— А ты знаешь, чего она хотела бы, не так ли? — в голосе ее мамы звучала обида. — Потому что вы с ней были так близки. Я помню все те разы, когда она пыталась забрать тебя у меня. Думаю, наконец-то ей это удалось.
— Она не отбирала меня у тебя. Ты сама меня оттолкнула.
— Конечно, оттолкнула. Каждое Рождество все, чего ты хотела, это быть здесь с ней. И каждое лето тоже. Всё время бабушка, бабушка, бабушка. И знаешь что? Ей это нравилось. Потому что это означало, что она была лучшей матерью для тебя, чем я.
— Это неправда.
— Она мне так и сказала. Когда приехала в Италию шесть лет назад.
У Холли сжалось горло. Она не хотела думать о том, что было шесть лет назад. Или об Италии. Или о той огромной ошибке, которую она совершила.
— Мама…
— Ты бросила своего жениха в тот день, когда должна была выйти замуж. А потом ты позволила моей матери увезти тебя и оставила меня с последствиями.
— Я знала, что ты будешь злиться на меня. И ты злилась, — у Холли перехватило дыхание. Как же все это было запутанно. Помолвка с мужчиной, которого она почти не знала, была одной из худших ошибок в ее жизни. И она горько сожалела о том, что так поступила. Тем более, что он был племянником тогдашнего мужа ее мамы.
Но она была молода и напугана и позволила бабушке спасти себя. И она знала, что это причинило боль ее маме.
Она просто не знала, как это исправить.
— Тебе не нужно было ей звонить, — сказала ее мама. — Ей это понравилось, ты знаешь? Ей понравилось, что она нужна тебе больше, чем я. А теперь ты делаешь это снова. Выбираешь ее вместо своей матери. Когда все, что мне нужно, это твоя поддержка. Я не понимаю, почему ты так меня ненавидишь.
Холли почувствовала себя так, будто ей дали пощечину.
— Мама, я не ненавижу тебя.
— Тогда позволь нам завершить продажу. Позволь мне уехать из этого места. Я ненавидела его в детстве и ненавижу сейчас.
— Но я люблю этот город.
И это была правда. В этом разница между ними.
В глазах ее мамы стояли слезы.
— Тогда, думаю, ты сделала свой выбор.
Она открыла дверь, ледяной воздух поднял ее светлые волосы. Выйдя на улицу, она захлопнула за собой дверь.
У Холли сжался желудок. Она ненавидела то, что их разговоры всегда заканчивались ссорой. Так было с тех пор, как она себя помнила, хотя Холли всегда надеялась, что все изменится.
Это была не вина ее бабушки. Это была вина Холли и ее мамы. И сейчас не было способа исправить ситуацию.
***
Пока она пришла в себя, начал падать снег. Холли закрыла за собой дверь театра и посмотрела на небо. Оно было таким мрачным, как будто обещало нечто большее, чем просто снежную посыпку на земле. Когда они были моложе, Норт радовался таким ночам, рассказывая о снежных битвах, которые они устроят на следующее утро.
Это была традиция — всегда устраивать сражения с первым снегом. Ее сердце сжалось от воспоминаний.
— Ты в порядке?
Она чуть не выпрыгнула из сапог. Джош прислонился к стене театра, укрывшись под навесом, его руки были засунуты в карманы джинсов, и он смотрел на нее.
— Что ты все еще здесь делаешь?
Он пожал плечами.
— Подумал, что тебе может понадобиться помощь.