MoreKnig.org

Картье. Неизвестная история семьи, создавшей империю роскоши: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Картье Брикелл Франческа



Шрифт:

Дорис Дьюк была в центре внимания американцев с самого рождения: газеты окрестили ее «самой богатой маленькой девочкой в мире». Тринадцать лет спустя пророчество сбылось буквально: после безвременной кончины отца, табачного магната, она унаследовала более 100 миллионов долларов (более $1,4 миллиарда сегодня). Высокая белокурая красавица, Дьюк не испытывала недостатка в уверенности в себе и поклонниках и всегда добивалась того, чего хотела. Хотя она владела несколькими особняками, путешествовала по миру и делала покупки в лучших магазинах, Дорис стала великим филантропом и страстным садовником – она создала один из крупнейших закрытых ботанических садов в Америке. Дьюк была одной из первых женщин-серфингисток. В 1935 году, в возрасте двадцати трех лет, она вышла замуж за Джеймса Кромвеля и продолжила финансировать его политическую карьеру. И Кромвель, и Дьюк были сторонниками нового курса, – к большому неудовольствию свекрови Евы Стотсбери.

К счастью для Cartier, наряду со многими другими интересами Дорис имела страсть к драгоценностям. Ее мать, Наналин, похоже, была более прагматичной, чем заботливой, но она научила маленькую дочь ценить красивые украшения. Поэтому в Cartier Дорис была известна своей требовательностью к ювелирным изделиям: «Я провел прошлые выходные у Дорис, а затем пообедал с ней в Нью-Йорке и уговорил ее прийти в офис, – сообщал Гленцер в мае 1937 года после летних выходных, проведенных с его клиенткой в Раф-Пойнте, ее особняке в Ньюпорте. – Она принесла с собой серьги с бриллиантовыми бриолетами, сказав, что бриллианты слишком желтые». В этот раз Гленцер сумел убедить Дорис, что ее серьги на самом деле особенные. Бриллианты, объяснил он, были старинной индийской огранки, которую невозможно найти в США, и предназначались для «вечернего ношения», поскольку прекрасно смотрелись при свечах. «В конце концов, Дорис сказала ОК».

С подъемом Голливуда в 1930-е годы новые актрисы стали идеальными моделями Cartier. Марлен Дитрих на фото для Vogue в серебряных серьгах и браслете Cartier

Глория Свенсон в ее знаменитых эластичных браслетах из горного хрусталя с бриллиантами – на рекламном снимке к фильму «Бульвар Сансет» (с Уильямом Холденом)

В преддверии коронации 1937 года, на которую ее пригласили, Дорис поинтересовалась, есть ли еще драгоценности. Учитывая моду на бриллианты, она была заинтересована в ожерелье с бриллиантовой бахромой, но прежде, чем купить, хотела надеть его на бал в Вашингтоне – на пробу. Однако за неделю до бала призналась Гленцеру, что скорее всего не сможет туда пойти, так как ее рука покрыта сыпью и похожа на кусок «сырого мяса». Зная, что его роль выходит далеко за рамки простого продавца, Гленцер немедленно вызвал собственного врача, отыскал лекарство, которое убрало сыпь, «и, короче говоря, она надела ожерелье на бал». Счет на 74 000 долларов (около $1,3 миллиона сегодня) был отправлен ей на следующей неделе.

И все же, хотя было несколько чрезвычайно богатых клиентов, готовых тратиться на украшения, таких как Дорис Дьюк, Америка все еще находилась в глубинах депрессии. «Экономическая ситуация в Соединенных Штатах, кажется, улучшается, но не забывайте, что бизнес роскоши все еще переживает глубокий кризис, который длится уже почти семь лет», – писал Пьер Жан-Шарлю Ворту. На этом фоне сотрудникам Cartier пришлось работать усерднее, чем когда-либо, выслеживая богатых дам и соблазняя их расстаться со своими или мужниными деньгами.

Из Палм-Бич продавец Cartier Поль Розье получил задание выяснить любые детали, которые могли бы помочь нью-йоркскому отделению связаться с клиентами, когда они вернутся домой после праздников. Палм-Бич пострадал во время депрессии, и многие были вынуждены отказаться от дорогого отдыха. К 1936 году ситуация начала улучшаться, и нашлось несколько хороших клиентов, среди которых была самая хорошо одетая женщина в мире Мона Уильямс, позже фон Бисмарк. «Она ищет что-то ультрасовременное и экзотическое, что поразит общество, – объяснил Розье своему боссу в типичном сообщении, которыми обменивались филиалы. – У меня такое впечатление… что она сама точно не знает, чего хочет, и, кажется, это хорошая возможность сделать выгодную продажу». Любой намек на новые возможности для заказа заслуживал внимания; к примеру, муж Моны Уильямс был одним из богатейших людей Америки. Идея состояла в том, что когда Мона приедет в Нью-Йорк, у Cartier уже будет несколько необычных эскизов для показа, перед которыми дама вряд ли сможет устоять.

Продавцы Cartier всегда должны быть на посту. С парохода, плывущего в Европу, Гленцер писал, что познакомился с семьей Доррансов, владельцев Campbell Soup, вполне достойных того, чтобы заняться ими по возвращении в Америку. До него также доходили слухи, что Барбара Хаттон скоро снова выйдет замуж, и они должны быть готовы показать ей новые драгоценности. В конце концов она купила фантастические романовские изумруды в результате этой наводки в 1935 году.

Недостатком того, что продавцы Cartier продолжали отношения с клиентами вне офиса, было то, что общение становилось все более личностным. Будучи коммерческой по природе и прекрасно осознавая, какую ценность представляют такие клиенты, фирма рисковала потерей лучших продавцов, которых нередко сманивали конкуренты. Несмотря на свою долгую историю и связь с Пьером (он подписывал все письма своему боссу ton ami, Jules – ваш друг Жюль), Гленцер был непостоянен. Летом 1936 года директор шоурума Cartier в Палм-Бич написал Пьеру, чтобы сообщить ему, что существует очень специфический слух, «что группа людей из Cartier либо ушла, либо собирается уйти; возглавляют ее Гленцер и Линч». Говорили, что группа планирует начать собственное дело при поддержке Эдсела Форда, единственного сына Генри Форда и близкого друга Гленцера. «Естественно, я не придал этому значения, но считаю своим долгом обратить на это ваше внимание».

В конце концов, Гленцер, которому уже исполнилось 54 года и который время от времени болел, решил остаться с дьяволом, которого знал. Как все старшие продавцы в Cartier, он получал приличные комиссионные с каждой проведенной продажи, так что, когда рынок стал подавать признаки возрождения, он все же решил остаться. Ибо понимал: у Cartier есть долгая заслуженная репутация, которую невозможно приобрести в одночасье. «Когда человек становится богатым, – говаривал он, – рано или поздно он приходит в Cartier».

Так что вместо того, чтобы уйти, Гленцер еще больше углубился в «вынюхивание» возможностей крупных ювелирных продаж. Однажды он проехал 6000 миль, чтобы встретиться с клиенткой в Париже, но ему сказали, что она уехала во Фрайбург. Он полетел во Фрайбург, но ему сказали, что она в больнице и не может принять его. Он был вынужден вернуться в Нью-Йорк на океанском лайнере – с пустыми руками и в расстройстве. Но самым незабываемым было путешествие в 1936 году, когда Гленцер проехал всю Америку, чтобы попытаться продать кольцо с бриллиантом в 22 карата за 95 000 долларов (около $1,7 миллиона сегодня) недавно овдовевшей клиентке. Позже он написал письмо, в котором объяснил, как «препятствия… выскакивают в последний момент на пути честного ювелира, чтобы свести на нет его усилия».

Гленцер сел на ночной пароход и отправился в Фолл-Ривер, штат Массачусетс. Не зная точно, где живет клиентка, он отправился в дом ее дочери, но обнаружил, что она в гольф-клубе. Когда добрался до гольф-клуба, ему сообщили, что она уехала домой. Когда он, наконец, нашел дом матери, ему сказали, что она в Бостоне; позже он рассказывал: «Я сел в кресло с книгой на прохладном океанском ветру и проспал два часа до обеда». Наконец пожилая дама вернулась домой и, к своему удивлению, обнаружила на веранде продавца Cartier. Включив все свое обаяние, Гленцер непринужденно беседовал с ней на разные темы, полностью расположив к себе. Только после этого он вынул кольцо, предположив, как сильно оно понравилось бы ее покойному мужу.

Когда он уже собирался заключить сделку, зазвонил телефон. Вдова несколько минут слушала голос на другом конце провода, а потом вскричала: «О боже!» Встревоженный и сбитый с толку, Гленцер взял трубку. Это был смотритель кладбища. Судя по всему, медный гроб, в котором покойный муж его клиентки был похоронен в мавзолее, только что взорвался. «Знаете, Пьер, – писал Гленцер, – довольно трудно продать кольцо за 95 000 долларов без того, чтобы тело покойного мужа взрывалось на каждом шагу». Гленцер сказал ей, что слышал о многих подобных случаях: из-за жары образовался газ, который нашел выход. «Влил в нее хорошую порцию бренди и продолжил», – писал он. Это, как он надеялся, даст Пьеру представление об «испытаниях и невзгодах продавца ювелирных изделий… P. S. Я продал ей кольцо с бриллиантом!»

Вместе с бриллиантовым ожерельем для Дорис Дьюк, продажа кольца позволила доходам Cartier Inc. значительно опередить прошлогодние; комиссия Гленцера также выглядела неплохо. К сожалению, новости из Парижа были не столь оптимистичными. Как и опасался Луи, в мае 1936 года народный фронт (состоящий из левых движений, включая французскую коммунистическую партию) победил на выборах. Рабочие встретили эту новость серией забастовок, многие предприятия, включая Cartier, были обеспокоены политикой нового правительства.

Кроме всего прочего, Луи был болен. В феврале, после ужасного приступа плеврита, ему было велено лечь в постель на несколько недель. Доктор неоднократно повторял, как важно оставаться расслабленным и спокойным, чтобы не усугублять сердечные проблемы. Луи согласился делегировать большинство полномочий сотрудникам, к примеру – Дево, но через несколько месяцев на Рю де ла Пэ произойдет нечто, что не даст сохранять спокойствие.

В августе 1936 года из магазина Cartier Paris было украдено ценное бриллиантовое колье. Вызвали полицию, но ничего не нашли. Похоже, вор был внутри компании. Ожерелье показывал клиентке, мадам Корриган, в шоуруме старший продавец. Когда мадам ушла, ожерелье, все еще лежавшее в футляре, было возвращено в сейф двумя ассистентами. В следующий вторник Жюль Гленцер, приехавший на несколько недель из Нью-Йорка, завершил проверку всех предметов, находившихся в сейфе. Открыв красную коробочку, в которой должно было лежать бриллиантовое ожерелье, он обнаружил, что она пуста.

После того как ассистенты были допрошены и признаны невиновными, подозрения пали на Жюля Гленцера, которого попросили дать показания. Как только он был признан невиновным, полиция заподозрила человека, который был в комнате, когда Гленцер принес вещи из сейфа: Рене Ревийона. В течение многих лет Луи возлагал на своего зятя больше ответственности, чем того позволяли его возраст и опыт – потому, что он был членом семьи. Жак считал это ошибкой, беспокоился, что это вызывало чувство ревности и негодования среди других сотрудников. Но Луи было не переубедить. Его сын Клод был еще слишком молод, чтобы присоединиться к фирме, а он мечтал, чтобы Cartier оставался семейным бизнесом. Однако в последнее время отношения между Луи и Рене начали портиться.

Когда до Луи дошли слухи о том, что Рене встречается с другими женщинами, он был взбешен. Его дочь Анна-Мария, чувствительная и хрупкая, тежело переживала эту ситуацию. Тетя даже советовала ей, чтобы она не показывала на людях, что расстроена, но Анна-Мария была известна непосредственностью и неумением держать эмоции под контролем. «Конечно, она неуравновешенна», – признавались друг другу ее родственники, но единственный способ изменить ее, по их мнению, были «любовь и привязанность».

Дело об ограблении держалось в секрете, проинформированы были только полиция и горстка сотрудников. Оказалось, что Рене не только был рядом с Гленцером, когда тот открыл пустую коробку, но и задал неожиданный вопрос: «Что там должно быть? Жемчуг?» Как старший член команды, он должен был знать, что в шкатулке лежит бриллиантовое ожерелье. Кроме того, был момент, когда Гленцер повернулся к нему спиной, и это вызвало предположение, что Рене мог вынуть ожерелье из футляра и спрятать в карман. Но веских доказательств не было.

Три недели тщательного полицейского расследования не дали никаких улик. Луи Картье и Дево попробовали запугать Рене, чтобы тот признался. Дево сказал Рене, и только Рене, что полиция решила, если ожерелье не будет возвращено в течение двух дней, дело будет передано в суд. Каким-то чудом ожерелье оказалось под ковриком в коридоре. Теперь, убедившись, что это дело рук Рене, Дево решил еще раз испытать Рене: он сказал ему, что ожерелье было найдено и что, к счастью, полиция смогла снять с него отпечатки пальцев (это было неправдой). Реакция Рене, как позже сказал Дево Жаку, отличалась от той, которую можно ожидать от невиновного человека, обрадованного находкой: она была очень нервной.

И все же твердых доказательств не было. Рене продолжал настаивать на своей невиновности. Высшее руководство, включая Луи, было убеждено в обратном. Только Гленцер, человек из руководства, присутствовавший при ограблении, поддерживал его. Рене пригрозил обнародовать свое увольнение, и, как позже писал Пьеру Жак, у него были высокопоставленные друзья, поэтому они не хотели рисковать. И все же те немногие члены руководства, которые знали об ограблении и подозревали Рене, угрожали объявить забастовку, если он будет приходить в офис. Жак предложил Рене взять длительный отпуск и подождать, пока ситуация успокоится.

В случае Луи надежды на спокойствие не было. Разъяренный, он отправился к дочери и потребовал, чтобы она быстро и тихо развелась с Рене. «Он был таким свирепым, – вспоминала потом Анна-Мария, – что меня вряд ли это могло убедить. Его жестокость так мучительна для меня». Несмотря на гнев Луи и прошлые шалости мужа, Анна-Мария стояла за Рене, убежденная в его невиновности. В конце концов Жак выступил посредником, заявив, что они должны найти доказательства до вынесения обвинения. «Даже если бы он был способен на такой идиотский поступок, его нельзя было заставить потерять и работу, и жену из-за предположений».

Жак посетил парижский офис и выслушал все показания против Рене. Были подозрения по поводу двух предыдущих ограблений, в том числе – сапфира, украденного три года назад. Копнув глубже, Жак обнаружил, что те ограбления расследовал один из директоров фирмы, Коллен. Он попросил дать ему право поговорить с Колленом, но Луи отказался, сказав, что ситуацию нужно держать в секрете. Здесь, как ни странно, Жак действовал за спиной Луи. Убежденный, что его старший брат ведет себя неразумно, он написал Пьеру, предлагая ему поговорить с Колленом о предыдущих кражах, не упоминая нынешней. Пьер немедленно ответил: «Одобряю твою идею расспросить Коллена».

Пьер и Жак часто приходили в отчаяние из-за вспыльчивости Луи, но редко шли против его воли. Однако сейчас они сделали это – на благо семьи и фирмы. Не хотели, чтобы об этом писали в прессе («мы должны заботиться о репутации нашего Дома»), и не видели другого выхода, кроме как взять расследование в свои руки, учитывая «инфантильное поведение» старшего брата. Разговор с Колленом не дал новых доказательств, но постепенно все больше и больше людей в Cartier узнавали о скандале. Все было чрезвычайно противоречиво. Те, кто подозревал Рене, были вне себя от ярости, другие возмущались беспочвенными обвинениями. «В Доме больше нет семейной атмосферы», – жаловалась Анна-Мария.

Со своей стороны, Рене продолжал настаивать на своей невиновности, рассказывая об «ужасном кошмаре», в котором он оказался, и обвиняя в этом «ревность, зависть и злобу тех, кто находился в офисе» и хотел видеть, как исчезнет «прилежный трудолюбивый» молодой человек. Жак подумывал пригласить Рене в Лондон, но это было слишком близко к Парижу, и слухи могли последовать за ним. Полагая, что Рене либо невиновен, либо глуп, Жак предложил Пьеру взять его с собой в Нью-Йорк – по крайней мере, на испытательный срок.

Зная Рене много лет, Пьер согласился, как и Луи полагая, что его зять может остаться членом Совета директоров до следующего весеннего заседания Совета. Незадолго до Рождества 1936 года Рене отплыл из Гавра на пароходе «Нормандия», направлявшемся в Нью-Йорк. Пятнадцать лет назад он проделал то же самое путешествие со своей невестой – с оптимизмом глядя в будущее. Тогда Луи помахал ему и Анне-Марии рукой, предложив работу в Париже в любое время, когда тот захочет. Теперь единственным человеком, махавшим ему вслед, была заплаканная Анна-Мария. Он стал изгнанником с Рю де ла Пэ.

Рене обещал послать за Анной-Марией, когда подыщет себе жилье и у него будут деньги. Пьер и Эльма нашли ему гостиницу на первое время, и Анна-Мария поблагодарила их в письме: «Я была убита горем, когда он уехал, но ему нужно изменить жизнь и атмосферу». Несмотря на то что он сделал ее несчастной в Париже, она глубоко любила Рене и просила их заботиться о нем, особенно по выходным, когда у него не было чем занять себя. «Смотрите, чтобы [он] не был одинок ночью… Скажите ему, чтобы не смотрел слишком много на мои фотографии, потому что его письма печальны».

Анна-Мария хотела навестить его и с нетерпением ждала вести, что он готов принять ее. Он часто писал, присылал маленькие подарки, но письма были горькими. Анна-Мария, огорченная вынужденной разлукой и одиночеством мужа в городе, в отчаянии обратилась к дяде. «Я знаю, что ты имеешь огромное влияние на моего отца, – писала она в январе 1937 года, – и можешь успокоить его. Жаки делает все, что может, но иногда он просто ужасен». Ситуация в Cartier Paris улучшается, продолжала она, но чтобы пойти против босса, нужен смелый человек: «Все зависит от личного решения Луи».

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Опознай живого (сборник)
Опознай живого (сборник)
[Детективы]
В книгу известного писателя Сергея Александровича Абрамова (1944 г. р.) вошли три его остросюжетные повести — «Опознай живого», «Сложи так» и «В лесу прифронтовом». Первые две рассказывают о борьбе
0
Ассистентка Его Темнейшества
Ассистентка Его Темнейшества
[Любовное фэнтези / Современная проза / Приключения / Фэнтези]
В жизни каждой уважающей себя выпускницы наступает момент, когда в кошельке - паутинка, в морозильной камере - таракан, а в голове - амбиций величиной с Башню Тёмного Властелина. Вот к нему-то и
0
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
[Исторические приключения / Биографии и Мемуары / Документалистика]
«Любовь к родине, вера в Россию, в ее силу, мощь, достоинство, любовь активная, горячая, мобилизующая на поступки, является характерной чертой передовой молодежи того времени, – пишет М. В. Нечкина
0
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Анна Винтур – женщина VOGUE, которая с 1988 года не только возглавляет самый авторитетный fashion-журнал, а с недавних пор единолично утверждает содержание и руководит всем, что выпускает
1
"Фантастика 2026-226". Компиляция. Книги 1-30
[Боевая фантастика / Попаданцы]
Очередной 226-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. В основе своей, романы включённые в эти сборники, есть эксклюзив, так как
0
Красные Пинкертоны
Красные Пинкертоны
[Шпионский детектив / Приключения: прочее]
Перед вами самая популярная книга 1925 года. Первый советский детектив, загадочный во всех отношениях. Книга, посвященная захватывающим приключениям красных Пинкертонов, вышла под псевдонимом С.
0
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
[Публицистика / Государство и право / Документалистика]
Книга Элдриджа Колби, высокопоставленного военного эксперта Пентагона и экс-советника Дональда Трампа, – это не просто геополитический анализ, а отчаянный манифест человека, чья картина мира
0
Знай наших! Сила русского искусства
Знай наших! Сила русского искусства
[Биографии и Мемуары / Культурология / Документалистика / Театр]
В. И. Немирович-Данченко (1858-1943), крупнейший русский театральный режиссер, основатель Московского Художественного театра (вместе с К. С. Станиславским), в своей книге приводит такой эпизод. «На
0
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
[Публицистика / Документалистика / Государство и право]
Эта книга – расследование деятельности одной из самых влиятельных и закрытых организации современности. Автор прослеживает путь общества Мон Пелерин от скромного интеллектуального кружка до кузницы
0
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Карнбский кризис («Кубинский ракетный кризис») в октябре 1962 года – самый опасный момент в отношениях США и СССР, который мог привести к глобальной ядерной войне. Кризис был вызван размещением
0
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
[Биографии и Мемуары / Документалистика / Театр]
Нередко бывая в городах и весях нашей необъятной страны и знакомясь с театральной жизнью, актёрами, режиссерами театров иных городов, кроме Москвы и Петербурга, Александр Георгиевич Соколов – актер,
0
Измена. Второе дыхание сердца
Измена. Второе дыхание сердца
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Мам, — рыдаю, — я их видела! — Кого, дочка? — не понимает она. — Мужа и Милану! В магазине! Вместе! Мама молчит. — Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
23
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Поцелуй Снегурушки
Поцелуй Снегурушки
[Русское фэнтези]
В деревню на са́мом краю Бездны словно из ниоткуда пришла девушка. Красавица с белоснежной кожей и глазами как спелая брусника – не иначе дар богов. Тут и к бабке за советом идти не надо! Но молодой
0
Гарри Баратеон наследник Железного трона
Гарри Баратеон наследник Железного трона
[Боевик / Фанфик / Повесть]
Есть упоминание наркотиков. -- Создано с помощью нейросети. -- Гарри Баратеон родился после победы его отца в восстании. Унаследовав внешность матери, но силу рода Баратеонов. История
0
Смертельная смена
Смертельная смена
[Любовная фантастика]
Медсестра Эди Спенс отчаянно нуждается в отпуске. Ей необходим полноценный отдых вдали от безумия, которое постоянно преследует её на работе с паранормальными пациентами. Однако, как только Эди и её
0
Вечные Пески. Том 9
Вечные Пески. Том 9
[Самиздат / Героическая фантастика]
Вечные Пески бесконечно огромны и недоступны людям. Они бесконечно прекрасны и разнообразны, но многие ли могут похвастаться, что видели хотя бы малую их часть? Пока люди заперлись в своём последнем
0
Лёд и пламя. Миссия попаданки
Лёд и пламя. Миссия попаданки
[Любовная фантастика / Попаданцы]
Высокий и гордый белый дракон Торгал, известный своей холодностью и высокомерием, учится в академии магии огненных искр, среди людей. Людей которых воспринимает лишь как пыль под ногами. Однако мир
1
Главная роль актрисы-попаданки
Главная роль актрисы-попаданки
[Попаданцы / Классическое фэнтези]
Посвящается Кире Фелис Была заслуженной артисткой Советского Союза — стала попаданкой в Серебряный век. Ничего, я и здесь буду служить в театре. Но почему меня не хотят принимать в труппу?
0
Антикомендантский Час
Антикомендантский Час
[Книги про волшебников / Попаданцы / Самиздат]
В голове - хоровод пьяных медведей и голых балерин. От любого света норовит взорваться мозг, а запахи чувствуются так тонко, словно я парфюмер. И ни хрена не помню, как тут очутился. Но знаете,
0
Мамонт
Мамонт
[Магический реализм / Исторические приключения / Путешествия и география]
Кирилл Еськов одержим идеей найти останки мамонта. Некий писатель отправляется на машине времени в будущее, и увиденная картина его поражает. Физик Лебедев с риском для жизни контрабандой через
0
Волкодав
Волкодав
[Самиздат / Попаданцы / Городское фэнтези]
Я принял стакан с апельсиновым соком от того, кого считал другом, и умер. Напоследок он пообещал, что позаботится о моей жене, сволочь! К счастью, моя смерть не была окончательной, и я попал в мир,
1
Развод из-за рыжей плутовки
Развод из-за рыжей плутовки
[Современные любовные романы / Самиздат]
— Никита, прости, я выбрала не тебя, — говорю я, еле сдерживая слёзы. — Я уже давно это понял. Знаешь, когда я тебя увидел, то думал, ты особенная, а ты оказалась такой же, как и все: меркантильная
0
Проект:
Проект: "Возмездие" Книга 4
[Самиздат / Постапокалипсис]
Жестокий мир, где тела печатаются в "Принтере", и слепых и беспомощных людей обращают в рабство. Где за всем наблюдает система, а населяют его кровожадные техноварвары, и даже смерть не становится
1
Дебют Тридцатилетней войны. Битва на Белой горе 8 ноября 1620 года
Дебют Тридцатилетней войны. Битва на Белой горе 8 ноября 1620 года
[История]
Книга немецкого историка Юлиуса Кребса посвящена одному из ключевых сражений Тридцатилетней войны — битве на Белой горе 8 ноября 1620 года, исход которой во многом предопределил дальнейшее развитие
0