Крылья: читать начало книги онлайн

— А ты ведь совсем все неправильно делаешь? — Я сел на своем лежаке.

— Как это совсем все неправильно? — Вера вздохнула, словно был я дите неразумное.

— Решили же, что вместе. Значит все вместе. — Она отбросила в сторону легкое покрывало.

— Иди, давай сюда. И слов мне не сказал ласковых. Светлякам, наверное, сказал, а мне — нет.

Я не успел додумать, до чего сладко в груди сделалось, от того, что позвала. Да так легко. Да так просто.

Отложил светляков в сторону. Лег рядом с Верой, обнял, прижался, и стал целовать ее в губы неумело.

Ландгрувер хохотал как сумасшедший, прыгая на одной ножке вокруг круглого пузыря со Светляками. Тонкий высокий в начинающих отрастать складках, гибкий и неуклюжий одновременно, почти голый, в одной набедренной повязке, он ломался в поясе, закидывал руки за голову, прыгал и дрыгался, кувыркался через голову и рубил пальцами воздух вокруг себя.

— Вот здесь ровнее… — Услышал он из угла в густой тени ровный низкий голос. — Стал двигаться ровнее. Движения перестали быть ломанными и скорыми.

— Ты смотрел? — Задал вопрос из угла все тот же голос.

Ландгрувер ничего не ответил. Он запрокинув голову дышал, высоко поднимая грудь и втягивая живот так, что выступали позвонки, потом опускал голову и вдавливал грудь, выпячивал живот, снова поворачивался и кланялся невидимому то ли партнеру, то ли противнику

— Ты не ответил…

— Да… — С шипением выпустил из легких воздух Ландгрувер и сложил ладони перед собой в знаке Поклонения.

— Что ты видел? — Проговорил голос. Ландгрувер закрыл глаза и застыл, словно каменная статуя. Мышцы на его теле вздулись в напряжении, проявив недюжинную силу.

— Да, Ландгрувер, ты готов к испытанию и, наверное, скоро получишь оранжевую тогу. Но я спросил о том, что ты дела сегодня ночью.

— Я знаю, что ты не спал. Ты смотрел.

— Я не против… Уже не против того, что не только слушаешь сам, но и смотришь.

— Однако, я обязан спросить тебя о том, что ты видел. — Ландгрувер выпустил из легких воздух и стал расслабляться. Медленно мускул за мускулом, словно к каждому у него был рычажок и выключатель. Когда его голова поникла, а тело стало вновь казаться нескладным, он открыл глаза, и посмотрел в угол, из которого раздавался голос.

— Я смотрел… Я видел… И с каждым разом мне становится делать это легче. Я нахожу их уже совсем быстро, отец.

— Это хорошо… — Уиллисис поднялся с низкого стульчика в углу и вышел ближе к свету.

Он был в простой домашней одежде. Широких черных штанах. В куртке на веревочных петлях с белой подкладкой. В легких, почти невесомых сандалиях на упругой подошве из трех слоев специально обработанной кожи.

Храмовник вдруг сделал длинный выпад, целясь острыми пальцами Ландгруверу в глаза. Ландгрувер упал на одно колено и повел по кругу ногу, стараясь лишить Уиллисиса равновесия.

Уиллисис, успев улыбнуться, легко перепрыгнул ногу, и движением, скорым настолько, что его почти не было видно, коснулся горла своего сына.

— Хорошо… — Негромко проговорил он.

Ландгрувер взвился в воздух, мгновенно собравшись в тугой мускулистый комок, раскинул руки, и выпрямил одну ногу, целясь своему учителю в лицо.

Уиллисис сделал шаг в сторону и когда Ландгрувер, промахнувшись, пролетал мимо, коснулся его локтевого сустава.

Рука младшего храмовника повисла плетью.

— Мало верить, сын… — Качнулся Уиллисис, упруго, словно богомол.

— Нужно, знать…

— Знание — еще не истина. — Сквозь зубы прошипел Ландгрувер и продолжал поединок.

— Ты прав… — Потек, заструился, словно вода Уиллисис в своих движениях. Ему хватало дыхания на то, чтобы говорить с сыном.