— Но мисс, — внезапно напрягается он, — время для посетителей начинается только через два часа и…
Почему он так на меня уставился?..
— Не имеет значения, — холодно чеканит Гермиона, держа осанку. — Целитель Сепсис осведомлен о моем визите.
В порыве холодности и ради получения выгоды для себя Гермиона умеет превосходно лгать. Издержки профессии.
Волшебник сначала собирается что-то буркнуть, но отказывается от этой затеи. Имя вышестоящего и глубоко уважаемого с его стороны человека имеет над ним силу. Что-то шепнув себе под нос, охранник ковыляет к будке и вводит данные.
Гермиона терпеливо ожидает, пока он приручит технику, и после длительного ожидания наконец получает свою карточку обратно.
— Вас нужно проводить, мисс?..
— Не стоит, — обрывает Гермиона, почти сразу срываясь с места. — Я знаю дорогу, благодарю.
Она жалеет, что на территории Мунго нельзя трансгрессировать, в противном случае она бы воспользовалась этим способом перемещения еще не один раз. Гермиона чувствует бешеный прилив энергии, потому что она решилась.
Она трансгрессировала спустя столько месяцев, и смелости ей в который раз придает он.
Северус.
Он здесь, но теперь это умозаключение не наводит тоску.
Северус здесь, и я здесь. У него ремиссия, я совсем скоро смогу увидеть его, поговорить с ним, обнять его, крепко прижать к себе. И разрыдаться у него на плече, если придется. Только бы с ним, Мерлин, только бы с ним.
Эти мысли почти по воздуху несут Гермиону к необходимому корпусу. Улыбка начинает играть на ее губах, частота сердечного ритма увеличивается. Она чувствует желание жить.
Она хочет жить так сильно, что этому просто не подобрать слов.
Открыв дверь, Гермиона несется по знакомому коридору, но впервые за долгие годы пребывание в больнице не вызывает у нее неприятных ощущений. Она испытывает благодарность этому месту и людям, которые в нем работают.
Ведь они возвращают ей Северуса.
Марианна не успевает донести чашку с кофе к губам, когда мимо нее проносится знакомый силуэт.
— Миссис Снейп! — с грохотом ставит медсестра чашку, выбегая из-за стойки. — Миссис Снейп, постойте!
Гермиона останавливается без задней мысли, ведь она совершенно забывает о банальных правилах хорошего тона и не здоровается с персоналом. Бессменная медсестра и почти правая рука доктора Сепсиса семенит к ней поступью мышки.
— Здравствуй, Марианна!
У Гермионы настолько хорошее настроение, что она даже улыбается. От этого медсестра непроизвольно дергается. Улыбка девушки оказывается настолько неожиданной, что немного пугает Марианну. Она ее просто ни разу на ее лице не видит.
— Здравствуйте… миссис Снейп, — старается вернуться в норму медсестра и скрещивает перед собой в замок вытянутые руки. — Чем я могу помочь вам?
Марианна чуть склоняется вперед, и от нее веет доброжелательностью, которой раньше Гермиона никогда не замечает. Или не хочет замечать. Гермиона снова не скупится на искреннюю улыбку.
— Я к своему мужу, — указывает она себе за спину в сторону палаты. — Получила письмо, я так счастлива, — шепчет она, начиная идти назад.
От лица Марианны отливает кровь.
— Миссис Снейп, постойте, — умоляюще просит медсестра. — Целитель Сепсис просил меня непременно его позвать, как вы прибудете. У него, — на ходу сочиняет она, — новости для вас. Он хочет сообщить их до того, как вы пойдете в палату к своему мужу.
Марианна сочиняет так складно и без запинки, что и сама начинает во все это верить. Окрыленная счастьем Гермиона подвоха не чувствует, только кивает и заводит за уши выбившиеся из пучка пряди.
— Ладно, — выдыхает она, кивнув, — зовите его, я подожду.
Марианна теряет драгоценное время, пока смотрит на миссис Снейп, но… От счастья она словно молодеет. Ее глаза пытаются сиять, привычная бледность сменяется легким румянцем на щеках. Она будто по щелчку пальцев становится моложе на десяток лет. Ох, Мерлин…