Анна колебалась. Ведь она была их начальницей. Существовал риск слишком сильно сблизиться с подчиненными. Но Вероника права. Сейчас они должны держаться вместе. Она больше никогда не будет полагаться на слова Дианы.
– Идем же. Отдохнем, расслабимся, – уговаривала ее Вероника.
Анна кивнула.
И в ту же секунду внезапно зазвонил ее телефон. Неизвестный номер. Анна взглянула на Веронику.
– Я лучше здесь отвечу.
Вероника улыбнулась и ушла. Анна ответила. Сначала она не поняла, кто это. Незнакомая ей женщина сказала, что она звонит из Стокгольмской школы журналистики. Может быть, это из-за Эмили?
– Это вы ответственны за Suzanna? Мы раньше держали связь через Еву, но, очевидно, ее уже долгое время нет на рабочем месте.
– Да, она на больничном.
– Понятно. Я только хотела узнать, скоро ведь начнется новый семестр, собираетесь ли вы взять к себе на стажировку нового журналиста? Обычно вы берете к себе людей из нашего учебного заведения.
– Сожалею, но у нас уже есть один стажер.
– Вот как, я не знала. В таком случае могу я спросить, какое учебное заведение посещает этот человек?
Анна задумалась. Кажется, Эмили говорила, что она учится в Стокгольме?
– Простите, наверное, это глупо звучит, но я думала, что она получила журналистское образование в Стокгольме.
– В этом семестре мы еще никого не посылали к вам на стажировку.
Может, Эмили училась в Седерторне? Или Уппсале? Решив пока что не ломать над этим голову, Анна сказала, что, к сожалению, они не могут никого принять сейчас, потому что у них уже есть стажер, и что Эмили должна оставаться у них до начала весеннего семестра. Женщина поблагодарила ее за ответ и положила трубку.
А ведь Эмили, кажется, не упоминала о Школе журналистики в Стокгольме? Анна снова взяла мобильный, вошла в почту. Когда Ева ушла на больничный, то она отправила Анне всю информацию о том, как должна проходить стажировка Эмили в ее отсутствие. Немного поискав, она наконец нашла то письмо. Да, все верно, Эмили действительно должна была оставаться у них до весны. Ева даже приложила заявление Эмили на соискание должности журналиста-стажера. Анна открыла документ.
В нем Эмили писала, что она соискатель от Школы журналистики в Стокгольме.
Глава двадцать третья
Прихватив с собой Эмили, Анна отправилась в один из небольших пустующих конференц-залов. При этом она не сказала ей заранее, в чем дело. Не хотела, чтобы стажер успела сочинить оправдательную речь. Ей показалось или девушка в самом деле немного нервничала?
Как только Анна закрыла за ними дверь, Эмили спросила, о чем с ней хотят поговорить.
– Сядь, – велела Анна и указала на один из стульев за общим столом для собраний. Сама она устроилась напротив.
– Что-то случилась? Я что-то не так сделала?
– Не знаю. Может быть, сама мне расскажешь?
Эмили покачала головой.
– Что вы имеете в виду?
Анна рассказала ей о звонке из Школы журналистики, те еще не посылали к ним в этом году стажеров, и что в их списках нет никакой Эмили Ниссер.
Говоря, Анна с глаз не спускала с Эмили, ей не хотелось пропустить реакцию стажерки. Лицо девушки было серьезно и с каждой секундой все больше бледнело.
– Итак, Эмили, надеюсь, теперь ты понимаешь, почему я должна с тобой поговорить? – закончила Анна и откинулась на спинку стула.
Эмили молчала. На ее шее проступили красные пятна. Анна терпеливо выжидала. Она желала услышать действительно стоящее объяснение.
– Ладно, мне придется рассказать все как есть, – начала Эмили. – Это правда, что на данный момент я не являюсь студентом Школы журналистики. Я уже журналист с дипломом, имею степень магистра и сейчас готовлюсь защищать докторскую диссертацию в области массмедиа и коммуникаций.