Стреноженная Россия: политико-экономический портрет ельцинизма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как известно, в союзный парламент А. Руцкой не прошел, но избиратели Курска выдвинули и избрали народным депутатом РСФСР по 52-му национально-территориальному округу. Главный же вывод, какой сделал для себя слушатель академии А. Куликов в тот период, состоял в том, что «политика теперь многим показалась живым и перспективным делом, вполне подходящим для того, чтобы заявить о себе во всеуслышание»[542].

События 1993 г. генерал А. Куликов описывает с позиции заместителя министра – командующего внутренними войсками МВД России. С этой точки зрения у меня претензий к нему нет: генерал сознательно выбрал сторону участников государственного переворота во главе с Б. Ельциным. Первопричиной трагических событий он считает «только политический кризис и неутоленные политические амбиции, а вовсе не народное возмущение или борьбу взаимоисключающих мировоззрений»[543]. Но как ученый-экономист А. Куликов не может не понимать, что глубинная причина кризисных явлений заключалась в развале экономики, в антинародной социальной политике «демократов» и, как следствие, в потере доверия ко всем институтам государственной власти. Не мог не видеть кандидат наук (на тот период), что в 1993 г. по отношению к уровню 1991 г. цены возросли более чем 450 раз, а по некоторым товарам – в 1000 раз. В то же время денежные доходы населения на тот период, по расчетам Минэкономики, увеличились менее чем в 100 раз. Миллионы россиян были лишены многолетних накоплений – более 300 млрд р. у них было попросту реквизировано.

Определяя потребности в людских ресурсах для обороны страны «в условиях современной демографической ситуации», А. Куликов – кандидат экономических наук, защитил кандидатскую диссертацию в 1992-м и докторскую в 1994 г. по проблеме демографической ситуации Российской Федерации. Анализируя в Главе I – «Современная социально-демографическая ситуация в Российской Федерации» демографическую ситуацию в России, диссертант не мог не выявить, что с начала «демократических реформ» процесс депопуляции и старения общества в России идет ускоренными темпами. По индексу человеческого развития страна скатилась до уровня стран Африки. Если в мировой практике предельное критическое значение суммарного коэффициента рождаемости составляет 2,15, то у нас в стране он равен лишь 1,35. Такая социальная ситуация никак не может характеризоваться как естественная.

Первопричиной трагических событий 1993 г. были не «только политический кризис и неутоленные политические амбиции», стремительно ухудшающаяся социально-экономическая ситуация в стране в результате «реформ» Ельцина – Гайдара, различие в подходах к экономической политике государства, в понимании путей вывода страны из кризиса. Не видеть этого честный ученый-экономист просто не мог. Поэтому и вызывает удивление, даже разочарование то политико-экономическое обобщение, которое сделал А. Куликов: «Я не мог знать всех деталей противостояния, но, как любой россиянин, понимал, что там, наверху, не все гладко»[544]. Повторяю: как умозаключение генерала я такое обобщение могу понять, но как вывод ученого – доктора экономических наук, если он сам писал диссертации (!!!) – нет.

Указ Президента РФ Б. Ельцина от 21 сентября № 1400, «в соответствии с которым Верховный Совет народных депутатов РСФСР будет распущен»[545], генерал-«политик» А. Куликов воспринял однозначно и «законопослушно»: все, кто не одобряют антиконституционный указ, действуют вопреки ему, – «участники государственного переворота», вздумавшие «ловить рыбу в мутной воде мятежа». Другими словами, он однозначно принял сторону Б. Ельцина, государственных преступников, откровенных и циничных участников государственного переворота.

Если это так, то, вероятно, не пришлось генералу, начавшему игру в большую политику, прочитать статью 121–6 Основного Закона (Конституции РФ), в соответствии с которой «роспуск либо приостановление деятельности законно избранных органов государственной власти» являются конституционным основанием для немедленного прекращения полномочий Президента РФ. Иначе как не понимать генералу, кандидату экономических наук, что узурпация власти, воспрепятствование деятельности органов государственной власти и ликвидация представительной демократии в лице системы Советов являются тягчайшим нарушением Конституции РФ.

Видимо, не удалось «законопослушному» генералу-политику ознакомиться и с решением Конституционного суда РФ, опубликованным 22 сентября 1993 г. в средствах массовой информации. Рассмотрев Указ президента № 1400 на соответствие действующей Конституции РФ, суд пришел к заключению, что указ нарушает сразу несколько статей Конституции РФ: части 2 статью 1, части 2 статью 2, статью 3, части 2 статью 4, части 1 и 3 статью 104, части 3 пункта 11 статью 121.15, статью 126.6, части 2 статью 121.8, статью 165.1. Это и послужило основанием Верховному Совету РФ, Десятому (чрезвычайному) Съезду народных депутатов РФ отрешить Президента РФ Б. Ельцина от должности.

Понимал ли генерал А. Куликов, что Указ № 1400 антиконституционен, что последствие его – в соответствии с Конституцией РФ – автоматическое отрешение президента от должности? У меня не вызывает сомнения, что понимал. Поэтому не Александр Руцкой провозгласил себя Президентом РФ, как пытается убедить наивных читателей А. Куликов[546], а Конституция Российской Федерации, Верховный Совет РФ и Десятый (чрезвычайный) Съезд народных депутатов РФ в полном соответствии с Конституцией РФ и заключением Конституционного суда РФ возложили исполнение обязанностей Президента РФ на вице-президента. Особо напомню, что по Конституции РФ эти обязанности возлагались на вице-президента РФ всего на три месяца, то есть на период для подготовки выборов нового Президента РФ.

Другого пути, кроме как поддержать антиконституционные действия Б. Ельцина и государственный переворот, у генерала А. Куликова, командующего внутренними войсками РФ, заместителя министра ВД РФ, не было, как не было иного пути и у министра внутренних дел РФ В. Ерина, у начальника ГУВД Москвы В. Панкратова, поскольку на их совести были избиения и убийства демонстрантов 23 февраля 1992 г. и 1 мая 1993 г., за которые пришлось бы нести персональную ответственность в уголовном порядке.

Напомню читателю о первомайских событиях 1993 г

1 мая решением Президиума Верховного Совета РФ я был назначен ответственным дежурным по Верховному Совету. В 8 часов утра прибыл в свой кабинет в Доме Советов. До 12 часов никаких звонков ни в первую приемную Верховного Совета, ни мне не поступало. Несколько раз связывался с министром безопасности В. Баранниковым, министром внутренних дел В. Ериным, замминистра А. Дунаевым. Они заверяли меня, что в стране все спокойно, никаких происшествий нет.

В 12.30 раздался звонок народного депутата РФ Г. Саенко[547], который сообщил, что у Гагаринской площади случилось ЧП – произошло избиение демонстрантов с кровавым исходом. Геннадий Васильевич сказал, что он и ряд других народных депутатов вскоре приедут в Дом Советов, и просил их срочно принять. Я доложил о случившемся Председателю Верховного Совета РФ Р. Хасбулатову, который поручил подготовить распоряжение о создании Комиссии по проверке фактов и готовить материалы на сессию Верховного Совета. Созвонился с В. Ериным и выехал в его министерство на улицу Житную. В кабинете министра находились В. Баранников, А. Дунаев, другие ответственные работники МВД РФ. Молча просматривали кадры видеосъемок. Было отчетливо видно человека в спортивной форме, который, как позже напишет Б. Ельцин, «кинулся за руль грузовика и дал газ, знал, что хочет убить милиционера. Это осознанное убийство»[548]. Погиб сотрудник милиции В. Толокнеев. В кабинете стояла гнетущая тишина. От комментариев все воздерживались. Я сообщил присутствующим о поручении Председателя Верховного Совета РФ и попросил министров В. Ерина и В. Баранникова подготовить необходимые материалы на сессию Верховного Совета РФ и быть готовыми к выступлению на ней.

Вернулся в Дом Советов. Меня уже ждали народные депутаты Г. Саенко, И. Федосеев, Г. Бенов, В. Исаков и другие. Они подробно рассказали, что произошло.

Десятки тысяч москвичей с цветами, флажками, воздушными шарами в 10 часов собрались на Октябрьской площади столицы. Участники демонстрации требовали по традиции пройти к Красной площади. Однако впервые за 75 лет москвичам в этом было отказано под предлогом того, что там проводят митинг профсоюзы (ФНПР). Направления к Парку культуры им. Горького и к Манежной площади были блокированы мощными отрядами ОМОНа, спецмашинами и даже конной милицией.

В 10.45 организаторы направили демонстрантов по единственному свободному Ленинскому проспекту на Ленинские горы, чтобы там провести маевку. Колонна шла во всю ширину семиполосной магистрали столицы. Приблизившись к площади Гагарина, все увидели, что ряды машин[549] плотно перекрыли улицу, а впереди грузовиков стоят милиционеры со щитами и в касках. Естественно, возник вопрос: зачем нужно было закрывать проход на Ленинские горы, вместо того чтобы, наоборот, обеспечить безопасное движение на маевку? Все свидетельствовало о том, что готовится крупная провокационная акция, цель которой довести людей до озлобления и столкнуть с милицией, что и подтвердили последующие события.

Как потом выяснилось, в первые ряды демонстрантов были внедрены провокаторы – переодетые в голубые спортивные костюмы курсанты Высшей школы МВД. (Один из них в драке потерял свое удостоверение. Об этом писал журналист А. Митрофанов.) Когда первые ряды демонстрантов подошли вплотную к строю милиционеров, закрытых щитами, провокаторы начали бить демонстрантов. Те, естественно, стали обороняться и давать отпор. Провокаторы бросились прятаться за спины расступившихся омоновцев. Преследуя их, демонстранты наталкивались на щиты милиции, из-за которых их стали бить резиновыми дубинками. А далее начал действовать «эффект толпы»…

Демонстранты, шедшие сзади, подталкивали впереди идущих, что неизбежно увеличивало массу людей, сталкивавшихся с милицией и подвергавшихся побоям. Цепь из милиционеров разорвалась и пропустила демонстрантов. Однако люди неожиданно натолкнулись на вторую линию из бойцов ОМОНа, попали в «мешок». Самое главное, избиение безоружных людей началось без какой-либо команды. Омоновцы с искаженными злобой лицами стали молотить дубинками женщин, стариков, молодежь. Били все: и рядовые, и сержанты, и офицеры. Сразу же после первых ударов появились раненые до крови. Многие убегали, но их догоняли, сбивали с ног, били ногами. Резиновая палка московской милиции с тех пор получила достойное название «демократиза-тор». И события на Ленинском проспекте не единственный подвиг в деле продвижения «идей демократии» в массы.

Ни у кого из принимавших участие в демонстрации народных депутатов РФ не вызывало сомнения, что избиение москвичей происходило по заранее намеченному плану. Омоновцы заранее получили приказ избивать людей. Это была откровенная акция устрашения, особенно циничная потому, что происходила она под транспарантом, протянутым через Ленинский проспект над местом избиения и гласившим: «С праздником, дорогие россияне!» Были избиты сотни людей, многих из которых увезли в отделение травматологии Первой градской больницы.

Я рассказал народным депутатам, что был в кабинете министра ВД РФ и видел видеокадры с места событий, в том числе и кадры гибели милиционера. Они обратили мое внимание на то, что прыгнувший за руль грузовикабыл одет в новый спортивный костюм. Таких лиц в одинаковых спортивных костюмах среди демонстрантов было довольно много. Передвигать машину не было никакой необходимости. Это было чистой воды провокацией, своего рода спусковым крючком, после которой сослуживцы – милиция и омоновцы, на чьих глазах произошла эта трагедия, стали яростно мстить за своего товарища. Поэтому в кабинете министра и не комментировали эти события.

Вывод народных депутатов был один: не у площади Гагарина, так в другом месте это избиение обязательно бы состоялось! Однако наиболее ретивые «демократы» не были бы таковыми, если бы не заявили, будто пролитая кровь была «явно спровоцирована руководством Компартии»[550]. Вот образец циничного приема, когда вор кричит: «Держи вора!»

Было подготовлено распоряжение Председателя Верховного Совета Российской Федерации Р. Хасбулатова (№ 362–1) о создании комиссии из народных депутатов РФ, Московского городского и районных Советов народных депутатов по расследованию событий 1 мая 1993 г., которую возглавил народный депутат Г. Бенов[551]. В состав комиссии вошли: Жуков Л., Шумилина Т., Данилов И., депутаты Моссовета; Попова М. – от Ленинского райсовета; Марков Г. – депутат Октябрьского райсовета г. Москвы.

Открывая сессию, Р. Хасбулатов сказал, что кровавая, трагическая бойня в Москве глубоко потрясла россиян, мировую общественность. «В основе майского события, – подчеркнул Председатель Верховного Совета РФ, – лежит, несомненно, конфронтационная деятельность как леворадикальных партий и групп, широко представленных в исполнительной власти, так и праворадикальных движений, отдельных лиц в этом движении. Всем видно, что в последнее время взята на вооружение стратегия революционной целесообразности и отбрасывания законности, демократических достижений последних лет. Открыто говорят о роспуске, разгоне представительных органов, Советов всех уровней…

Поскольку такая политика, ясное дело, не может объективно поддерживаться большинством населения, народа, то остается, оказывается, применить силовые методы. Это необходимо для того, чтобы запугать население, подавить и разгромить несогласных…»

На сессии приводились данные, что после двухчасового избиения мирных демонстрантов за медицинской помощью обратились 580 человек, фактически же пострадавших было значительно больше.

А что же власть имущие? Выступление на сессии Верховного Совета РФ и.о. мэра Москвы Ю. Лужкова было безапелляционным. У него не нашлось ни слова сочувствия пострадавшим, ему не хватило элементарной совести принести извинения гражданам, получившим в результате этой провокационной акции увечья и ранения. Напротив, была продемонстрирована полная убежденность в правомерности силовых действий против инакомыслящих и уверенность в своей правоте. Ю. Лужков утверждал, что демонстранты по пути громили на Ленинском проспекте коммерческие палатки, что многие из них были вооружены «заточками». Однако ничего подобного не было. Ни одна из фото – и телекамер, установленных на доме, к которому был прикреплен вышеупомянутый транспарант, не зафиксировала этих фактов. Это еще одно подтверждение того, что избиение демонстрантов и примерное его место планировалось заранее.

Не менее вызывающе вел себя на сессии Верховного Совета и министр внутренних дел В. Ерин. По его словам, работники милиции, проводя акцию устрашения у Калужской заставы, «вели себя мужественно, достойно, выполняя свой служебный долг, выполняя принятую присягу…» При этом В. Ерин сгоряча выпалил, что он, министр внутренних дел РФ, лично руководил операцией, затем, видимо, понял, что сказал лишнее, покраснел и под неодобрительные возгласы народных депутатов пулей выскочил с трибуны[552]. Более того, министр невольно признал, что провокация у площади Гагарина планировалась заранее: как только демонстрация пошла от Октябрьской площади в сторону Ленинских гор, колонна грузовиков была направлена к площади Гагарина, где и перегородила Ленинский проспект.

Большинство народных депутатов приняло постановление Верховного Совета РФ, в котором осудило политику разделения народа на противоборствующие части, политику противопоставления милиции народу, политику конфронтации, способную привести к гражданской войне.

Я уже тогда был уверен (и это подтвердили события сентября – октября 1993 г.), что трагические майские события были не чем иным, как тренировкой репрессивного аппарата, проверкой руководства МВД РФ, командования внутренних войск, ГУВД Москвы, ОМОНа, проверкой реакции мировой общественности на силовые меры, в том числе и с кровавым исходом, в отношении оппозиции, политических противников ельцинского режима.

«Законопослушность» генерала А. Куликова меня просто умиляет. Книга «Тяжелые звезды» вышла в свет в 2002 г., когда и Б. Ельцин, и его идеологи откровенно признались, что в сентябре – октябре 93-го они действительно вышли за рамки конституционного поля. Можно было бы, конечно, подумать, что «содействовавшие в подготовке этой книги к изданию», «литературный редактор», да и сам А. Куликов не читали этих откровений. Но многочисленные ссылки в книге «Тяжелые звезды» свидетельствуют, что ее авторы знакомы с этими публикациями.

Приведем хотя бы два высказывания:

[542] Там же. С. 88.

[543] Куликов А. Тяжелые звезды. С. 148.

[544] Там же. С. 149.

[545] Там же. С. 153.

[546] Куликов А. Тяжелые звезды. С. 158.

[547] Саенко Геннадий Васильевич, родился в 1945 г. Окончил Азово-Черноморский институт механизации и электрификации сельского хозяйства. Доктор экономических наук, профессор. До избрания народным депутатом РСФСР был вторым секретарем Курского обкома КПСС. Являлся координатором фракции «Коммунисты России», председателем подкомиссии Комиссии Совета национальностей Верховного Совета РФ по вопросам социального и экономического развития республик в составе РФ. После расстрела защитников Конституции Российской Федерации 4 октября 1993 г. работал в коммерческом банке, Роспотребкооперации.

[548] Ельцин Б. Записки президента. С. 18.

[549] Если 23 февраля 1992 г. «демократический» режим установил на площади Маяковского заслон из одного ряда машин, то на площади Гагарина – из четырех-пяти. Поэтому и последствия были намного тяжелее, чем 23 февраля.

[550] Филатов С. Совершенно несекретно. С. 273.

[551] Бенов Геннадий Матвеевич, родился в 1941 г. Окончил Высшее военное авиационное училище летчиков в г. Ейске, Военно-политическую академию им Ленина, Академию народного хозяйства при Правительстве РФ. Доктор политических наук, профессор. С 1993-го по 1999 г. – депутат Государственной Думы двух созывов.

[552] Выступая 22 сентября 1993 г. в зале коллегии МВД, В. Ерин главной «ошибкой» действий милиции 1 мая 1993 г. на площади Гагарина посчитал то, что погиб сотрудник милиции. Не сомневаюсь, что все нормальные люди должны скорбеть, что трагические события привели к смерти человека. Но для «демократа» В. Ерина более 500 человек, «умытых кровью», – мелочь.