Гостей оказывается даже слишком много, что вызывает немалое раздражение у Северуса, потому что он не любит большое скопление людей. Гермиона замечает это сразу и отводит его в сторону.
— Немножко потерпи, родной, прошу тебя, — суетливо поправляет она ему ворот рубашки, — я знаю, что ты такое количество людей в одном месте на дух не переносишь, но это всего пару часов, — смотрит она ему в глаза. — Потом две недели никуда не выходим, обещаю, я сама выгорю за этот день, нутром чую, — качнув головой, уверенно произносит она.
Северус хмыкает, глянув на мгновение в сторону, после чего снова смотрит на девушку. Гермиона ловит его взгляд, лукаво улыбается и склоняет голову вправо.
— Ладно? — мягко произносит она.
Северус сдается моментально. Безоговорочное оружие его жены.
— Ладно, — выдыхает он, за что в следующее мгновение получает мягкий поцелуй.
Приятный гул заполняет задний двор Поттеров почти сразу, как гости перемещаются туда из гостиной. Здесь Билл и Флер, Джордж с Анджелиной, Перси с Одри и пара близких товарищей Гарри с работы со своими супругами. Гермиона осматривает собравшихся и внезапно думает о том, что все они… Родители?
Да, именно так. Причем поголовно. Гермиона не может отрицать, что они с Северусом тоже родители, но, как бы девушка не настаивала против этой мысли первые два года брака, сейчас она впервые задумывается о том, что…
— Ну что, ребята, давайте кучнее, — подает голос Джинни, стоя со стаканом сока недалеко от гриля, на котором Гарри собственноручно жарит стейки.
Поттер просит домовика присмотреть за мясом, на что Кикимер сварливо соглашается, ковыляя к грилю, после чего подлетает к жене, обнимая ее за талию. Гости стекаются к хозяевам дома.
— Мы позвали вас, чтобы сообщить новость, — смотрит Джинни на супруга с бешеной нежностью.
Гермиона переглядывается с Северусом, и у нее на губах заочно появляется улыбка. Она сразу понимает, о чем будет идти речь, как и большинство собравшихся, которые знают ребят не первый год. Задний двор взрывается аплодисментами через пару мгновений.
Джинни носит под сердцем долгожданную девочку.
Гости оттаивают от первоначального ступора радости и начинают поздравлять виновников торжества. Гермиона сначала хочет пробраться в числе первых, но ее непроизвольно обгоняет радостная Флер, которая тут же начинает тараторить на чистом французском, как сильно она за нее рада.
Джинни кивает, но не делает вид, что все понимает, потому что мгновение спустя в упор говорит девушке, чтобы та изъяснялась на понятном простым смертным языке. У Флер слегка розовеют щеки от замечания, но она все равно улыбается.
К сложному и прямолинейному характеру Джинни ей не удается привыкнуть даже спустя столько лет.
Гермиона мягко сжимает пальцы Северуса на мгновение, как бы намекая, мол, скажи Гарри пару слов, ради меня, ну, пожалуйста, на что мужчина тяжело вздыхает, но выполняет просьбу супруги, не сказанную вслух.
Девушка с улыбкой наблюдает за тем, как лучшая подруга наконец разгоняет других гостей и идет к ней.
— Поздравляю, — искренне улыбается Гермиона, заключая лучшую подругу в крепкие объятия.
— Спасибо, конечно, подруга, — выпустив девушку, отзывается Джинни, — но ты когда ко мне на этот аттракцион присоединишься, скажи, пожалуйста? Я на него третий раз иду и меня уже заочно тошнит.
Гермиона смеется, поглаживая подругу по предплечью. Они уже разговаривали с Джинни на эту тему, и Гермиона четко дала ей понять, что пока в ее планах исключительно работа в Министерстве и работа над браком.
Ее пугал этот знаменитый кризис трех лет, но они с Северусом его минуют, и теперь девушка впервые осознанно задается этим вопросом. А правда, почему нет?
— Я уже думаю над этим, — смущается Гермиона, опустив на мгновение взгляд.
— Ох, думай активнее, — забавно округляет глаза Джинни. — Вдруг на втором триместре мне на хвост сядешь, буду признательна. Одна устала быть с изжогой, запором и на вечных диетах, — откровенничает девушка. — По квиддичу заранее скучаю, — горько вздыхает она.
Гермиона смеется и заводит за ухо волосы.
— Без прикрас, Джинни, в твоем духе, — замечает не без улыбки Гермиона.
— Это еще цветочки, дорогая, — признается девушка.
— А как же «дети — это счастье». «Счастливая мама счастливого малыша»?
Джинни фыркает.
— Не романтизируй беременность, это только в рекламе памперсов и сухих смесей все здорово под красивую музыку и с правильным светом, на деле нужно быть готовым к любым неожиданностям, — смотрит Джинни на подругу.