Большой медицинский обман: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

То же самое касается госпожи Денизы Пастернак (Denise Pasternak), президента Швейцарской лиги за отмену вивисекции (Schweize Liga für die Abschaffung der Vivisektion). В Страсбурге выяснилось, что она состояла возглавляемом доктором Джудит Хампсон в «экспертном комитете» Еврогруппы, хотя Швейцария не входила в Общий рынок и, стало быть, официально не могла участвовать в Еврогруппе. То есть, мадам Пастернак вошла в «экспертную комиссию» своевольно. Каким образом она могла выступать в качестве «эксперта», оставалось загадкой для всех, кто присутствовал на ее выступлении. А когда в Швейцарии Дениза представляла оппозицию сторонникам вивисекции, и те опровергали ее псевдонаучные аргументы, она отказывалась отвечать на их возражения под предлогом того, что не обладает достаточной компетентностью.

Ничем не отличалось и поведение доктора Кальмара (Jacque Kalmar), которого вновь избрали вице-президентом французской лиги и всемирной коалиции за отмену вивисекции, и которому дали много времени на выступление. Организаторы точно знали, что он, как и Ричард Райдер с мадам Пастернак, не скажет ничего опасного для фармацевтического синдиката, что он ограничится общими фразами и не упомянет ни одну из многочисленных фармацевтических трагедий, связанных с принципиально неверным методом тестирования на животных. И они не ошиблись.

Несколько лет назад один из наиболее известных американских врачей доктор медицины А.В. Аллен (A.V. Allen), написал статью под названием «Вивисекция это бизнес» (Vivisection is a Business). Вполне логично, что ее удалось напечататься только в The National, журнале чикагского Национального антививисекционного общества (National Anti-Vivisection Society). Тем не менее, доктор А. В. Аллен был признанным авторитетом в мире медицины – выпускник Чикагского Университета медицины и хирургии (Chicago College of Medicine and Surgery), профессор офтальмологии в Последипломной медицинской школе штата Иллинойс (Illinois Post Graduate Medical School), член Американской медицинской ассоциации (American Medical Association), член Чикагского медицинского общества (Chicago Medical Society), член Национального конференс-борда врачей в промышленности (National Conference Board of Physicians in Industry), в течение многих лет главный хирург Компании им. Эдисона (Commonwealth Edison Company). То, что человек такого уровня не мог более широко заявить о своих антививисекционных взглядах, свидетельствует о том, какая цензура идет со стороны вивисекционных организаций. Вот выдержки из его блестящей статьи:

3 мая 1978 года мне представилась возможность дискутировать на американском радио с «патриархом» вивисекции собственной персоной – с тогдашним президентом Национального Общества медицинских исследований доктором Кларенсом Денисом (Clarence Dennis), кардиохирургом, руководителем медицинских исследований (вивисекции) в Ветеранском госпитале г. Нортпорт.

Встреча состоялась на передаче, которую вел Шерри Генри (Sherrye Henry), и которая шла по нью-йоркскому радио WOR.

Я хотел задать доктору Кларенсу Деннису вопрос об опытах «по изучению половой жизни кошек», которые в течение многих лет идут в Нью-Йоркском музее естественной истории (New York Museum of Natural History). Они все еще продолжались, когда я написал о них в «Убийстве невинных», но прекратились, когда стали достоянием общественности, благодаря оплаченным рекламным объявлениям в New York Times и последовавшим за ними массовым демонстрациям. После демонстраций от некоторых спонсоров раздались угрозы прекратить поддержку либо переписать завещания, в результате, директор музея Роберт Гуле (Robert Goelet) отменил те эксперименты. Тем не менее, они продолжались примерно в 30 других американских лабораториях, в том числе в Ветеранском госпитале Нортпорта.

Эксперименты в Нью-йоркском музее стали достоянием общественности, когда Генри Спира (Henry Spira), школьный учитель, смог получить заявления, которые музей должен был заполнять ежегодно для получения грантов от Национального института здравоохранения детей и развития человека (National Institute of Child’s Health and Human Development) – очередной «гуманитарной» организации, возникшей благодаря щедрости Рокфеллера. Спира смог получить эти документы, благодаря обращению к малоизвестному в то время Акту о свободе информации (Freedom of Information Act). На него можно ссылаться, когда речь идет об общественных средствах, как в настоящем случае.

«Руководителем исследования» в тех заявлениях значился некий доктор философии Лестер Б. Аронсон (Lester B. Aronson), руководитель отдела поведенческих исследований. Из года в год эта команда получала гранты на исследования, а руководитель должен был описать их в бланке заявления. Как указывалось в одном из них, котам, «имеющим опыт половой жизни», и трехмесячным котятам наносили разные увечья, в том числе удаляли оба глазных яблока, хирургическим путем лишали слуха и обоняния, кастрировали, повреждали мозг, рассекали позвоночник и т. д. Очевидно, целью всех этих манипуляций было выявление того, как они могут влиять на будущую половую жизнь жертвы.

Очевидно, с целью привнести некое разнообразие (ведь в заявке не была указана цель этого конкретного эксперимента) исследовательская команда запланировала также некоторые «терминальные» опыты – на жаргоне экспериментаторов это значит «до смерти».

Кошкам требовалось пройти через многое, прежде чем наступала избавительница-смерть. Животных зажимали на металлическом штативе, головы им фиксировали в «стереотаксическом устройстве» с двумя стальными стержнями, глубоко проникавшими в глазную впадину, откуда глазные яблоки удалили. Для предотвращения каких-либо движений им в полном сознании, сдавливали зажимами барабанные перепонки; а затем хирургическим путем обнажали пенисный нерв, прикрепляли его к электроду из серебряной проволоки с крючком на конце и наносили электрические удары, пока животное не умирало.

С Аронсоном работала некая Мадлен Купер (Madeline Cooper), которая, по собственным же признаниям, всегда интересовалась половой жизнью кошек и специализировалась в этом направлении. В заявлениях Аронсона указывалось, среди прочего, на необходимость «звукоустойчивого помещения» и специальных переносках для агрессивных животных.

Бюллетень Национального общества медицинских исследований за октябрь 1977 года называет «отвратительными» демонстрации у входа в музей и рекламные объявления, требующие прекращения экспериментов.

А теперь настало время услышать из уст «патриарха» вивисекции официальное объяснение, для чего проводились те опыты.

Вопрос: «Доктор Деннис, Вы можете объяснить нам смысл тех опытов с кошками? Их протоколы лежат сейчас перед нами».

Ответ: «Вы понимаете, что изнасилования – это серьезная проблема, и вы знаете, что в половой жизни развиваются аномалии, ведущие к насилию. Я думаю, что они пытались понять через работу с кошками, чей мозг в каких-то отношениях сравним с человеческим – я знаю, я знаю, он не такой сложный, но во многих отношениях и в данном случае это так – и, я думаю, они проводили исследования с этой целью. Вот над чем они работают много лет» (точная запись ответа доктора Денниса, опущены только паузы и смущенные «гм» и «э-э-э»).

Позже выяснилось, что во время нашей дискуссии в лаборатории, которую возглавлял доктор Кларенс Деннис, проходили точно такие же эксперименты.

Не знаю, была ли связь между нашим эфиром и тем фактом, что после него доктора Денниса сняли с должности президента Национального общества медицинских исследований. Обычно его главы остаются на этом почетном месте до достижения предельного возраста, а зачастую и еще дольше, но доктору Деннису было еще далеко до этого. В любом случае, синдикат решил избрать другого «патриарха».

Часть 3

Обман со здоровьем

Рак: неиссякаемый источник золота

«Большинство видов онкологии все еще находятся на подъеме, сообщает эксперт американскому комитету» (Most Cancers Still on Rise, Expert Tells U.S. Panel).

Так называлась ведущая статья в International Herald Tribune. И она начиналась следующим образом:

Одновременно с ростом смертности из-за рака все более успешным становился поиск средств на так называемые онкологические исследования. С 1972 по 1978 год расходы Национального онкологического института, «министерства обороны» в «войне против рака» достигли 5 миллиардов долларов – эта сумма вдвое превышает общее финансирование за предшествующие 35 лет со дня его основания. В тот же промежуток времени «расходы на войну» Американского онкологического общества (American Cancer Society), частной организации возросли с 75 миллионов долларов в 1971 году до почти 150 миллионов, то есть, тоже вдвое. Но обеспечили ли эти вложения прогресс, способный обуздать болезнь? Разумеется, нет.

Рак невозможно искоренить путем исследования механизма болезни – надо сократить до минимума соприкосновение с веществами, из-за которых нормальные клетки вырождаются и становятся канцерогенными. В научной литературе опубликован огромный объем информации о том, что факторы, вызывающие рак, есть в воздухе, которым мы дышим, в пище, которую мы едим, в воде, которую мы пьем, в медикаментах, которые мы глотаем, в косметических средствах, которые мы потребляем, в сигаретах, которые мы курим. Тем не менее, никаких мер для профилактики не предпринимается.

Все канцерогенные субстанции и факторы следовало бы законодательно запретить. Но это несовместимо с прибылью транснациональных корпораций, не говоря уже о том, что лечение рака обеспечивает им двойной доход. Рак уже давно не представляет собой не медицинскую проблему, а экономико-социологическую: в этой болезни виноваты химические вещества в окружающей среде, пищевые консерванты, промышленные растворители, излучение, хлорсодержащие пестициды и т. д. Вместе с тем, для политиков вопросы прибыли гораздо важнее морали и здоровья. Неудивительно, что прогресс разных противораковых «кампаний» ограничивается сбором средств.

В конце 1940-х годов Моррис Билл (Morris Bealle) писал в «Истории лекарств» (Drug Story) следующее:

Всем, кто возразит, что Моррис Билл писал не про наше время, советую заглянуть в новостной журнал Time от 22 декабря 1980 года, но в рубрику «Право», а не «Медицина».

Там говорится, что двумя годами ранее молодая пара бежала из Массачусетса в Мексику, потому что не хотела следовать решению суда продолжать лечить с помощью химиотерапии их трехлетнего сына Чада (Chad), страдавшего лейкемией. Через девять месяцев «неамериканского» лечения мальчик умер, и родители остались не только без ребенка, но и без дома, так как в США против них было возбуждено дело.

Разумеется, никто не мог доказать, что мальчик выздоровел бы, если бы его подвергли пресловутым американским методам лечения, тем не менее, американские власти по нашептыванию всемогущей медицины утверждали, что было бы именно так.

Если бы результаты лечения с помощью химиотерапии в Америке были положительными, родители, скорее всего, согласились бы ее продолжить вместо того, чтобы тратить силы и деньги на бегство в Мексику. Большинство людей, которые отказались от традиционных методов и прибегли к экзотическим, сделали это, потому что пациента было уже невозможно спасти, потому что прежнее лечение оказалось неэффективным. Но, разумеется, такая точка зрения не является официальной.

Далее статья в Time указывает: