MoreKnig.org

Картье. Неизвестная история семьи, создавшей империю роскоши: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Картье Брикелл Франческа



Шрифт:

Когда оставшиеся гости на рассвете вызвали своих шоферов, чтобы те отвезли их домой, 20-летний Жан-Жак Картье, сын Жака, уже был на ногах и кормил свою лошадь. Происходило это совсем не в гламурном месте. Приближаясь к концу военной службы, он провел последние несколько недель, надеясь и молясь, чтобы война не была объявлена и он смог бы вернуться домой. Но этому не суждено было сбыться. 1 сентября 1939 года Гитлер вторгся в Польшу, вынудив Францию и Англию объединить усилия для борьбы против Германии. Все военные отпуска были отменены. Жан-Жак не имел ни малейшего представления, когда он вернется домой. И вернется ли вообще.

Известие об объявлении войны черным туманом накрыло Европу. Во Франции всеобщая мобилизация 1 сентября собрала всех годных к службе французов в возрасте от 18 до 35 лет. Cartier был не одинок среди парижских ювелиров, переживших шквал заказов на обручальные кольца: мужчины хотели сделать предложение своим подругам, прежде чем отправиться в казармы. «Драгоценные камни и ювелиры нужны миру, который верит в любовь», – сказал однажды Луи. Несмотря ни на что, сегодня вера в любовь способствовала росту продаж. «Это может стоить больше, но люди, несмотря на новые теории, продолжают думать, что любовь дороже всего».

Те, кто остался в Париже, столкнулись с ограничениями военного времени. Для защиты населения от бомб было введено затемнение, назначен комендантский час – с девяти вечера до пяти утра. Сирены звучали повсеместно. Архитектурные памятники города были защищены мешками с песком. Опасаясь бомбежек, рабочие разобрали витражи Сен-Шапель и упаковали основные произведения искусства Лувра. Шедевры, в том числе – трехтонная крылатая статуя Ники Самофракийской и великая «Мона Лиза» Леонардо да Винчи – перевезли в замки долины Луары колоннами грузовиков с выключенными фарами.

Но после первоначального всплеска активности все затихло: ни бомбежек, ни вторжений немцев. Поэтому первые несколько месяцев войны назвали drôle de guerre – фальшивая война. «Это не похоже на настоящую войну, – писала в своем дневнике интеллектуалка Симона де Бовуар из Парижа. – Мы ждем, но чего? Ужаса первой битвы? На данный момент это похоже на фарс – люди торжественно надели противогазы, окна кафе затемнены».

Когда была объявлена война, кинотеатры, рестораны и бары закрыли свои двери для публики. Однако в течение следующих нескольких недель и месяцев парижане начали расслабляться. Столица вернулась в состояние, близкое к довоенному. «Мы забыли о предупреждениях о воздушных налетах… мы почти никогда не выходим из дома с противогазом. Это вышло из моды».

1939 год подходил к концу, а признаков войны все еще не было. Проживавший на северо-востоке Франции философ и писатель Жан-Поль Сартр суммировал чувства многих, когда писал в ноябре: «Война никогда не была более неуловимой, чем в последние дни. Я остро ощущаю ее отсутствие, потому что если войны нет, то какого черта я здесь делаю?»

Cartier Paris оставался открытым, хотя и с меньшим количеством товара и сокращенным персоналом. Из тех, кто был освобожден от службы в армии, самыми важными в Париже оставались Луи Коллен и Поль Муффа. Оба проработали в фирме не один десяток лет и хорошо знали опасности войны, доблестно сражаясь в 1914–1918 годах. Они были верными людьми, их можно было оставить за главных. «Наши драгоценные предприятия, – писал Дево в 1940 году, – хорошо оснащены в человеческом плане, чтобы пережить трудный период». Не всем ювелирам так повезло. «В Van Cleef мобилизован почти весь персонал», – отмечали те, кто остался в Cartier Paris.

Услышав о начале войны, Луи Картье принял решение обосноваться в Сан-Себастьяне, ему нравилось бывать на море: «воздух баскского побережья ему подходит». Были также амбициозные планы восстановления испанской виллы, поврежденной во время гражданской войны. Никто не понимал, почему он пошел на такие расходы в столь тяжелой ситуации, но Марион предположила, что, возможно, он плохо соображает. Луи «очень встревожен», сообщила она, и жалуется на бессонницу. По пути в Испанию Луи забрал свою дочь Анну-Марию из Швейцарии, где она находилась в санатории после нервного срыва, последовавшего за смертью Рене. Ей поставили диагноз «тяжелое и прогрессирующее психотическое расстройство, которое отрезает ее от реального мира». Анна-Мария нуждалась в постоянном наблюдении, поэтому не могла поехать с отцом в Сан-Себастьян; Луи перевез ее в клинику во Франции. Жаки и Клод присоединились к Луи в Испании после объявления войны, но после того, как 14-летний Клод начал учиться в местном лицее Биаррица, Жаки уехала в Будапешт, обещая скоро вернуться.

Луи не собирался брать бразды правления Cartier Paris в свои руки. В возрасте 65 лет, с ослабленным сердцем, он вышел на пенсию. В течение некоторого времени его доверенный секретарь, а ныне директор Луи Дево держал в руках нити правления в доме 13 по Рю де ла Пэ. Теперь, во время мобилизации, 32-летний Дево должен был сменить роль главы храма роскоши на тяжелую военную кампанию в «сильном холоде: минус 24 ночью и минус 17 днем». Он писал с фронта о том, что боялся не столько смерти, сколько того, что случится с Cartier, если его убьют. Дево заметил «некоторую неуклюжесть и необдуманность действий в финансовом управлении компанией» и чувствовал, что вся эта область нуждается в «жестком и личном контроле».

Он предложил 54-летнему директору Cartier Луи Коллену взять на себя руководство в его отсутствие. Коллен был опытен, но ему недоставало стратегического таланта, свойственного Дево. Дево попытался оставить ему точные инструкции, но признал, что «управление Cartier S.A. полно подводных камней». Нужно было думать о том, как защитить реальные активы компании. За несколько месяцев до начала войны Луи, предчувствуя худшее для Европы, заговорил об открытии филиала в Южной Америке. Летом 1939 года он хотел посетить Аргентину, чтобы изучить ее возможности. Здоровье помешало этому, но теперь Дево предложил следовать южноамериканской идее. Как только война закончится, считал он, «Европа будет больна, и центр тяжести мира имеет все шансы прочно утвердиться на новом континенте». Будет правильно, если фирма «займет свое место там».

Теперь, когда Дево был на фронте, а Луи почти не занимался делами, Пьер чувствовал огромную ответственность за французские операции, веря в то, что Коллен сможет проследить за финансами в отсутствие Дево и радуясь, что его зятя пока не призвали на фронт. Клодель работал на Рю де ла Пэ с прошлого лета, когда они с Марион вернулись в Париж после трехлетнего пребывания в Нью-Йорке. Как вице-президент Cartier Inc., Клодель добился успеха в Америке, но супруги скучали по «праздности и жизнерадостности» Франции и считали более разумным обосноваться в Париже – «великом центре» моды и ювелирных украшений.

Рождество 1939 года было одиноким для Пьера и Эльмы в Нью-Йорке. Друзья, включая мать президента Сару Рузвельт, убеждали их привезти дочь Марион и внуков в Америку, но это было не так просто. Как и ее мать во время Первой мировой войны, Марион не хотела оставлять мужа во Франции одного в военное время.

Во время каникул приходили письма от братьев и сестры Пьера. Его сестра Сюзанн писала из своего летнего дома в Сибуре, виллы «Зурецат» в баскском регионе Франции, где она решила переждать войну «из-за нейтралитета соседних областей». Пять лет назад муж Сюзанн, Жак Ворт, после двадцати семи лет брака попросил о разводе. Сюзанн, страстно противившаяся этому из-за детей и своих католических принципов, пришла в ярость. В течение многих лет она мирилась со странностями супруга, чтобы оставаться замужем. «Мое отвращение почти сильнее моей печали, – писала она тогда своим братьям, говоря о «живом кошмаре», в котором оказалась. – Я не ожидала этого от Жака после всего, что пережила из-за него». Несмотря на обещание хорошо обращаться со своей бывшей женой, Жак Ворт самоустранился. Когда его сын Морис женился, он предложил заплатить за свадебное платье будущей невестки, но, учитывая проблемы своего семейного бизнеса, «не хотел, чтобы платье было сделано в Maison Worth». Сюзанн жаловалась младшему брату, что ее муж «хотел, чтобы его имя было на свадебном приглашении сына», но потом «даже не появился».

Поведение Жака Ворта сблизило Сюзанн с тремя братьями. Луи, Пьер и Жак встали на защиту самоотверженной младшей сестры и сплотились вокруг нее, чтобы предложить эмоциональную и финансовую поддержку. Теперь Сюзанн была счастлива помочь им и их близким в тяжелые времена. Вилла «Зурецат» станет чем-то вроде центра для семьи Картье в первые военные годы.

Ее первым гостем был Луи: он остановился в доме сестры по пути в Испанию в октябре 1939 года, оставив там внучку Мари-Андре и ее гувернантку. Поскольку мать Мари-Андре, Анна-Мария, находилась в клинике, а ее отец скончался, Луи хотел убедиться, что девочка находится в безопасном месте. Через пару месяцев Луи вернулся на виллу «Зурецат» на Рождество со своим сыном Клодом. Жаки хотела, чтобы они отправились в Будапешт, но Луи решил «остаться там, где был». «В целом, – сообщала Сюзанн, – настроение было оптимистичным: “моральный дух во Франции хороший… потому что мы уверены в победе”, но было также чувство глубокой печали от разлуки с теми, кого она любила, во время таких испытаний. «Мы сожалеем о расстоянии, которое разделяет нас, хотя это всего лишь вода, и за океаном наши сердца обьединяются в поддержке Франции».

Хотя позже Жак и Нелли примут приглашение Сюзанн приехать к ней на виллу «Зурецат», на Рождество они будут в Париже. После начала войны супруги решили закрыть свой дом в Милтон-Хите и уехать во Францию. Жак считал, что во время войны человек должен быть в своей стране. Хотя и посвятил бóльшую часть жизни Англии, он был французом, и его сын сражался за Францию. В то время как Нелли приказала слугам накрывать мебель и убирать ценные вещи, Жак созвал в Лондоне совещание со своими директорами и объявил, что оставляет им на попечение магазин и офис на 175-й Нью-Бонд-стрит.

Не зная, сможет ли быть на связи в военное время, он дал им полномочия вести бизнес самостоятельно. Они должны сделать все, что в силах Cartier: драгоценности клиентов должны быть защищены, а два старших директора, Беллендже и Форман, будут заботиться о сотрудниках, как о семье. Он оставил Милтон-Хит в распоряжении персонала – на случай, если кому-то понадобится убежище.

Жак и Нелли покинули Англию в сентябре, но по дороге здоровье Жака ухудшилось, и они вместо Парижа направились во французский курортный городок Бурбуль в Оверни. К декабрю, когда Жак смог снова отправиться в путь, они переехали в столицу, надеясь увидеть Жан-Жака, который находился со своим кавалерийским полком недалеко от Версаля. Ему был обещан 24-часовой отпуск, и родители предложили встретиться в отеле Westminster.

Жак, не понаслышке знавший об опасностях фронта, часто представлял себе сына на коне, сражающегося под пулеметным огнем. До сих пор, хвала Господу, не было никаких признаков широкомасштабных военных действий. «Армия в боеготовности, – сообщали Клодели семье. – Все уверены в победе. Но будет борьба. Боевой дух превосходен». Однако «несмотря на то, что «фальшивая война» продолжалась, во Франции и на Рю де ла Пэ дела идут неплохо, – говорилось в отчете через шесть месяцев. – Большие Дома моды счастливы». И хотя ограничения военного времени были в силе, все еще можно было побаловать себя модой нового сезона на Рождество 1939 года. Дизайнеры, в частности Жанна Ланвен, делали шикарные цилиндрические сумки, в которых можно было носить противогаз. Военная резиденция в отеле Ritz прославилась хорошо одетыми парижанками в мехах и со спальными мешками Hermès.

Среди клиентов, дающих работу Cartier, был герцог Виндзорский, который «был особенно полезен компании». Летом герцог наслаждался светской жизнью на Ривьере, председательствовал на блестящих, наполненных драгоценностями мероприятиях, таких как Le Bal des Petits Lits Blancs – благотворительный бал в помощь детям, больным туберкулезом. С объявлением войны празднества прекратились, и они с женой бежали в Англию, но королевской резиденции в его распоряжении не оказалось. Изгнанная чета вернулась в город, где он мог общаться с друзьями и все еще жить смутным подобием светской жизни. «Париж веселится по-военному, – заметил Ноэль Коуард. – Никто специально не одевается, и все собираются у Максима».

Назначенный в британскую военную миссию неподалеку от Парижа, герцог Виндзорский продолжал делать покупки на Рю де ла Пэ, 13. Жак, считавший его одним из лучших клиентов до ссылки, был рад снова видеть его. Именно в эти первые месяцы войны герцог заказал большую брошь, которая должна была стать любимым украшением его жены. По своему обыкновению, герцог решил предоставить уже существующие ювелирные изделия – ожерелье и четыре браслета – из своей коллекции, чтобы сделать новую вещь. В этом не было ничего необычного; не только драгоценные камни можно было использовать заново, но и оправы шли в дело в военное время. Поскольку оптовая торговля была запрещена Банком Франции в 1940 году, если клиенты хотели сделать заказ на ювелирное украшение, они должны были сами полностью поставлять металл (в случае с платиной – 135 процентов веса).

Герцог и герцогиня Виндзорские в Мадриде, июнь 1940 года. Герцогиня надела новую брошь-фламинго Cartier

Пьер Лемаршан, вернувшийся в Париж после нескольких лет работы в лондонском магазине, по-видимому, работал над дизайном броши (Фредерик Мью, возможно, также принимал в этом участие). Брошь должна была изображать многоцветного фламинго: с бриллиантами паве для тела птицы и с маленькими изумрудами, сапфирами и рубинами для хвоста. Гениальность дизайна заключалась в том, что нога фламинго была сделана так, что когда герцогиня наклонялась, она не впивалась в нее. Впервые она наденет брошь на публику в день сорок шестого дня рождения герцога, 23 июня 1940 года, в мадридском отеле Ritz. Ее 44-й день рождения, когда она получила брошь в подарок, был всего четырьмя днями ранее.

Для Пьера Картье весна 1940 года, когда он стремился объединить семью и бизнес по ту сторону Атлантики, была временем испытаний. После серии обнадеживающих семейных вестей, новые его беспокоили. В марте он получил известие, что Жаку стало трудно дышать. Младший брат после Рождества перебрался из Парижа во французский курортный городок Баньоль, пытаясь лечить легкие, но это не помогло. «Его здоровье очень беспокоило меня в течение долгого времени, – признался Пьер Полю Муффа, соглашаясь с ним относительно внутренней силы Жака. – Он наделен замечательным физическим и моральным мужеством… Это человек с характером, который никогда не подводил».

Жак и Нелли снова переехали, на этот раз – в Монтану в Швейцарии, где, как они надеялись, большая высота над уровнем моря поможет Жаку дышать. Там их навестила младшая дочь Алиса с детьми. Алиса, вышедшая замуж за Карла Натера (сына мэра Санкт-Морица Жак нанял руководить тамошним сезонным филиалом), жила в Швейцарии с семьей мужа. «Папа производит на меня не очень хорошее впечатление, – писала она после визита к отцу весной 1940 года. – Он хорошо выглядит, когда лежит в постели, но когда пытается ходить, плохо дышит». Когда Алиса уехала, у Жака случился очередной рецидив. Местный врач посоветовал ему уехать из Монтаны на более низкую высоту, чтобы немного облегчить давление на легкие. К концу апреля он переехал в клинику «Сесиль», расположенную ниже по склону горы в Лозанне.

Пока Жак находился под пристальным вниманием обеспокоенных докторов, болезнь вновь настигла его старшего брата: в апреле 1940 года у Луи случился инсульт. Племянница навестила его в американской больнице в Париже и сообщила семье об ухудшении. Хотя дядя Луи вышел прогуляться по коридору, у нее сложилось впечатление, что «за ним нужно будет ухаживать, как за инвалидом». Его выздоровление, как говорили врачи, будет долгим; даже через несколько недель он выглядел плохо: «инсульт был тяжелым, активность будет снижена».

Из Нью-Йорка, где Пьер мучительно переживал за здоровье братьев-инвалидов, оказавшихся вдалеке во время войны, радио передало новость, которой он так боялся. 10 мая 1940 года, после восьми месяцев относительного затишья, гитлеровская армия начала наступление на Западную Европу.

Гитлер яростно начал блицкриг в Европу. Всего за три недели британские войска и французские защитники были оттеснены к Ла-Маншу и вынуждены покинуть континент у Дюнкерка. Гитлеровская армия неуклонно продвигалась на юг. Солдаты гнали перед собой отступающую французскую армию и примерно 10 миллионов беженцев, «как будто, – вспоминал позднее сотрудник Cartier Paris, – немецкая армия размахивала чудовищной метлой и сметала всех свободных людей на юг Франции, поднимая в воздух удушливую пыль паники».

Многие богатые люди, включая Элси де Вулф, хозяйку экстравагантного довоенного циркового бала, бежали в Америку, когда в мае в Нидерландах начались открытые военные действия. Герцог Виндзорский был назначен губернатором Багамских островов, и в августе 1940 года вместе с женой отбыл в Нассау на коммерческом лайнере. Cartier Paris, однако, поначалу оставался открытым. «Остаемся открытыми в Париже в соответствии с правительственными указаниями», писали в нью-йоркский и лондонский филиалы те, кого оставили отвечать за магазины. Были приняты меры предосторожности: бухгалтерские книги компании, депозиты клиентов и часть товара отправили в Биарриц, на юго-запад Франции, где прошлым летом Cartier открыл временный шоурум. Продавец Муффа, раненный во время Первой мировой войны, перевез многие драгоценности. Пьер прислал ему благодарность «за преданность, с которой вы и все наши сотрудники заботитесь об интересах Дома, от которого зависит будущее каждого». Он также отметил, что «передача в Биарриц услуг и товаров» была в таких трудных условиях «мастерским ходом».

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Опознай живого (сборник)
Опознай живого (сборник)
[Детективы]
В книгу известного писателя Сергея Александровича Абрамова (1944 г. р.) вошли три его остросюжетные повести — «Опознай живого», «Сложи так» и «В лесу прифронтовом». Первые две рассказывают о борьбе
0
Ассистентка Его Темнейшества
Ассистентка Его Темнейшества
[Любовное фэнтези / Современная проза / Приключения / Фэнтези]
В жизни каждой уважающей себя выпускницы наступает момент, когда в кошельке - паутинка, в морозильной камере - таракан, а в голове - амбиций величиной с Башню Тёмного Властелина. Вот к нему-то и
0
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
[Исторические приключения / Биографии и Мемуары / Документалистика]
«Любовь к родине, вера в Россию, в ее силу, мощь, достоинство, любовь активная, горячая, мобилизующая на поступки, является характерной чертой передовой молодежи того времени, – пишет М. В. Нечкина
0
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Анна Винтур – женщина VOGUE, которая с 1988 года не только возглавляет самый авторитетный fashion-журнал, а с недавних пор единолично утверждает содержание и руководит всем, что выпускает
1
"Фантастика 2026-226". Компиляция. Книги 1-30
[Боевая фантастика / Попаданцы]
Очередной 226-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. В основе своей, романы включённые в эти сборники, есть эксклюзив, так как
0
Красные Пинкертоны
Красные Пинкертоны
[Шпионский детектив / Приключения: прочее]
Перед вами самая популярная книга 1925 года. Первый советский детектив, загадочный во всех отношениях. Книга, посвященная захватывающим приключениям красных Пинкертонов, вышла под псевдонимом С.
0
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
[Публицистика / Государство и право / Документалистика]
Книга Элдриджа Колби, высокопоставленного военного эксперта Пентагона и экс-советника Дональда Трампа, – это не просто геополитический анализ, а отчаянный манифест человека, чья картина мира
0
Знай наших! Сила русского искусства
Знай наших! Сила русского искусства
[Биографии и Мемуары / Культурология / Документалистика / Театр]
В. И. Немирович-Данченко (1858-1943), крупнейший русский театральный режиссер, основатель Московского Художественного театра (вместе с К. С. Станиславским), в своей книге приводит такой эпизод. «На
0
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
[Публицистика / Документалистика / Государство и право]
Эта книга – расследование деятельности одной из самых влиятельных и закрытых организации современности. Автор прослеживает путь общества Мон Пелерин от скромного интеллектуального кружка до кузницы
0
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Карнбский кризис («Кубинский ракетный кризис») в октябре 1962 года – самый опасный момент в отношениях США и СССР, который мог привести к глобальной ядерной войне. Кризис был вызван размещением
0
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
[Биографии и Мемуары / Документалистика / Театр]
Нередко бывая в городах и весях нашей необъятной страны и знакомясь с театральной жизнью, актёрами, режиссерами театров иных городов, кроме Москвы и Петербурга, Александр Георгиевич Соколов – актер,
0
Измена. Второе дыхание сердца
Измена. Второе дыхание сердца
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Мам, — рыдаю, — я их видела! — Кого, дочка? — не понимает она. — Мужа и Милану! В магазине! Вместе! Мама молчит. — Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
23
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Поцелуй Снегурушки
Поцелуй Снегурушки
[Русское фэнтези]
В деревню на са́мом краю Бездны словно из ниоткуда пришла девушка. Красавица с белоснежной кожей и глазами как спелая брусника – не иначе дар богов. Тут и к бабке за советом идти не надо! Но молодой
0
Гарри Баратеон наследник Железного трона
Гарри Баратеон наследник Железного трона
[Боевик / Фанфик / Повесть]
Есть упоминание наркотиков. -- Создано с помощью нейросети. -- Гарри Баратеон родился после победы его отца в восстании. Унаследовав внешность матери, но силу рода Баратеонов. История
0
Смертельная смена
Смертельная смена
[Любовная фантастика]
Медсестра Эди Спенс отчаянно нуждается в отпуске. Ей необходим полноценный отдых вдали от безумия, которое постоянно преследует её на работе с паранормальными пациентами. Однако, как только Эди и её
0
Вечные Пески. Том 9
Вечные Пески. Том 9
[Самиздат / Героическая фантастика]
Вечные Пески бесконечно огромны и недоступны людям. Они бесконечно прекрасны и разнообразны, но многие ли могут похвастаться, что видели хотя бы малую их часть? Пока люди заперлись в своём последнем
0
Лёд и пламя. Миссия попаданки
Лёд и пламя. Миссия попаданки
[Любовная фантастика / Попаданцы]
Высокий и гордый белый дракон Торгал, известный своей холодностью и высокомерием, учится в академии магии огненных искр, среди людей. Людей которых воспринимает лишь как пыль под ногами. Однако мир
1
Главная роль актрисы-попаданки
Главная роль актрисы-попаданки
[Попаданцы / Классическое фэнтези]
Посвящается Кире Фелис Была заслуженной артисткой Советского Союза — стала попаданкой в Серебряный век. Ничего, я и здесь буду служить в театре. Но почему меня не хотят принимать в труппу?
0
Антикомендантский Час
Антикомендантский Час
[Книги про волшебников / Попаданцы / Самиздат]
В голове - хоровод пьяных медведей и голых балерин. От любого света норовит взорваться мозг, а запахи чувствуются так тонко, словно я парфюмер. И ни хрена не помню, как тут очутился. Но знаете,
0
Мамонт
Мамонт
[Магический реализм / Исторические приключения / Путешествия и география]
Кирилл Еськов одержим идеей найти останки мамонта. Некий писатель отправляется на машине времени в будущее, и увиденная картина его поражает. Физик Лебедев с риском для жизни контрабандой через
0
Волкодав
Волкодав
[Самиздат / Попаданцы / Городское фэнтези]
Я принял стакан с апельсиновым соком от того, кого считал другом, и умер. Напоследок он пообещал, что позаботится о моей жене, сволочь! К счастью, моя смерть не была окончательной, и я попал в мир,
1
Развод из-за рыжей плутовки
Развод из-за рыжей плутовки
[Современные любовные романы / Самиздат]
— Никита, прости, я выбрала не тебя, — говорю я, еле сдерживая слёзы. — Я уже давно это понял. Знаешь, когда я тебя увидел, то думал, ты особенная, а ты оказалась такой же, как и все: меркантильная
0
Проект:
Проект: "Возмездие" Книга 4
[Самиздат / Постапокалипсис]
Жестокий мир, где тела печатаются в "Принтере", и слепых и беспомощных людей обращают в рабство. Где за всем наблюдает система, а населяют его кровожадные техноварвары, и даже смерть не становится
1
Дебют Тридцатилетней войны. Битва на Белой горе 8 ноября 1620 года
Дебют Тридцатилетней войны. Битва на Белой горе 8 ноября 1620 года
[История]
Книга немецкого историка Юлиуса Кребса посвящена одному из ключевых сражений Тридцатилетней войны — битве на Белой горе 8 ноября 1620 года, исход которой во многом предопределил дальнейшее развитие
0