Вместо матери: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вырубово тут в общем не далеко.

— Тем лучше…

— Вам деревню или усадьбу?

— Усадьбу… Наши дом заняли помещичий.

— Та-ак. Ну, я тут с завязанными глазами дорогу найду.

— То и хорошо.

Земля была вся в рытвинах, и итти было в темноте очень трудно. Однако они шли довольно ходко и наконец вышли на дорогу. Степь в этом месте все время сменялась жидкими рощицами.

— Это вот дорога на Вырубово, — сказал мальчик и остановился.

— Ну что ж, проводи уж до конца.

— Нет… я здесь живу…

— Где?..

— А вон там… В роще…

— Чудак! Холодно, небось!

— Я привык. Мне там вольнее.

— Ну, одним словом, спасибо тебе, что вывел на дорогу. А если захочешь в Вырубово притти, спроси товарища Карасева. Я тебе должность дам.

Ванько́ поколебался с минуту, словно раздумывая, итти ли ему сейчас прямо в Вырубово или вернуться в свое лесное жилье.

Подумав, он махнул рукой и перескочив придорожную канаву, исчез во мраке. А товарищ Карасев зашагал по дороге.

Ванько́ уже почти целый год слонялся по степи, ведя кочевой образ жизни, приставая к разным бандитским отрядам. Зиму он провел в отряде атамана Крученко, но весною бежал от него. Уж очень не понравилось ему обращение атамана с мирным населением. Ванько́ при всей своей дикости и нелюдимости был малый добрый, а тут на его глазах зарубили шашками старика и старуху за то, что они будто бы накормили бандитов мясом не зарезанной, а павшей свиньи. Становиться разбойником Ванько́ вовсе не собирался. Ему просто хотелось вольной, степной жизни. Но странное дело. Казалось, степь велика, а между тем он чувствовал необходимость примкнуть к какой-нибудь из враждующих сторон, ибо иначе уж очень как-то было одиноко, а подчас и жутко. Бандиты его не удовлетворили. Надо было, стало быть, выбирать между белыми и красными. Политикой Ванько́ никогда не занимался и убеждений политических никаких не имел. Он поэтому взял две смородинные ягоды, одну белую, другую красную, смешал их в шапке и наугад одну вынул. Вынулась белая. Он ее задумчиво съел. Потом съел и красную. И остался пока что в своей роще. Пока не начнутся морозы.

Ванько́ устроил себе жилье в густых ветках огромного тополя. Побудило его к этому вот что.

Однажды он, идя по степи, наступил на что-то твердое. Это был какой-то черный предмет, облепленный землею. Ванько́ сначала принял это за револьвер, но это оказался бинокль, большой полевой бинокль, очевидно, оброненный каким-нибудь военным. Ванько́ тщательно его очистил и посмотрел кругом. Степной горизонт сразу приблизился чуть ли не к кончику носа. Тогда Ванько́ взлез на дерево и стал созерцать окрестность. Он увидал много вещей, которые были недоступны простому глазу. Увидал какого-то человека, лежавшего поперек дороги, должно быть, мертвого.

Увидал аиста, ковылявшего со сломанным крылом и, очевидно, не смогшего поэтому улететь с товарищами.

Смотреть в бинокль с дерева было так интересно, что Ванько́ решил устроить себе на тополе нечто в роде гнезда. Такой первобытный способ жизни был ему весьма по сердцу.

Из своей обсерватории он наблюдал за передвижением войск. По дороге то-и-дело таскались взад и вперед какие-то военные отряды, не то белые, не то красные, не то бандитские. Впрочем, красных можно было легко узнать по остроконечным суконным шлемам. Такие шлемы стали за последнее время попадаться все чаще и чаще.

Расставшись с товарищем Карасевым, Ванько́ пошел к своему тополю и легко взлез по хорошо изученным веткам. Там он лег в нечто в роде гамака, крепко сплетенного из веток, накрылся шинелью, которую подобрал возле убитого солдата, и, пощупав в кармане бинокль, стал размышлять о своей жизни.

Ясно было, что так продолжать жить нельзя. Надо было что-то предпринимать решительное, иначе становилось просто скучно. Воевать хорошо, когда знаешь, за что воюешь. Тогда и походная жизнь не надоедает. А когда просто так бродишь взад и вперед, то это хорошо до поры, до времени. Пожалуй, пойти в самом деле в Вырубово да порасспросить, за что большевики идут… Что и как? Но тут же в нем заговорил его дикий нелюдимый нрав. Одному куда спокойнее. А вдруг надоест с ними? А уйти уж будет неудобно, некрасиво как-то.

Вдали вдруг громко ухнула пушка.

Ванько́ привык к этому звуку. Он зевнул, плотнее завернулся в шинель и… когда открыл глаза, то солнце было уже довольно высоко.

«Вот проспал-то», — подумал Ванько́, протирая глаза, и взялся за бинокль.

Сначала он по обыкновению осмотрел черную дорогу, но на ней ничего не увидал, кроме ворон и галок. Затем он медленно стал обводить горизонт, задержался на секунду на каком-то темном предмете, похожем на разбитую походную кухню, а затем стал осматривать прогалины рощи. И тут его, очевидно, что-то очень заинтересовало, ибо он стал вглядываться все внимательнее и внимательнее… Удивление и затем тревогу изобразило его лицо.

Вдруг он слегка вскрикнул, быстро положил бинокль на дно своего гнезда, схватил нож, как обезьяна соскользнул с дерева и побежал что было духу в том направлении, куда только-что глядел.