Напев Чанакьи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Чандрагупта был одет в свой лучший ансамбль, кое-что из которого он поспешно позаимствовал у Сингарана. С его талии ниспадал королевский пурпурный дхоти, а на плечи он небрежно накинул голубой шелковый платок. На шее у него висело тяжелое жемчужное ожерелье. Золотые серьги подчеркивали его локоны, подчеркивая доброе и нежное лицо, чисто выбритое, за исключением усов воина. Длинные черные волосы ниспадали на широкие плечи, что приводило к волнистым мускулистым предплечьям, украшенным золотыми браслетами. Он выглядел настоящим принцем, хотя у него и не было королевства.

Корнелия улыбнулась. Чандрагупта просиял. Чанакья усмехнулся. Он знал, что колеса находятся в движении. Любовь победила все. Он подумал о Сувасини, своем детском пламени, и решил, что время пришло.

Чанакья побрел к высоким бамбуковым решетчатым чердакам, построенным его учениками на поляне рядом с хижиной мудреца Дандаяна. Когда он приблизился к приподнятому ограждению, его приветствовали тихое щебетание и воркование крылатых подопечных. Их наставник подбежал к ачарье и поздоровался с ним. - Голуби сегодня в хорошей форме, Сиддхартха?- небрежно спросил Чанакья.

- Совершенно верно, милорд. Их накормили и напоили, и они с нетерпением ждут упражнений, - ответил Сиддхартха, беря из рук ачарьи маленькую капсулу с прикрепленной к ней легкой, но прочной веревочкой. Он открыл один из огромных голубятен, используя веревку, свисавшую с ворот, и на его зов немедленно откликнулся прекрасный белый каменный голубь, который перелетел и уселся на вытянутую руку Сиддхартхи, обтянутую кожей. Птица совершила более ста одиннадцати йоджан со скоростью, превышающей пять йоджан на мухурту, и могла оставаться в постоянном полете в течение нескольких мухурт без отдыха.

Важнейшим элементом было обучение, и Сиддхартхака был совершенным мастером в этой науке. Каждую птицу каждый день перевозили в бамбуковой клетке на некоторое расстояние от дома и отпускали. Птицы немедленно улетали обратно в свой родной дом, используя магнитное поле Земли в качестве встроенного компаса для навигации. Эти птицы были названы "голубями-самонаводчиками" по очень точной причине—их способность летать обратно тем же путем, каким они были перенесены, независимо от расстояния. С каждой тренировочной поездкой расстояние увеличивалось с помощью сети тренеров вдоль маршрута, и опыт, сила и способность каждой птицы перемещаться на все большие и большие расстояния увеличивались. Голуби Сиддхартхи были чрезвычайно сильны в полете и могли летать даже против мощных воздушных потоков. Каждая из его птиц обладала острым зрением, способным видеть гораздо дальше, чем любой нормальный человек. Несмотря на свое мягкое поведение, его птицы обладали невероятной выносливостью и были обучены выдерживать длительные воздушные путешествия.

Сиддхартхака ловко привязал предложенную Чанакьей капсулу к левой ноге птицы и свистнул. Сильно взмахнув крыльями, птица поднялась в воздух, набрала высоту, а затем, сделав несколько кругов, чтобы сориентироваться, направилась прямо к месту назначения—в данном случае к Паталипутре, где ее ждал Дживасиддхи.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Настоящие дни

Репортер провел в зловонной камере больше месяца. Его ходатайства об освобождении под залог продолжали поступать в суд субсудебного округа, но в равной степени были отклонены даже без любезного слушания.

В его волосах было полно вшей. Его кожа была красной и покрытой пятнами от укусов насекомых, которые мучили его каждую ночь. На левом ухе у него была хирургическая повязка, наложенная тюремным врачом на рану, нанесенную крысой, укусившей его за ухо. Он похудел на несколько фунтов, и щеки его ввалились. Его лицо выглядело изможденным и усталым, глаза-безжизненными. Он был обезвожен из-за диареи, вызванной ужасной тюремной едой. Несколько раз он находил в чечевице тараканов. Когда он жаловался, надзиратель шутил: "ш-ш-ш! Не так громко. Если ваши сокамерники услышат вас, они тоже захотят невегетарианской пищи.’

Визит темной, маслянистой шерстью Кералита было любопытно. Одно его присутствие, казалось, открывало двери и вызывало уважение. Они сидели друг напротив друга в кабинете начальника тюрьмы. Для них был приготовлен сладкий чай. Чайный мальчик оставил перед ними два стакана сиропообразной смеси

и исчез.

‘Я могу сделать так, чтобы все твои проблемы исчезли, - сказал Менон.

- Кто ты?- спросил пленник.

‘Это не важно. Вы очень умный человек. Вы знаете, почему вы приземлились здесь—вы были очень непослушны!- увещевал он, грозя пальцем, как директор перед заблудшим школьником.

‘Этот сукин сын-Гангасагар-хочет, чтобы я отступил, да? Оставить его чистую маленькую куклу Барби нетронутой? Ну, кажется, она не так уж и девственна!- крикнул он, и его красные глаза вспыхнули от негодования.

Менон оставался невозмутимым. - Друг мой, Если ты будешь вести себя со мной прилично, я поступлю с тобой еще более великодушно. Да, вам действительно нужно отступить от охоты на СМИ, но что, если я укажу вам направление еще более сочной истории, а?’

‘Продолжайте. - Я слушаю, - равнодушно сказал репортер, но Менон знал, что тот его слушает.

‘Вы знаете, что у премьер-министра этой страны есть очень близкий советник?’

‘Вы имеете в виду генерального секретаря его партии?’

‘Нет.’

- Министр финансов Индии?’

‘Нет.’

- Министр внутренних дел Индии?’

‘Нет.’

- Тогда кто же?’

- Она, очевидно, посещает его резиденцию каждый месяц. Ее визиты не регистрируются-никаких записей ни в журнале посетителей, ни в дневнике премьер-министра не делается.’

‘У него есть любовница?’

- Используй свои серые клетки, мой умный друг. Если бы у него была любовница, стал бы он трахать ее в своей официальной резиденции?’

- Тогда кто же?’

‘Она известна просто как садхви. Очевидно, она консультирует его по всем важным вопросам.’