– Мне так и не удалось ознакомиться с подробностями бесед, которые полиция провела с семьёй, только общие факты. Поэтому мне ничего не известно о том, у кого из них был с собой веронал и было ли об этом известно другим. Я даже не знаю, задавались ли вопросы о веронале или полиция предпочла пока помалкивать.
– Но всё же…
Адам Карлсен нахмурился.
– Всё же странно…
Он принялся ходить взад-вперёд вдоль панорамного окна.
Три пары глаз продолжали следить за ним.
– Хорошо. Значит, веронал. Но даже большая доза веронала не убивает мгновенно.
– Верно, – кивнул Каннингем. – Вначале чаще всего проявляется сонливость, но может случиться и рвота. Абсорбция у барбитала быстрая, через полчаса или час после приёма человек может быть уже без сознания.
– Вот это очень интересно. Значит, когда все вышли из кабинки фуникулёра, миссис Робинсон осталась там по собственному желанию?
– Насколько я понял, да. Дело в том, что она вроде как на всех обиделась. Но понятия не имею из-за чего.
– Ох, вот уж по-настоящему мужская точка зрения! – необъятные груди мадам Фабьен заколыхались под слоями тряпок. – У моего Антуана – а он вроде как не женщина, хотя я давно в том не уверена, – даже у него найдётся с полсотни причин обидеться просто так! А вы говорите о замужней женщине с тремя детьми.
Карлсен обратил взгляд к Каннингему.
– Значит, она обиделась и не вышла со всеми. А дальше?
– Вагон поехал вниз вместе с ней, так как водитель уже загрузил чемоданы в другой вагон. Багаж и водитель поехали вверх, а миссис Робинсон поехала вниз.
Карлсен слегка наклонил голову.
– Интересно, такое поведение было обычным для миссис Робинсон?
Каннингем с сожалением ответил:
– Увы, я ничего о ней не знаю.
– Нет сомнений, что её обидели, – вставила мадам Фабьен. – Уверена, дело в муже и другой женщине.
– Итак, чемоданы оказались наверху…
– А миссис Робинсон внизу, – продолжил Каннингем. – Водитель выгрузил чемоданы и помог швейцару занести их в отель. Затем он пообедал в комнате для персонала, ещё какое-то время поболтал с Матеем, швейцаром, после чего уехал вниз на фуникулёре.
– Как долго водитель обедал?
– Примерно полчаса. Затем ещё примерно столько же болтал со швейцаром. В тот день у него больше не было работы, поэтому он никуда не торопился.
– Значит, пока он был в отеле, миссис Робинсон…
– Находилась в кабинке внизу.
Каннингем смолк и какое-то время потирал острый подбородок.
– Человек на кассе – он же отвечает за работу фуникулёра – сказал, что вагончик, в котором была Тамара Робинсон, приехал пустой. Но эта загадка быстро разрешилась. Я спросил, заглядывал ли он в кабинку, на что получил отрицательный ответ. Он лишь увидел со своего рабочего места, что в вагончике никто не сидел, но оттуда ему не был виден пол вагончика…
Карлсен кивал:
– Значит, когда кабинка спустилась, миссис Робинсон лежала на полу.
– Это единственное разумное объяснение.