Чем сильнее становилось недовольство Розы Люксембург политикой партии, тем интенсивнее она занималась теорией империализма и массовой забастовкой – в попытке вернуть реальности империалистического общества в партию, восстановить в ней равновесие.
Роза Люксембург никогда не оказывалась в ситуации, когда приходилось бы обсуждать свои взгляды в связи с конкретным участием в правительстве. Сегодня все изменилось. Все чаще левые, социалистические партии оказываются в ситуации, когда они берут на себя правительственную ответственность. На наших конференциях и семинарах нередко резко критиковалось то, как конкретно реализуется участие в правительствах.
На всемирном социальном форуме в Порто Алегре в контексте базовых взглядов Розы Люксембург на демократию и ее понимания политики и политических партий обсуждался вопрос о том, может ли левое правительство, такое, например, как правительство во главе с Лулой в Бразилии, установить социальную справедливость, как этого добиться, или у него нет для этого ни единого шанса в нынешних условиях неолиберальной глобализации. Политических деятелей в Бразилии упрекали и в личном фиаско.
В Буэнос-Айресе речь шла об оценке стратегии левых сил, а именно об их участии в правительстве. В Бразилии и Уругвае, к примеру, левые получили мандат на правительственную ответственность, благодаря анти-неолиберальным программам, обещаниям предоставить бедной части населения большее участие в распределении общественного богатства и более справедливые возможности развития. По мнению выступавших, итог оказался весьма отрезвляющим в Бразилии, частично также в Уругвае.
Основная критика сводилась к следующему:
– Социализм как цель перестал быть очевидным.
– Отсутствие альтернативной экономической политики, которая бы поощряла научно-техническое развитие и одновременно помогала решать социальные вопросы.
– Правила игры с международными капиталистическими деятелями не были изменены, условия МВФ дисциплинированно исполнялись, а 60 процентов детей по-прежнему жили в бедности.
– Внутрипартийная демократия не получила должного развития, необходимого взаимодействия между партией и представителями правительства де факто не было.
– Профсоюзы оказались в трудной ситуации: являясь зачастую членами правящих партий, они были вынуждены поддерживать их политику. С другой стороны, они видели в политике правительства угрозу изменения баланса между трудом и капиталом. Предоставление иностранному капиталу хороших условий вело к конфликтам с правами трудящихся в этой стране, что создавало угрозу для обратной связи с социальной базой правительства.
В Бразилии левые более 15 лет делали ставку на Лулу, сконцентрировавшись на одной личности и не разработав стратегии влияния на людей на руководящих постах, стратегии, не допускающей их очевидного отчуждения от целей партий и союзных движений. Сомнения высказывались и в отношении Чавеса в Венесуэле как серьезной перспективы для Латинской Америки. Пропасть между завышенными обещаниями в ходе предвыборной борьбы и реально возможным в конкретной политике после победы также называлась как одна из причин разочарований. Резкая полемика разгорелась после того, как один из выступавших высказал мнение, что в отношении Кубы нельзя говорить о социализме, поскольку там нет демократии.
Отрадно, что такие дискуссии ведутся в деловой и аргументированной форме. Запрет думать, изоляция, претензии на истину еще не полностью исчезли, но все больше становятся побочными явлениями. Мировые социальные форумы сделали такую открытость главным лозунгом, и такой подход наблюдается на европейских и других региональных социальных форумах. Подобная политическая культура является новой для левых и представляет собой, на мой взгляд, главную предпосылку для того, чтобы левые снова стали политико-способной силой в мире, в котором далеко не все разделяют левые, социалистические, представления об устройстве общества.
По-прежнему активно обсуждаются взгляды Розы Люксембург на демократию – как в теоретическом плане, так и с точки зрения влияния на левую политику. На конференции в Китае ее воззрения на демократию сравнивали со взглядами Мао Цзедуна. На нашей конференции об этом будет говорить проф. Ванг, и я не хочу предвосхищать его выступление. Общее мнение свелось к тому, что взгляды Мао на Большую демократию сильно отличаются от точки зрения Розы Люксембург относительно прямой демократии, что культурная революция в Китае разрушила имевшиеся ростки демократии и привела к анархии, число жертв которой, по меньшей мере, не уступает жертвам сталинизма.
Обсуждалось также соотношение демократии и централизма, и при этом не оспаривалось, что в такой большой стране, как Китай, необходима определенная степень централизма. Разделение партии и правительства стало еще одной темой. Разные точки зрения высказывались по вопросу внутрипартийной демократии. КПК сталкивается с огромными проблемами в виде бюрократизма и коррупции. При этом многие выступавшие отмечали, что способность партии быть правящей зависит от того, насколько ей удастся с помощью внутрипартийной демократизации как части демократизации всего общества побороть это зло. Роза Люксембург, кстати, отвергала все, что могло поставить ее в зависимое положение.
Экономическое развитие в Китае стало предметом обсуждения на конференциях в Ухане и Гуанджоу в связи с «теорией накопления» Розы Люксембург. Знатокам ее взглядов задавали вопрос, считала ли она совместимыми рыночную экономику и демократию. Подтекст – в стремительном экономическом развитии Китая на принципах капиталистического рыночного хозяйства и в качестве участника в рамках неолиберальной глобализации на мировом рынке. Были высказаны надежды на то, что развитие можно трансформировать в социальный прогресс для населения. Но имел место и большой скепсис на этот счет. Роза Люксембург понимала процесс капиталистического накопления как глобальный феномен: она считала, что без докапиталистической и некапиталистической сред в развитых и слаборазвитых странах капитализм быстро натолкнется на пределы, ограничивающие накопления. Это не подтвердилось. Однако многие из ее предположений полезны для анализа нынешних тенденций в экономике, что впечатляюще показали состоявшиеся дебаты.
В Эрфурте на социальном форуме в Германии норвежский историк и политолог Таня Сторлоккен сравнила положения по реформе и революции в Эрфуртской программе социал-демократии и программе основанного Розой Люксембург «Союза Спартака». При этом она выделила решающие высказывания Люксембург о сути революции. Их можно охарактеризовать как демократический процесс, связь между образом цели и путем к власти. «Понятие революции в высшей степени спорно. Поэтому я считаю важной и необходимой задачей вновь отвоевать демократическое и антитоталитарное представление о революции. Помочь этому может понимание революции Розой Люксембург»[4].
Сторлоккен описывает революционный путь Люксембург как «поиск», как «попытку и ошибку» среди реальных политических и экономических боев, как необходимую предпосылку для построения социалистического общества.
Существенной доработки требует вопрос о том, насколько тесно для Розы Люксембург были связаны свобода и демократия. В Аргентине Пабло Славин, например, отметил: «Демократия теряет свою эффективность, если свобода становится привилегией. Очевидно, что при нынешней борьбе, прежде всего США, против терроризма, средством борьбы является террор. Жизнь, которую следует защищать, подвергается угрозе – со всех сторон. Свобода ограничивается вплоть до отказа от нее, и постепенно для демократии не остается пространства.».
Критика Розой Люксембург Ленина и большевиков стала особой темой на конференции в Москве. Были названы в том числе менее известные представители большевиков, которые в 1918-19 гг. выступали, как и Люксембург, с подобной критикой, однако затем исчезли с политической сцены или приспособились к большинству. Московская конференция стала первой, посвященной Розе Люксембург в России и, конечно, в Советском Союзе[5].
Официального интереса к Люксембург в СССР не проявлялось, и поэтому не было официальных исследований. Известный литератор Марлен Кораллов получил доступ к перемещенному в Москву по желанию Софи Либкнехт архиву Карла Либкнехта. С помощью этих материалов он составил биографию Люксембург, изданную в Италии, но не в Советском Союзе. Поскольку знания о Розе Люксембург в России очень мало распространены, одна из профессоров-историков, участвовавших в конференции, предложила шире включать сведения о Розе Люксембург в процесс обучения и сама обязалась это делать.
Была ли Роза Люксембург феминисткой или нет? И об этом также состоялись интересные дебаты. В смысле расхожих дефиниций феминизма, или феминизмов, она таковой не была. Она жила эмансипацией и таким образом оказала влияние на современное феминистское мышление. Следует особо выделить книгу Фригги Хауг 2007 года «Роза Люксембург и искусство политики».
Представительство Фонда в Южной Африке проводит каждый год как минимум один семинар по Розе Люксембург. Ее работы о причинах милитаризма и войны стали на одном из семинаров отправной точкой для анализа ситуации в Африке. Многие страны Африки подверглись за период колониализма и в ходе инспирированных империализмом войн разрушительной дестабилизации. Португальское и бельгийское колониальное господство принесло им болезненные потери в природных ресурсах, а также квалифицированной рабочей силе. Африка оказалась втянутой в «холодную войну», в том числе через т. н. войны заместителей. Многие лидеры освободительных движений были убиты. В ходе антиколониальной борьбы возникла сеть солидарности, но вместе с ней и новый опасный класс местных коллаборационистов и младших партнеров империализма в Африке, включая спецслужбы. Была единодушно подчеркнута необходимость укреплять демократические, ориентированные на мир движения, а также создавать новые. В семинаре участвовали в основном представители социальных и антивоенных движений. В ходе откровенной дискуссии критически анализировалась оборонная и военная политика правительства под руководством АНК. В целом обсуждение показало противоречивость военной политики Южной Африки: с одной стороны, она ориентирована на поддержание мира и разрешение конфликтов, с другой – служит строительству региональной военной державы со всеми связанными с этим опасностями. Кроме того, эта политика использует ресурсы, остро необходимые для развития страны.
Немногим представителям правящих партий (в основном – Компарии Южной Африки), согласившимся на диалог, пришлось нелегко. В то же время очевидно, что это была одна из весьма редких возможностей поговорить друг с другом и обменяться мнениями.
Одна из активисток африканского антивоенного движения заявила, что чрезвычайно важны демонстрации как символ осуждения войн, но они естественно не могут происходить постоянно и идут на спад. Поэтому антивоенному движению приходится черпать силы в непрерывной просветительской работе и убежденности в том, что борьба за мир может быть успешной в обществе, для которого мир представляет собой одно из важнейших достояний, то есть в социалистическом обществе. Так, как это представляла себе Роза Люксембург. Крайне интересный анализ сделанный этой активисткой показал, что важными исходными пунктами сегодняшних войн являются военные базы, которые располагаются по всему миру, – независимо от того, кто их содержит – США, Великобритания или другие военные державы.
Взаимосвязь между интересами империалистических держав, войнами и борьбой против терроризма стала предметом семинара в Буэнос-Айресе, причем особое внимание было уделено связям между свободной торговлей и милитаризацией. В очень критическом духе обсуждались экономические интересы США, а также интересы и действия ЕС в Латинской Америке. Высказанное мнение о том, что ЕС является вассалом США, встретило возражения со стороны европейских участников. Явно не хватало информации о ЕС, интересах его членов и противоречий между ними, не в последнюю очередь также об их военных целях, амбициях и стратегиях. Пришлось договариваться, что стоит за такими категориями, как мировой рынок или изменения в интересах власти и военных стратегиях от раннего капитализма до современности.
Актуальное значение идей Розы Люксембург, прежде всего для социальных движений, представляло особый интерес на всемирном социальном форуме и социальном форуме в Германии. Речь шла об отношениях между левыми партиями и движениями.
Отторжению партий противостояло мнение о том, что левые партии в парламентах нуждаются в давлении и поддержке со стороны движений с тем, чтобы наиболее полно представлять их на политическом уровне.
С большим интересом был встречен доклад Изабель Лоурейро о Розе Люксембург и современных социальных движениях на примере движения безземельных крестьян (MST) в Бразилии. В начале она поставила вопрос о том, что общего может быть у безземельного сельского населения в Бразилии и еврейско-польской социалистки, которая остро выступала против раздачи большевиками земли крестьянам, считая, что это создаст новый класс мелких собственников – оппонентов социализма.
Докладчик показала это общее, а также те возможности для MST учиться у Розы Люксембург, например, в том, как она отстаивала прямое действие и опыт масс. «Мысль о том, что субъекты создаются в борьбе, что борьба формирует субъекты – это то, что объединяет Розу Люксембург и MST. Для Розы классовое сознание вытекает из свободной политической практики народных масс, то есть оно не внедряется извне специальным авангардом профессиональных революционеров»[6].
Жоао Педро Стедиле, один из руководителей MST, считает: «Конкретная практика борьбы за земельную реформу научила нас: нельзя копировать опыт, поскольку каждое пространство, каждая местная реальность несут в себе новые элементы, которые по-новому складываются в зависимости от уже накопленных знаний»[7]. Лоурейро называет еще два важных совпадения между Люксембург и MST: защита радикальной демократии и социалистическая цель.
[4] Tanja Storlokken: Reform und Revolution zwischen Erfurt und Spartakus, S.2.
[5] Роза Люксембург. Актуальные аспекты политической и научной деятельности. М., 2004
[6] * Isabel Loureiro: Das Politikverstandnis von Rosa Luxemburg. Rosa Luxemburg und die zeitgenossischen sozialen Bewegungen: das Beispiel MST (Bewegung der Landlosen), Vortrag auf dem Sozialforum in Deutschland in Erfurt am 23.7.2005, S.3
[7] Там же.