Диалектика капитала. К марксовой критике политической экономии. Процесс производства капитала. Том 1. Книга 1: читать начало книги онлайн

Как уже отмечалось, с точки зрения трудовой теории стоимости субстанцией ценности является общественно полезный труд. Но ввиду того, что этот труд качественно разнороден и количественно несоизмерим, он не может служить основой определения ценности (общественной полезности) благ в условиях товарного производства. В силу этого ценность (общественная полезность) благ, вступающих в обмен, устанавливается не непосредственно, а опосредованно, т. е. посредством рынка, где одно благо обменивается на другое, вследствие чего каждое из них становится товаром. Последний, как известно, обладает двумя факторами: потребительной стоимостью и стоимостью. Первый фактор неразрывно связан с ценностью, а стало быть, с ее субстанцией, т. е. общественно полезным трудом. Что же касается второго фактора – стоимости, то ее субстанцией является общественно необходимый абстрактный труд, благодаря которому все обмениваемые товары становятся качественно однородными и количественно соизмеримыми.

§ 9 Критика «критиков» трудовой теории стоимости

Как мы видели, с критикой основных положений трудовой теории стоимости впервые выступили представители неклассического направления буржуазной политэкономии – Ж.Б. Сэй, Т. Мальтус, Дж. Милль, Р. Торренс, С. Бейли, Д. Мак-Куллох, Ф. Бастиа, Г. Кэри и др. Несостоятельность выдвинутых ими доводов была показана основоположниками марксизма, в работах которых эта теория получила более глубокое и всестороннее обоснование.

Именно это обстоятельство побудило противников марксистской интерпретации трудовой теории стоимости – неонеклассиков, являвшихся убежденными сторонниками маржинализма, изыскивать новые доводы для ее критики. Последняя активизировалась в конце XIX в., когда вышел в свет третий том «Капитала» К. Маркса.

Пожалуй, главным «критиком» учения К. Маркса в этот период являлся упомянутый выше австрийский экономист О. Бем-Баверк. В 1890 г. была опубликована его книга «К завершению марксистской системы». В данной книге он обобщил и в известной мере развил все возражения оппонентов трудовой теории стоимости, сформулировав свои аргументы, направленные на дискредитацию и опровержение этой теории. Суть их такова.

Первый аргумент. По мнению О. Бем-Баверка, основное теоретическое положение марксистского учения, согласно которому всякая стоимость товара базируется единственно и исключительно на количестве овеществленного в нем труда, не является само собой разумеющейся аксиомой. Напротив, это положение якобы нуждается в «доказательстве», которое не подлежит никакому сомнению.[471]

Используя софистический прием, О. Бем-Баверк дал весьма извращенное толкование основного содержания указанного положения. В этой связи он утверждал, что стоимость как таковая не имеет ничего общего с трудом. Подменяя вполне определенное понятие «труд» более расплывчатым понятием «усилие» (или «мучение») и отрицая наличие тесной связи между этими понятиями, О. Бем-Баверк выдвинул тезис, который гласит: не затраты «усилий» («мучений») определяют стоимость товара, а наоборот, стоимость товара определяет, сколько «усилий» («мучений») затрачивается на изготовление товара.[472]

Сформулировав, таким образом, этот нелепый тезис, в рамках которого стоимость товара трактуется как причина, а «усилия» («мучения»), затраченные на его изготовление, – как следствие, О. Бем-Баверк предпринял попытку «доказать», что избранный К. Марксом способ обоснования своей теоретической системы «с самого начала является неестественным и не соответствующим свойствам проблемы», что это обоснование, представленное в данной системе, «явно не то, с помощью которого сам Маркс пришел к своим выводам, но что оно было придумано после в качестве искусно пригнанной опоры для предвзятого мнения, почерпнутого из совсем других впечатлений, и что, наконец, – и это является решающим, – ход доказательств состоит из большого числа самых явных логических и методологических ошибок, которые лишают его всякой силы доказательства».[473]

Огульно обвиняя, таким образом, марксов способ построения теоретической системы в его неестественности, несоответствии «свойствам проблемы», искусственной предвзятости, вытекающей «из совсем других впечатлений», О. Бем-Баверк заявлял, что присущие этому способу «логические и методологические ошибки», лишенные «всякой силы доказательства», обусловлены следующими обстоятельствами.

Во-первых, вопреки «здравому смыслу», К. Маркс сосредоточил все свое внимание на анализе не потребительной стоимости товаров, а их меновой стоимости, находя тем самым основание и меру в количествах труда, овеществленных в этих товарах.[474] Возражая против подобного подхода, О. Бем-Баверк считал, что меновые стоимости, соответствующие цене товаров, как и количества труда, необходимые для их воспроизводства, представляют собой выступающие наружу такие величины, которые в общем и целом можно определить опытным путем. Поэтому К. Марксу нужно было бы для доказательства выдвинутого им положения, правильность или неправильность которого должна обнаружиться из фактов опыта, прежде всего апеллировать к этому опыту, т. е. предпринять чисто эмпирическое доказательство данного положения. Но, вот досада, К. Маркс этого не сделал.

По О. Бем-Баверку, для обоснования подобного рода положений существует «еще второй такой же вполне естественный вид доказательства, а именно – психологический. А именно можно было путем соединения индукции и дедукции, весьма употребительного приема в нашей науке, исследовать те мотивы, которые управляют людьми, с одной стороны, при заключении меновых сделок и при установлении меновых цен, а с другой стороны – те мотивы, которые руководят ими при их совместной деятельности в производстве, и из характера этих мотивов можно было бы вывести заключение о типичном способе действия людей, причем, может быть, стала бы ясной взаимная связь между ценами, которые постоянно запрашиваются и даются, с количеством труда, необходимым для производства товаров. Этот метод как раз в подобных вопросах применяется часто и с наилучшим результатом, на нем основаны, например, обычное обоснование закона спроса и предложения, закона издержек производства, учение о земельной ренте…».[475]

Итак, по мнению О. Бем-Баверка, главная «ошибка» К. Маркса заключается в том, что он игнорировал логику «здравого смысла». Вместо того, чтобы описывать конкретные величины меновых стоимостей, соответствующих цене товаров, и количеств труда, необходимых для их воспроизводства, с точки зрения непосредственного восприятия этих величин в том виде, как они выступают на поверхности явлений, т. е. ограничиться эмпирическим доказательством, исходя из фактов опыта, К. Маркс стремился выявить действительную основу меновых отношений, опираясь на теоретический анализ, совершив тем самым «методологическое грехопадение», вступающее в противоречие с исходным пунктом всякого научного исследования.

Правда, К. Маркс мог бы избежать такого «грехопадения», если бы он взял на вооружение «психологический» метод маржинализма, согласно которому посредством «соединения индукции и дедукции» наиболее адекватным образом описываются все психологические мотивы поведения отдельного хозяйствующего субъекта, что позволяет определить не только механизм установления меновых цен товаров, но и необходимые количества труда, овеществленные в этих товарах. Именно этот метод служит отправным пунктом обоснования закона спроса и предложения, закона издержек производства, учения о земельной ренте, свидетельствующий о его неограниченных «возможностях». Вот к чему, в конечном счете, сводятся рассуждения О. Бем-Баверка о главной «ошибке» теоретической системы К. Маркса, абсурдность и нелепость которых совершенно очевидна даже неискушенному в области методологии маржинализма.

Во-вторых, «делая, однако, хорошую мину при плохой игре», О. Бем-Баверк, будучи убежденным сторонником этой методологии, упрекал К. Маркса в том, что он использовал не эмпирическое или психологическое обоснование своего теоретического положения, а логическое доказательство, опирающееся на диалектический метод исследования сущности обмена.[476]

«Странность» такого доказательства О. Бем-Баверк видел в том, что К. Маркс стремился решить проблему равенства обмениваемых товаров, поставленную еще Аристотелем. По мнению О. Бем-Баверка, сама постановка данной проблемы является не только нереальной, но и неверной. Ибо «где господствует равенство и полное равновесие, там не может произойти никакой перемены в существующем до сих пор состоянии покоя. Если поэтому в случае обмена дело кончается тем, что товары меняют своих владельцев, то это скорее знак того, что имеет место какое-то неравенство или перевес, под влиянием которого и была вызвана перемена…».[477]

Иными словами, согласно О. Бем-Баверку, если признать, что в процессе обмена товаров устанавливается равенство, полное равновесие, то здесь имеет место состояние покоя. В действительности же в качестве предпосылки обмена выступает неравенство, неравновесие, что обусловливает движение товаров. Но такое утверждение свидетельствует о том, что О. Бем-Баверк не различал потребительную стоимость и меновую стоимость товара. Как известно, собственный товар не имеет для его владельца потребительной стоимости. Но этот товар имеет потребительную стоимость для других. Для владельца же потребительная стоимость его собственного товара заключается лишь в том, что он служит средством приобретения чужого товара, обладающего потребительной стоимостью для данного владельца. Поэтому необходимость обмена имманентна внутренней природе всякого товара. Меновая стоимость этого товара есть пропорция, в которой одна потребительная стоимость обменивается на другую. Именно эта пропорция выражает равенство обмениваемых товаров, их эквивалентность как меновых стоимостей, равновесие обмена различных потребительных стоимостей.

В-третьих, О. Бем-Баверк считал, что для понимания сущности обмена нужно исследовать общее свойство, характерное для всех товаров, т. е. и продуктов труда, и природных благ. Обвиняя диалектический метод К. Маркса в «односторонности», О. Бем-Баверк писал: «В самом деле: если обмен действительно означает уравнение, которое предполагает наличие чего-то “общего равной величины”, то это общее нужно искать, и оно должно быть найдено для всех видов благ, вступающих в обмен, не только у продуктов труда, но и у даров природы, каковы земля, лес на корню, сила воды, залежи угля, каменоломни, нефтяные поля, минеральные воды, золотые россыпи и т. п. При поисках общего, лежащего в основе меновой стоимости, исключать блага, обладающие меновой стоимостью и не являющиеся продуктами труда при данных условиях, это означает совершить смертный методологический грех».[478]

Обнаружив очередной «смертный методологический грех» у К. Маркса, О. Бем-Баверк отмечал, что «научно-психологический» анализ позволяет установить общее свойство, присущее меновой стоимости различных благ. Оно заключается в том, что эти блага могут быть «редкими по отношению к потребности» «предметами спроса и предложения», «объектами собственности», «продуктами природы».[479]

Разумеется, в качестве товаров могут выступать не только продукты труда, но и природные блага. Будучи зачастую редкими, такие блага, при наличии определенных условий, являются объектами чьей-либо собственности. Поступая на рынок, они становятся товарами, которые продаются и покупаются по ценам, колеблющимся в зависимости от спроса и предложения. Но эти товары не имеют стоимости. Поскольку стоимость есть не природное, а общественное свойство обмениваемых товаров, то формой ее проявления служит меновая стоимость. Коренной порок методологического подхода О. Бем-Баверка заключается в том, что он отождествлял, с одной стороны, материально-вещественное содержание всякого продукта с общественной формой продукта труда; с другой стороны, стоимость товара с его меновой стоимостью, а последнюю – с ценой.

Не понимая сущности стоимости, О. Бем-Баверк трактовал ее исключительно как субъективно-психологический феномен, характер которого не зависит от «трудовых усилий» хозяйствующего индивида. В соответствии с такой трактовкой О. Бем-Баверк акцентировал внимание не на процессе производства продуктов, а на процессе обмена «редкими благами». «Однако принятие обмена “редкими благами” вообще как исходного пункта анализа стоимости означало бы абстрагирование как от конкретно-исторической формы материального производства, так и вообще от материального производства. В этом случае рамки абстрагирования раздвигаются настолько, что исчезает отличие общественной жизни от жизни животных. Стоимость же есть категория общественная, а главный отличительный признак и материальная основа жизни общества – ведение производства (а не примитивное собирательство). Поэтому производство так или иначе должно изначально присутствовать в исходном пункте анализа стоимости, т. е. товар должен рассматриваться прежде всего именно как продукт процесса труда, а не дар природы, что и делается в трудовой теории стоимости. В противном случае становится невозможно выявить объективную сущность реальных общественно-экономических процессов».[480]

В-четвертых, по О. Бем-Баверку, принцип стоимости может заключаться в любом из вышеуказанных «общих» свойств благ, а не только в том, что эти свойства – продукты труда.[481] Критикуя К. Маркса, О. Бем-Баверк утверждал, что при анализе менового отношения нельзя отвлекаться от потребительной стоимости, что сравнение обмениваемых товаров может осуществляться как на основе затрат труда, овеществленных в этих товарах, так и на основе их потребительных стоимостей.

Ибо «труд и потребительная стоимость имеют количественную и качественную сторону. Подобно тому, как потребительная стоимость, в виде стола, дома или пряжи, представляет собой качественные различия, точно так же качественно различен и труд, к примеру, труд столяра, плотника или прядильщика. И подобно тому, как можно количественно сравнивать различного рода работы, подобно этому потребительные стоимости различного рода могут быть сравниваемы по величине потребительной стоимости».[482]

Совершив это «великое открытие», О. Бем-Баверк вместе с тем не пояснил, каким образом может осуществляться количественное сравнение качественно различных видов труда (работ, по терминологии автора) с точки зрения их «общего» свойства и качественно различных видов потребительных стоимостей по величине каждой «потребительной стоимости». Полагая, что такая «мелочь» не заслуживает особого внимания, он далее вещал: «Абсолютно непонятно, почему одни и те же обстоятельства одного соревнователя должны привести к исключению, а другого – к увенчанию наградой. Если бы Маркс случайно перепутал порядок исследования, то он смог бы путем того же самого умозаключения, при помощи которого он исключал потребительную стоимость, исключить труд, а затем снова посредством того же самого умозаключения, которым он увенчал труд, объявить потребительную стоимость единственно оставшимся и, следовательно, искомым общим свойством, а стоимость представить как “застывшую потребительную стоимость”».[483]

Нетрудно видеть, что это «абсолютное непонимание» обусловлено прежде всего тем, что О. Бем-Баверк, во-первых, ставил в один ряд качественно различные явления товарного производства – труд как таковой и потребительную стоимость; во-вторых, отождествлял конкретный труд с абстрактным и, как следствие, потребительную стоимость – со стоимостью.

Не замечая всей нелепости такого методологического подхода, О. Бем-Баверк «умозаключал»: труд и потребительная стоимость в равной мере могут служить основой сравнения обмениваемых товаров.

Как известно, ключ к адекватному пониманию сути этого вопроса дает учение К. Маркса о двойственном характере труда товаропроизводителей. Он выступает, с одной стороны, как конкретный труд, который создает потребительную стоимость товаров; с другой стороны, как абстрактный труд, который образует стоимость этих товаров.

По К. Марксу, как потребительные стоимости товары качественно разнородны и количественно несоизмеримы. Напротив, как стоимости все товары качественно однородны и количественно соизмеримы. Поскольку стоимость – это не природное, а общественное свойство данного товара, то ее величина определяется не индивидуальными, а общественно необходимыми затратами абстрактного труда, или общественно необходимым рабочим временем. В силу этого стоимость есть не природная, а общественная субстанция обмениваемых товаров. Следовательно, К. Маркс не мог «случайно перепутать порядок исследования» и «объявить» в качестве такой субстанции потребительную стоимость.

В противоположность этому О. Бем-Баверк утверждал, причем «с полной серьезностью, а не в шутку», что субстанция обмениваемых товаров двойственна, в качестве которой могут выступать и конкретный труд, и потребительная стоимость. Не аргументируя свою позицию, он выдвинул абсурдный тезис, согласно которому, если по «логическим соображениям» исключить конкретный труд, то можно «объявить потребительную стоимость единственно оставшимся и, следовательно, искомым общим свойством любого товара», а его стоимость представить как «застывшую потребительную стоимость». Воистину, не только обыденная, но и теоретическая глупость не знает границ!

Второй аргумент. По мнению О. Бем-Баверка, еще один «смертный методологический грех» К. Маркса заключается в том, что он строил свою теоретическую систему посредством диалектики (логико-диалектической «спекуляции», по автору), которая якобы вступает в противоречие с реальным опытом. В этой связи О. Бем-Баверк указывал, что наиболее явственно это «противоречие» выступает в одном пункте, касающемся трактовки общественно необходимого рабочего времени, служащего основой сведения сложного труда к простому.

Ведь «даже поверхностному наблюдателю ясно, что это положение противоречит определенным фактам, что, например, дневной продукт скульптора, столяра-художника, скрипичного мастера, машиностроителя и т. п. имеет гораздо большую стоимость и, конечно, не равную стоимости дневного продукта простого ремесленника или фабричного рабочего, хотя в обоих случаях “овеществлено” одинаковое количество рабочего времени».[484]

[471] См. Бем-Баверк О. Критика теории Маркса. М., 2002. С. 73.

[472] «Стоимость и усилие,… – пояснял автор, – вовсе не являются столь тесно связанными понятиями, чтобы с первого взгляда можно было понять, что усилие есть основа стоимости. То, что я над какой-нибудь вещью помучился, это одно дело, но что вещь оценивается мучением – это совершенно другое дело, что оба факта не всегда идут рука об руку, столь хорошо подтверждается опытом, что в этом не может быть никакого сомнения. На это указывает любое из многочисленных безрезультативных усилий, которые ежедневно в силу технической ли неопытности, или ошибочного расчета, или просто в силу несчастного случая приводят к ничего не стоящему результату. Но в меньшей мере на это указывает также и любой из бесчисленных случаев, когда небольшое усилие оплачивается большой стоимостью» / Там же.

[473] Там же. С. 74.

[474] «Основное положение, в которое Маркс предлагает верить своим читателям, заключается в том, что меновая стоимость товаров – так как его анализ направлен только на нее, а не на потребительную стоимость – находит свое основание и меру в количествах труда, овеществленных в товарах» / Там же.

[475] Там же. С. 75.

[476] «Вместо того, чтобы обосновывать свое положение эмпирически, или психологически, исходя из опыта или из действующих мотивов, – писал автор, – Маркс предпочитает третий путь доказательства, притом в данном случае довольно странный, а именно – путь чисто логического доказательства диалектической дедукции из сущности обмена» / Там же. С. 76–77.

[477] Там же. С. 77. Однако «современная политическая экономия…единодушна в том, что старое схоластически-теологическое воззрение об “эквивалентности” обмениваемых стоимостей несостоятельно» / Там же. Как говорится, «ври, да знай меру!» Это «единодушие» характерно лишь для маржинализма, который оказался не в состоянии решить данную проблему.

[478] Там же. С. 79.

[479] См., там же. С. 85.

[480] «Капитал» и экономикс: Вопросы методологии, теории, преподавания. Выпуск 2 / Под ред. В.Н. Черковца. М., 2006. С. 173.

[481] «Почему же, спрошу я снова теперь, принцип стоимости не может так же хорошо заключаться в одном из этих общих свойств, а не в том свойстве, что они – продукты труда? Ведь в пользу последнего у Маркса не имеется даже следа положительного обоснования; он обосновывает это исключительно путем отрицания, а именно, что удачно подвергнутая отвлечению потребительная стоимость не является принципом меновой стоимости. Но разве это отрицательное обоснование не подходит в той же самой мере ко всем другим, Марксом не замеченным общим свойствам?» / Бем-Баверк О. Указ. соч. С. 85. Подчеркнем, негоже представителю старого дворянского рода, к которому принадлежал О. Бем-Баверк, так беспардонно врать. Ведь хорошо известно, что К. Маркс дал положительное обоснование «принципа меновой стоимости» в целом ряде своих работ. Используя, однако, весьма вульгарный прием, О. Бем-Баверк пытался «доказать», будто бы К. Маркс при анализе меновой стоимости вообще исключал потребительную стоимость и ставил на ее место только труд. Но такое вульгарное утверждение не соответствует действительности, ибо К. Маркс рассматривал потребительную стоимость, во-первых, как необходимое условие товара, вне которого он существовать не может; во-вторых, как вещественную основу меновой стоимости; в-третьих, как определенность экономической формы, которая изучается политической экономией. Что же касается потребительной стоимости как естественного блага, не выражающего никаких общественных отношений, то в таком качестве она является предметом изучения не политэкономии, а особой науки – товароведения.

[482] Там же. С. 86–87.

[483] Там же. С. 87. «Я убежден, – пояснял далее автор, – что можно утверждать, и притом с полной уверенностью, а не в шутку, что в обоих абзацах с. 12 («Капитала» К. Маркса. – Н.С.), из которых в первом происходит отвлечение от влияния потребительной стоимости, а во втором труд представлен как искомое общее, подлежащие могут взаимно меняться местами без какой бы то ни было перемены во внешней логической правильности. Не изменяя строения фразы, можно подставить в первом абзаце всюду вместо потребительной стоимости – труд и продукты труда, во втором – всюду потребительную стоимость вместо труда!» / Там же. Иными словами, можно свободно «жонглировать» трудом и потребительной стоимостью по произвольному усмотрению, что не нарушит «внешнюю логическую правильность» подобного действия.

[484] Там же. С. 91.