавилась сталь, но он тут же пояснил мягче. — Она мне больше ни к чему.
Медная пряжка поддалась не сразу, пальцы скользили по влажным ремешкам. Маска оказалась тяжелой, подбитой по оголовью маленькими серебряными клепками. Стащив личину, Максимилиан увидел лицо капитана, алое от крови и с ранами в прокусанных губах.
— Спасибо, — Равс наконец посмотрел на мальчика. — Кто еще остался в живых?
— Господин, ваша рука…