Глава девятнадцатая
Температура на улице приближалась к нулю. Но, несмотря на то что было уже начало декабря, снегом даже и не пахло. Дэвид Декер и Диана Грей со стороны продолжали выглядеть идеальной парой, если не знать, что Дэвид ходит по секс-клубам. Правда, это ведь еще ни о чем не говорило. Но при мысли об этом у Анны появлялся неприятный привкус желчи во рту.
Она приближалась к зданию издательства с большим застекленным вестибюлем. Холод покусывал лицо и щеки. В голове словно что-то вспыхивало. Крошечные черные мушки кружились перед глазами. Из тех, что зачастую являются предвестниками сильной мигрени. В последнее время боль периодически то накатывалась, то отступала. Определенно реакция на стресс. Все в редакции жили под постоянным давлением. Собственно, речь шла об уравнении, которое не имело решения. Редакция в сильно уменьшенном составе должна была не только продолжать издавать журнал, как и раньше, но и заниматься всеми сопутствующими делами. Веб-сайт, соцсети, приемы, шопинги, поездки. Когда заболела их верстальщица Катрин, Веронике пришлось взять оформление журнала целиком на себя, чтобы не увеличивать расходы. Работать в таких условиях становилось все труднее. Анна несколько раз умоляла Харриет нанять временных сотрудников, но директор издательства была неумолима – не выйдет, и точка.
Хорошо еще, что до Рождества, когда все сотрудники смогут хорошенько отдохнуть, было уже рукой подать.
Войдя в редакцию, Анна увидела молодого человека, который сидел в гостевом кресле рядом с розовой пластиковой елью, увешанной серебристыми шарами. Деревце производило грустное впечатление. Рождество по-прежнему казалось все еще очень далеким.
Анне потребовалось несколько секунд на то, чтобы понять, что перед ней сидит Якке собственной персоной. Она не видела его с той самой кинопремьеры несколько месяцев назад, если не считать его фото в рубрике фельетонов. Из Интернета она узнала, он родом из Орсы и что его настоящее имя Якоб Страндберг. Особо это нигде не афишировалось, но Анна поняла, что он вырос в неблагополучной семье с матерью-одиночкой и младшим братом.
В двадцать семь лет он уже имел почти миллион подписчиков на своем YouTube-канале. Анна прочитала, что он занимает пятое место в списке самых влиятельных людей Швеции за последние тридцать лет.
Первые шаги Якке на выбранном им поприще представляли собой комичные и довольно нелепые скетчи на YouTube, которые он сам снимал и монтировал. Анна враз почувствовала себя старухой, она-то не видела ни одного. Но был там один ролик под названием «Велосипед», собравший головокружительные три миллиона шестьсот тысяч просмотров. Тут уже Анна не выдержала и все-таки посмотрела его. Это была довольно-таки странная история о том, как у маленького мальчика украли велосипед и как это привело сначала к Первой, потом ко Второй и, наконец, к Третьей мировой войне. Смешного в этом было мало. Фильм был снят любительской камерой, и Якке, по мнению Анны, сильно переигрывал. Она сумела разглядеть его шарм, но ей было сложно судить о величине его таланта. Может, это один из тех самых нелепых любительских роликов, на которые так падка публика? И сейчас, увидев в кресле Якке, она вспомнила об этом фильме.
– Анна! – Диана ухватила ее за руку и повернула к Якке. – Якке, ты ведь помнишь Анну, мою замечательную ассистентку?
Анна вздрогнула. Ассистентка? Этого еще не хватало. Она откашлялась и строго посмотрела на Диану.
– Анна Флетчер. Я – шеф-редактор журнала, – сказала она.
Анна сняла с себя пальто и, подойдя к Якке, протянула ему руку.
– Еще бы! Конечно же, я вас помню, – сказал Якке. – Как здорово снова с вами увидеться!
Он поднялся, и она снова поразилась тому, каким же маленьким он был. Впрочем, невысокий рост только подчеркивал его мальчишескую внешность. Может, именно поэтому он так популярен среди молодежи?
– Вы ведь получили мою статью?
Анна кивнула.
– Я подумал, что вашим читательницам не помешает свежий мужской взгляд на женщин, – сказал он и громко захохотал.
Вторая статья Якке представляла собой довольно бессвязный текст о разнице между мужчиной и женщиной, с большим количеством стереотипов и штампов. Анне она не понравилась. Первую статью они еще кое-как спасли, подвергнув серьезной редактуре и частичному рерайту. Но если он собирается у них работать, то пусть сначала научится адекватно воспринимать критику в свой адрес, чтобы научиться хорошо писать самому.
– Да, спасибо. Я прочту ее. Но у меня есть замечания по первой работе.
Якке удивленно уставился на нее. Анна вздохнула про себя. Очевидно, он даже не заметил, насколько сильно они изменили его прошлую статью.
– Но сначала мы должны с тобой сфотографироваться, Якке, – промурлыкала Диана. – Мои подписчики обожают снимки, где мы вместе.
Она ухватила рождественскую шапочку, лежавшую на одном из столов, и попросила Глорию найти еще одну для Якке. Потребовалось несколько кадров, прежде чем Диана осталась довольна. Розовая елочка на снимке должна была излучать гламур и рождественское настроение. Анна сделала все возможное, чтобы полностью удовлетворить требования главного редактора.
– Мы вдвоем, наверное, тоже можем сфотографироваться? – спросила Анна, когда они наконец закончили со снимками для Дианы. – Не знаю, помнишь ли ты, но моя дочь подписана на твой канал.
– Ну разумеется!
Потом Анна долго рассматривала совместный снимок с Якке. Она выглядела бледной и словно бы не в своей тарелке, зато Якке, наклонившись к ней, довольно ухмылялся, держа руку под странным углом – указательный палец смотрит ей в голову, а большой палец поднят вверх. Что ни говори, странный жест, но ведь она не будет выкладывать этот снимок в Instagram, а просто отправит его Тесс. Может, это чересчур сентиментально, но все же был крохотный шанс, что Тесс оценит ее старания. Дополнив сообщение парой сердечек, Анна нажала «отправить».
В прошлый раз Тесс ответила сразу. Но сейчас не было ничего. Ни одного сердечка.
Глава двадцатая
На следующий день Вероника пребывала в прескверном настроении. Она была возмущена работой, которую на них взвалила Диана. Речь шла об интервью с двумя женщинами, жившими в окрестностях Уппсалы. Они продавали в Интернете спортивное снаряжение и увлекались йогой.
– А нам в самом деле нужно это интервью? – осведомилась Вероника таким громким голосом, что даже сотрудники соседних редакций подняли головы.
Анна удивленно взяла текст и быстро просмотрела его. Ей была знакома эта пара, она пользовалась популярностью в Instagram. Речь шла о здоровье, а значит, для интервью найдется место в журнале. Однако ее смутило, что этот материал был принят в работу без ее ведома. Они не обсуждали его ни на одной из редакционных летучек. Должно быть, Диана снова все решила самостоятельно. Но еще неприятнее было то, что главный редактор – и Анна знала это совершенно точно – являлась хорошей приятельницей этих самых женщин. Очевидно, данное обстоятельство раздражало и Веронику.