Большой медицинский обман: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В этом письме есть добавление, написанное от руки:

Официально дружеские отношения между главным инспектором Министерства внутренних дел, который, как предполагалось, должен заниматься защитой животных, и вивисекционным истеблишментом были рассекречены, когда несколько лет спустя Стивен Вайн покинул должность инспектора в связи с достижением пенсионного возраста и сразу же стал активным членом… вивисекционного лобби – Общества в защиту исследований!

Как известно, могущественное Королевское общество по предотвращению жестокости к животным (Royal Society for Prevention of Cruelty to Animals – RSPCA), находящееся под патронажем королевы, играет в Англии ту же роль, что и «швейцарская зоозащита» на своей территории: оно заботится об интересах индустрии, разводчиках лабораторных животных и о Синдикате. Оно заинтересовано не в том, чтобы донести мысль о ненадежности опытов на животных, а, наоборот, в том, чтобы убедить в их неизбежности.

Несколько лет назад психолог Ричард Райдер (Richard Ryder), вивисектор с большим стажем, проводивший опыты прежде всего на обезьянах, вдруг внял призывам защитников животных, отказался от своей деятельности и написал книгу «Жертвы науки» (Victims of Science), где он очень образно описывает жестокость экспериментов, но нигде не указывает на колоссальный вред этого неправильного метода исследования. То есть, он четко следует указаниям Синдиката, который, в свою очередь, разрешает только критику этического аспекта, но ни в коем случае не медицинского. Райдер придерживается их и в бесчисленных лекциях, с которыми ездит по всей стране.

Королевское общество по предотвращению жестокости к животным, псевдозоозащитная организация, в целом выступающая против опытов на животных, но на данный момент одобряющая их, в том числе в своей официальной позиции (Statement of Policies), предложила этому «антививисекционисту» должность президента, и он сразу согласился (сейчас он ушел с этого поста, но продолжает быть «консультантом» Общества по вопросам опытов на животных).

В случае с RSPCA речь идет даже не об инфильтрации, а об открытом участии в вивисекционном синдикате. И это еще опаснее Общества в защиту исследований: ведь Королевское Общество говорит своим членам, что мы против всех опытов на животных, но пока что они необходимы для науки.

В 1979 году французское лобби, которое называет себя Ассоциацией за медицинские исследования (Association pour la Recherche Médicale) выдвинуло новаторскую идею – избрать своим президентом и рупором знаменитого шоумена, Ива Монтана (Yves Montand). Очевидно, оно решило, что отсутствие у знаменитого певца и актера каких-либо знаний о медицине не столь уж важно, ведь вивисекторы точно так же ничего не знают о медицине, а широкие массы не станут беспокоиться по этому поводу благодаря промывке мозгов и безынициативности. Для Синдиката было важно то, что актерский талант Монтана снискал ему множество поклонников – таким достижением не мог похвастаться ни один ученый. А поскольку его назначение совпало по времени с его возвратом на сцену и на экран, французская пресса жаждала взять у него интервью и спросить, почему он согласился стать президентом той ассоциации.

В интервью для популярного иллюстрированного еженедельника Paris Match Монтан заявил о вивисекции следующее: «Это “жестокость”, которую нам надо сохранить».

Некоторые инакомыслящие писали письма Монтану лично и в журнал, вызывая на публичные дебаты нашего героя и любого вивисектора, которого он захочет привести с собой. Вызов тот напечатан не был, и Монтан его не принял.

В США лицом вивисекционного синдиката и неофициальным лобби прибыльной транснациональной корпорации Charles River Breeding Laboratories, Inc. (США, Франция, Англия, Италия, Япония, Германия) стало Национальное Общество медицинских исследований (National Society for Medical Research), основанное в 1946 году. Оно безо всяких зазрений совести избрало для себя следующую руководящую идею: «Способствовать тому, чтобы общество понимало принципы и гуманистические цели биомедицинских исследований».

На самом деле, Национальное общество медицинских исследований представляет собой полновесное пропагандистское Министерство вивисекции, которое, однако, замаскировалось под научную и гуманитарную организацию. Неудивительно, что его офис находится по адресу Washington D.C., 1029 Vermont Avenue NW – это в двух шагах от Капитолийского Холма. И лоббистам вивисекционного комбината даже не надо брать такси, чтобы отправиться в гости к своим сенаторам и конгрессменам, нагрузившись кейсами с «зеленью». Неудивительно, что в одном только 1977 году братство вивисекторов получило от американского правительства 8 миллиарда долларов налогоплательщиков, которые пошли на финансирование опытов на животных.

В Национальное общество медицинских исследований входят Национальные институты здравоохранения (National Institutes of Health), Национальный научный фонд (National Science Foundation), Ведомство по делам ветеранов (Veterans Administration), армия, военно-морской флот и военно-воздушные силы США, а также другие организации, массово использующие животных.

В Америке вивисекция считается серьезным бизнесом, и тут никому бы и в голову не пришло назначить, как во Франции, главой лобби актера, пусть даже самого известного. Президентом Национального общества медицинских исследований всегда является какой-то влиятельный биолог или хирург с подвешенным языком, способный авторитетно рассуждать о социальных функциях опытов на животных и поддерживать связь «научного» общества со СМИ и народом.

В Америке, как и в прочих странах, он всего лишь выполняет роль яркого символа и управляет Синдикатом в той же мере, в какой позолоченная русалка на носу старого корабля рулила судном. Поскольку он является практикующим хирургом и занимается деланием денег, у него нет времени и знаний для управления гигантским синдикатом, в который чаще всего тайно вливается много крови.

Одним из президентов, а в дальнейшем секретарей Общества был доктор Кларенс Деннис (Clarence Dennis), который также управлял жерновами вивисекции в Ветеранском госпитале Нордпорта (Northport Veterans Hospital). На самом деле, Синдикатом управляют практичные специалисты из профсоюзов, и общественности их имена остаются неизвестны. Они определяют основную линию партии, выбирают авторов для написания речей и пресс-релизов, нанимают пиарщиков и влиятельных лоббистов. Ими часто становятся старшие партнеры из крупных законодательных корпораций, члены которых заседают в сенате или в Палате представителей. Следовательно, они знают, как проще всего взобраться на Капитолийский холм. По большому счету, Национальное Общество медицинских исследований – неплохой специалист по политическим играм и следит за своим политическим имиджем.

Ни одно из многочисленных писем от разгневанных граждан не остается без ответов, которые обычно бывают написаны копирайтерами. Вот выдержка из длинного письма Общества за 30 июня 1978 года. Его отправили в ответ медсестре из Карлайла, штат Пенсильвания, а свою подпись под ним поставил Турман С. Графтон (Thurman S. Grafton), исполнительный директор Национального Общества медицинских исследований:

До чего убедительно. Особенно когда хороший ветеринар забывает упомянуть, что полиомиелит практически исчез к тому времени, когда начали впервые использовать вакцину Солка, что ее потом признали опасной и заменили на вакцину Сейбина, что сейбиновкая вакцина в свою очередь оказалась канцерогенной, и что причиной канцерогенности были почки обезьяны, использовавшиеся для ее получения и содержащие вирус SV-40, безвредный для обезьяны, но чужеродный и потому смертельно опасный для человека. И именно поэтому доктор Леонард Хейфлик (Leonard Hayflick), бывший профессор микробиологии в Университете Стэнфорда (Stanford University, Калифорния) разработал другую вакцину, на человеческих тканях, которые получают от абортированного плода. Вакцина эта оказалась безвредной, но медицинские власти Америки одобрили ее лишь спустя годы, ведь она подвергала опасности вивисекционистские догмы. В «Убийстве невинных» можно прочитать подробности, в том числе о некоторых публикациях доктора Хейфлика, о статьях в Time, Newsweek и в медицинских журналах.

Нью-йоркская организация «Объединенные действия за животных» (United Action for Animals) добавляет следующую информацию про Национальное общество медицинских исследований. Изначально оно продавало крыс корпорации Charles River и лабораторные товары других производителей. Но затем, чтобы сосредоточить внимание на политических действиях и восхвалении «экспериментальных моделей», оно основало отдельную компанию – Американскую Ассоциацию за науку с лабораторными животными (American Association for Laboratory Animal Science). В нее входит множество ветеринаров, и она продвигает разведение, покупку и использование лабораторных животных, а также опыты на животных в школах и вузах. Одним из нее многочисленных членов является Taconic Farms, которая продает препарированных лабораторных животных – некоторым из них сделали до 17 хирургических операций, в том числе удаляли глазное яблоко.

В Страсбурге, в Совете Европы парламентарии стран, входящих в Общий рынок (European Economic Community), должны были провести слушание новой конвенции в защиту животных, которую разработало RSPCA совместно с Обществом в защиту исследований. Цель этой новой конвенции якобы заключалась в защите подопытных животных, но на самом деле она законодательно закрепляла возможность широко практиковать вивисекцию.

Документ этот по утверждениям предназначался для блага животных, но разрешал все, даже то, что ранее было формально запрещено, например, многократное выполнение хирургических операций на одном и том же животном. Цели вивисекторов не ограничивались никак. Из конвенции следовало, что с болью и страданиями животных надо смириться. RSPСA, которая официально одобряет опыты на животных, не могла отстаивать защиту животных в Евросовете от своего имени, и у них возникла идея поручить эту роль новой псевдозоозащитной организации, основанной ими же, и чтобы ею управляли их же члены комитета (среди них – много разных вивисекторов). Так в марте 1980 года в Брюсселе была официально зарегистрирована Еврогруппа за благополучие животных (Eurogroup for Animal Welfare). Почему в Брюсселе? С одной стороны, чтобы не создавалось впечатление, что опять это британская организация, с другой – чтобы быть поближе к Страсбургу.

На слушаниях в Страсбурге участников этой Еврогруппы представили как выразителей интересов животных, выступающих от лица парламентов разных европейских стран. В результате, в Совете Европы состоялись мнимые дебаты между ложными защитниками животных, которые приводили исключительно соображения этики, и вивисекторами, преимущественно британскими, которые тоже приводили этические документы, а еще вступались за «людей» и «наших детей», то есть, за этику более высокого порядка, и в очередной раз распространяли лживую информацию, против которой не смел возразить ни один эксперт. Ведь единственно официально приглашенной командой экспертов оказалась Еврогруппа!

«Экспертную команду» в Еврогруппе возглавляла биолог Джудит Хампсон (Judith Hampson), член RSPCA – последняя назначила ее Главным уполномоченным по опытам на животных. Сама Джудит раньше работала в лабораториях.

А из статьи, опубликованной в 1981 году, в осеннем номере журнала RSPCA, видно, какую защитницу животных Королевское Общество отправило в Евросовет. Джудит Хампсон пишет, среди прочего, следующее:

Нетрудно понять, почему RSPCA назначила эту даму в Евросоюз для защиты интересов вивисекторов, а не животных. Именно этим она и занималась в ходе слушаний 8–9 декабря 1982 года.

Конвенцию тогда не приняли исключительно благодаря итальянской делегации, в которую входили выдающиеся специалисты в области медицины, ветеринарии и юриспруденции – они привели научные аргументы. Как известно, этические аргументы не имеют значения, когда речь идет о предположительном выборе между животным и человеком.

В августе 1984 года решения об этой конвенции принято еще не было. Быстрого принятия конвенции в декабре 1982 года, как надеялась британская делегация, удалось избежать только благодаря решительному протесту итальянской делегации. Все входящие в ее состав парламентарии, врачи, ветеринары, юристы, руководители зоозащитных организаций высказывались против нее, и это немногое количество голосов сыграло решающую роль.

В ходе более поздних слушаний к итальянцам, выступавшим против конвенции, примкнули еще делегаты от Германии и некоторых других стран.

Стоит упомянуть еще вот о чем.

Шведские парламентарии на вопрос, почему они голосовали за конвенцию, ответили, что шведская зоозащита рекомендовала им это сделать ради интересов животных.

Ричард Райдер, бывший вивисектор, участвовал в слушаниях предположительно как защитник животных, но приводил только этические аргументы – в лучших традициях Синдиката.