Добро пожаловать в Винтервилл (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ему нравилось, как сбивалось ее дыхание при его прикосновении. Как она выгибала спину навстречу ему, когда его ладони коснулись ее мягких грудей.

Он повел ее назад, к кровати, развернувшись так, что он оказался тем, кто упал на покрытый пылью матрас, и вокруг них заклубилось серое облако, а Холли оказалась на его теле.

Пальто Джоша было испорчено пылью, но ему было наплевать. Он был слишком занят поцелуями, чтобы думать об этом. А она целовала его в ответ, и это сводило его с ума самым лучшим образом.

Холли запуталась пальцами в его волосах, а он запустил ладони под ее свитер, запоминая каждый изгиб и впадинку ее тела.

Его губы двигались навстречу ее губам, он пробовал каждый вдох и выдох, чувствовал, как ее ногти царапают его кожу, ставя метки. Он чувствовала вкус сладкого желания, когда ее язык прикоснулся к его языку.

Задрав ее свитер, чтобы обнажить белоснежную кожу, Джош приподнялся на локтях и прикоснулся губами к ее животу, прокладывая дорожку вверх по ребрам. Ее соски были твердыми и выделялись на фоне белого, кружевного бюстгальтера. Он втянул один из них сквозь ткань, заставив ее громко застонать.

Ей было двадцать лет, когда они в последний раз были вместе в этом домике. А ему было двадцать четыре. Он был еще достаточно молод, чтобы верить в жизнь, в привлекательность, в светлое будущее. Он не был одурманен миром и всем, что в нем живет.

Теперь он был старше. Более опытным. И отчаянно хотел дать ей все, в чем она нуждалась. Он хотел, чтобы она выкрикивала его имя, умоляла прикоснуться к ней, войти в нее.

Он хотел, чтобы она запомнила его, как он запомнил ее.

Он снова поцеловал ее — тягучий, великолепный поцелуй, от которого у него закружилась голова. Ее дыхание было рваным, тело дрожало в его руках. Он хотел, чтобы ей было так хорошо, чтобы она никогда больше не забыла его.

Он на мгновение прервал поцелуй, и она нахмурилась. Ее глаза встретились с его, и он увидел в них свое отражение.

— Скажи мне, что ты помнишь, — его голос был жестким, как ад.

Он обхватил рукой ее голую талию, поддерживая ее. Взгляд ее расплавленных шоколадных глаз был странным. Как будто она почти боялась его.

— Я помню, — прошептала она.

— Спасибо, черт возьми.

Потом он снова начал целовать ее, стягивая свитер через голову. Она вцепилась в его пальто, распахнула его, а затем просунула руки под его свитер и издала сдавленный стон, проводя пальцами по его твердому животу. Воздух вокруг них был ледяным, но тепло ее прикосновений заставляло его чувствовать, что он горит изнутри. Он обхватил ее тело руками, чтобы отгородиться от ледяного воздуха, и прикрыл глаза, скользя руками по ее обнаженной спине.

— Ты такая красивая, — прошептал он.

Она была великолепна под ярким освещением домика. Ее грудь была полной и подтянутой, темные, тугие соски виднелись через лифчик, талия была тонкой, пока не переходила в бедра, обтянутые джинсами. Он хотел целовать каждый сантиметр ее тела, пока она не начнет умолять его о большем. Он хотел дразнить ее языком до тех пор, пока она не сможет навсегда запомнить его.

Или пока не перестанет притворяться, что забыла.

Она потянула за низ его свитера, и он приподнялся, держа руки над головой, чтобы помочь ей. Она издала крошечный вздох, ее глаза пробежались по его груди, а затем все вокруг потемнело, и свитер закрыл ему глаза.

А потом раздался стук в дверь.

И не мягкий. Громкий, настойчивый стук, который заставил ее тело замереть напротив его.

— Хол, ты там?

Ее двоюродный брат. Норт. Холли дернула Джоша за свитер, он моргнул, и ее испуганное лицо появилось в фокусе.

— Ты должен уйти, — судорожно прошептала она, потянувшись за собственным свитером. Он был весь в пыли.

— Куда? — нахмурился он. С того места, где он лежал, был только один выход, и большой грузный кузен Холли стоял прямо перед ним. Бессознательно Джош потрогал свою челюсть, вспомнив, как Норт ударил по ней кулаком все эти годы назад.

Еще один стук.

Дерьмо.

— Минутку, — позвала Холли, ее голос был напряженным. — Я в ванной.

Джош скорчил гримасу, потому что был почти уверен, что этой ванной нельзя было пользоваться уже, по крайней мере, пять лет.